Чтение онлайн

И до самого горизонта – лишь выцветший мох, тощие трухлявые стволы и почерневшие останки домов, которые по пояс вязнут в умирающей земле.

Зима присыплет это уродство снегом, словно припудрит шрамы от ожогов на лице, стянет землю засохшей коркой льда, схватится лапой за серое брюхо неба, выжимая его досуха. И на короткое время гниение остановится, чтобы передохнуть.

Илья проснулся оттого, что под подушкой вибрировал мобильник, надсадно вгрызаясь в больную голову. Голова трещала и вот-вот должна была расколоться. Тошнота подкатывала к горлу, и от всякого движения внутри колыхалось нечто, и грозило-таки расплескаться. Очень хотелось пить.

Какой отвратительный сон! Такое может присниться только с похмелья. Илья приоткрыл один глаз, по которому немедленно полоснул свет, царапнув мозги. Солнечное утро. Розовые обои с голубыми цветочками… Белый потолок… Чистое крахмальное белье… Интересно, где он заночевал? Конца вчерашнего вечера он не помнил совершенно. Какие-то незнакомые лица, смеющиеся пьяные девки, бильярд. Да, точно был бильярд. И машина, заднее сидение, и желтые фонари, плывущие навстречу.

Он с трудом повернул голову – телефон не замолкал. Зачем он запихал его под подушку? Илья приподнялся на локте и вдруг увидел перед собой лицо. Оба на! От неожиданности он открыл оба глаза и присмотрелся. Рядом лежала абсолютно голая девица, очень молодая и при этом сильно потасканная. Допился! Секс – не повод для знакомства? Похоже на то. Интересно, ей весемнадцать-то есть?

Ну что ж не замолчит этот телефон! Ну кому он так срочно понадобился? Илья потянулся к трубке трясущейся рукой, долго ее нащупывал, и, в конце концов, нечеловеческим усилием выдернул из-под подушки. И только увидев, что звонит ему бывшая жена, с ужасом вспомнил, что к одиннадцати утра должен был вести ребенка в театр. Перед тем, как нажать на ответ, он глянул на часы – до начала спектакля оставалось двадцать минут. Интересно, в какой части города он находится? Может быть, можно успеть?

– Да, – он постарался ответить твердым голосом.

– Я знала, что ты свинья, – прошипела Лариса, не считая нужным поздороваться, – но не до такой же степени!

– Да, – согласился он. Ее голос, как всегда сдержанный и тихий, все равно бил по голове, и Илья немного отодвинул трубку от уха.

– Ребенок встал в семь утра, и ждал тебя у двери с девяти, – продолжала Лариса, не позволяя себе срываться на крик, – тебе не стыдно? Ты мог хотя бы позвонить?

Вот почему он положил мобильник под подушку – Илья точно помнил, что ставил будильник на девять утра, поскольку сделал это вчера в электричке, когда ехал в город.

– Ларочка, я проспал, – честно ответил он, – может быть, ты приведешь Сережку к театру, а я быстренько подскочу?

– Я выбрала спектакль, я сходила за билетами, за свой счет, между прочим. Тебе надо было только прийти вовремя! Но ты не можешь сделать даже этого!

– Я же говорю, что сейчас приеду. Я в городе. И деньги я тебе отдам. Сейчас, я только выясню, далеко ли отсюда до театра…

Он потряс за плечо незнакомую девицу, но она отмахнулась от него и повернулась на другой бок.

– Замечательно! Ты что, не знаешь, где находишься?

– Я сейчас выясню, погоди. Так вышло, понимаешь, я немного выпил и…

– Не надо, – оборвала Лариса, – мне уже хватит нервотрепки. Еще не хватало, чтобы ты дышал на ребенка перегаром и пил пиво в антракте!

Она нажала на отбой, не прощаясь. Илья застонал и уронил руку с трубкой за голову. Да, паскудно конечно вышло… До слез было жалко Сережку – Лариса всегда умела так поставить вопрос, что Илья чувствовал себя распоследней свиньей. Впрочем, сегодня она, наверное, была абсолютно права. Как обычно.

Он задумался – поспать еще чуть-чуть или пойти поискать кран с водой? Надо только собрать всю волю в кулак и оторвать голову от подушки. Процесс подготовки к решительным действиям затянулся, и Илья не заметил, как опять задремал. Однако не более чем через десять минут телефон снова, захлебываясь от восторга, заиграл энергичную мелодию Моцарта, сполз вниз и стукнул по голове. Звонил Кольцов, хозяин конторы, где работал Илья, и снимать трубку совершенно не хотелось. Ничего хорошего в субботу утром нельзя ожидать от начальников, хоть и мелких. А Кольцова крупным никак считать было нельзя – в его владении находилась шарашка, гордо именующая себя строительной фирмой, в которой работало пять плотников, один слесарь, он же водитель погрузчика, и приходящий главный бухгалтер.

– Да, – решил он пожалеть Кольцова.

– Илюха, у нас ЧП, – выдохнул Кольцов вместо приветствия.

Похоже, никто сегодня не пожелает ему здоровья. А так хотелось…

– Ну? – недовольно буркнул Илья.

– Упала потолочная балка в новом доме. Прямо на входе. Задавила чьего-то там любимого кота. Новые хозяева в панике, обещают нас с тобой посадить. Приезжай немедленно.

– Кольцов, ты сам-то понял, что сказал? Как может упасть потолочная балка? Это бревно на четверть куба?

– Да, Илюха, да! Бревно на четверть куба! Рухнуло с потолка!

– Да это невозможно, – пробормотал Илья, пытаясь представить, как такое может случиться. Случиться такого не могло. Никак. Такого не бывает. Даже если строить шаляй-валяй. А строил Илья на совесть, никто никогда не жаловался на его работу.

– Знаешь, даже я понимаю, что это невозможно, однако, это так, – прошипел Кольцов.

– А ты вообще трезвый? – на всякий случай поинтересовался Илья.

– Да трезвей тебя! Короче, быстро двигай сюда, хозяева хотят крови.

– И, разумеется, моей?

– Разумеется моей. Если ты им внятно не объяснишь, что мы не виноваты, то мне будет гораздо хуже, чем тебе. Под суд я пойду, если до этого дойдет, а не ты. Ты ни одной бумажки не подписывал.

– Ладно. Я сейчас еду. Мишка посмотрел? Может, он уже понял, что там к чему?

– Мишка твой нажрался и дрыхнет.

– Как? – Илья резко сел от неожиданности и тут же схватился за больную голову, – я ж его закодировал!

– А вот так, я тебе сто раз говорил, кодируй – не кодируй, бестолку это.