Чтение онлайн

— Кстати, — Лавров добрался до зеркала, и теперь недоверчиво разглядывал своё совершенно нормальное, ничуть не припухшее лицо. — Кстати, о порядке. Мы ж вчера столько выжрали! Нас же должно сегодня ещё целый день крутить-мутить!

"Джинни" пожала плечами. Вздохнула:

— Похоже, на этот раз Светлый, предвидя подобную ситуацию, снабдил нас телами, не страдающими похмельем.

— Эх, вот если б так всегда при жизни было…

— Ага, помечтай!

В этот раз Артур на переговоры шёл без коньяка, но с полным пакетом документов. Его надежды на то, что Светлый предоставит всю необходимую для усыновления документацию, оправдались на все сто процентов.

Сначала он сложил документы в целлофановый пакет. Подумал и переложил в объёмистую сумку от Prada. Перебрал весь гардероб, заставил Серёгу ещё раз побриться и от души полил мужским "Clive Christian No. 1"

Лавров брыкался, но Артур пребывал в хорошем настроении, и, не обращая внимания на его рывки, напевал:

— Нюхай, нюхай ноты бергамота, ноты лайма и сицилийского мандарина…

— Какого ещё, блин, мандарина?

— …а также кардамона, ландыша, розы, жасмина…

— Блин, зачем это всё мне?!

— …иланг-иланга, кедра, сандала, ветивера и амбры!

— Сам ты ретривер и ещё лабрадор!

— Элмер! — Артур нацелил прямой палец, благоухающий всеми этими "нотами" лайма, жасмина, кардамона и далее по списку в нос товарища. Тот скосил на него глаза.

— Элмер. Мы входим в ответственную фазу. Мы должны сегодня произвести впечатление. Моя задница ещё ни разу меня не подводила, и сегодня она чует грандиозную схватку за право обладания мальчиком!

— И чо? — Серёга вроде бы продолжал возмущаться, но обороты сбавил. — Чо теперь, надо знать наперечёт, какого дерьма напихали в одеколон, без этого ребёнка взять не дадут?

— Дадут, дадут… потому что это не просто одеколон! Это — "Клайв Кристиан Номер Один"!

— И чо? — привычно уже буркнул Серёга — и тут же клацнул зубами от "нежного" шлепка по подбородку. — Ты чо, сдурел?! Я чуть язык не прикусил!

— Так не прикусил же. Каким одеколоном ты пользуешься?

— "Дипломат"!

Артур вскинул руки и воззвал к небесам:

— Санта-Мария, сжалься надо мной! Пошли ему хотя бы пятьдесят граммов мозга! Ну или хотя бы тридцать… чтобы хватило на запоминание марки одеколона, не того, каким при жизни пшикался, а того, которым сейчас, как Элмер Миллер, пользуется!

— Да запомнил я!

Кривошапкин упёр руки в боки и внимательно ждал ответа:

— Ну?

Лавров наморщил лоб, силясь вспомнить название.

— "Ретривер"? — неуверенно предположил он.

Артур молча покачал головой.

— А! Вспомнил! "Криштиану Роналдо"!

Артур зарычал от негодования:

— Сам ты Криштиану!!! Ты б ещё Роналдиньо вспомнил!

— Ну блин! У тебя сколько времени пузырь в руках был, название перед глазами, а мне ты память изгадил этими нотами всяких там калифорнийских мандаринов!

— Сицилийских!

— Да кой хрен разница! Цитрусы — они и есть цитрусы!

Кривошапкин развернул флакон этикеткой к Серёге и по слогам проговорил:

— Клайв! Кри-сти-ан! Но-мер! О-дин! Повтори!

— Клайв Кристиан номер один…

— Ещё раз!

— Клайв Кристиан номер один…

Артур удовлетворённо сложил руки на груди и отправился за покосившееся трюмо, с которого уже облетела почти вся амальгама. Там он на скорую руку организовал себе туалетный столик и вывалил весь пёстрый ворох скупленных в Москве тюбиков от Christian Dior, Chanel, Lancome, Guerlain, Givenchy, Estee Lauder, Jean Patue, Elizabeth Arden… Оно, конечно, где-то на задворках сознания маячила мыслишка о том, что уважающая себя сорокапятилетняя дама уже могла бы определиться, кто ей нравится больше, Диор или Живанши, но…

Но они все были такими прикольными. А деньги — деньги позволяли скупить их все.

Яркие фирменные тюбики-флакончики смотрелись на обшарпанном трюмо как инопланетные гости.

— Шанель Шанс Фреш, — приговаривал он, намечая пунктиром касаний дороги аромата по скулам, шее, запястьям. — Цитрусовые, водный гиацинт и жасмир, амбра, белый мускус и ветивер…

Он, в отличие от Серёги, знал, что иногда в переговорах может сыграть роль совершенно незначительная, на первый взгляд, деталь, и кропотливо продумывал образ хозяйки американского конезавода.

В уже знакомом по вчерашнему посещению кабинете, и правда, собрался целый консилиум.

Аяза Вахитовича Сейфулина и Алекс Фрост "супруги Миллер" уже знали, но вот три женщины преклонного возраста, сидящие за длинным столом в ряд и отчётливо напоминающие трёхголового крысиного короля из сказки…

— Это Маргарита Степановна Федоренко, глава Ухтомского совета органов опеки и попечительства…

Левая женщина кивнула. Седые кудряшки, собранные костяным гребнем, едва дрогнули — видимо, их фиксировали не просто "Taft три погоды", а канцелярским клеем.

— Это Тамара Георгиевна…

— Григорьевна! — возмутилась женщина в центре.

Она красила волосы в огненно-рыжий и умудрилась подобрать лак для ногтей, помаду и галстук в тон.

— Извините, Тамара Григорьевна Игнатенко, замглавы администрации Ухтомска по делам юношества и спорта…

Игнатенко кивнула.

— Светлана Борисовна Картушенко, прокурор Омской области, государственный советник юстиции второго класса.

Кивнула самая зрелая из трёх женщин, сидевшая справа.

— А это претенденты, если хотите, кандидаты, — Аяз Вахитович скорчил умильную рожицу и указал на гостей, — в новые родители для нашего Алёши Иванова. Вирджиния и Элмер Миллер.

"Супруги" радушно улыбнулись.

По мере того, как по кабинету расползались ароматы "Chanel Chance Eau Fraiche" и "Clive Christian No. 1" выражения лиц "Крысиной Королевы" претерпевали целую гамму изменений.

Сначала они просто принюхивались в полном недоумении. Видимо, нечасто доводилось им ощущать нотки сицилийского мандарина, ветивера и водного гиацинта!