Чтение онлайн

Все алтари были уничтожены менее чем за 10 секунд, а потому возродиться никому не удалось. Да, я думаю, никто бы не стал этого делать. Мы возродились у входа в деревню Истбурн.

В клан-чате что-то писали. Кто-то даже присылал мне письма почтой. Кто-то стоял недалеко и звал. Но я не видел и не слышал никого. Смотрел на неигровых стражей у врат деревни, смотрел на чистое голубое небо, так сильно отличавшееся от неба над Пустошами, и думал. Горел внутри и думал. Единственное, что я хотел сделать прямо сейчас - разорвать на части каждого, кто струсил и побежал. Струсил в игре, где трусости не может быть по определению. Где страх быть убитым - это всего лишь страх за слитые проценты. И я не желал видеть таких ублюдков в своём клане.

Я прошёл сквозь врата деревни и уселся на скамеечку у караулки. Вызвал клановое меню и приступил написанию первого акта намеченного сценария.

Игрок " Tom Scotch " исключается из клана.

Игрок " Aeson Aeric " исключается из клана.

Игрок " Moldovan " исключается из клана.

Игрок " Velvet " исключается из клана.

Игрок " Omanala Hal " исключается из клана.

Игрок " Barabas " исключается из клана.

Игрок " Goras Waestris " исключается из клана.

Игрок " Funduk " исключается из клана.

Игрок " Omni Syndra " исключается из клана.

Игрок " Werewolf " исключается из клана.

Вот так вот одного за другим я выгнал всех тех бесполезных мудаков, которых набрал в "двумирье". Все шесть десятков. Хоть я не помнил их всех по ник-неймам, зато хорошо помнил всех тех из 48-ми, кто жил со мной под одной крышей. И с каждым из них я тоже планировал разобраться.

"Эй, что за херня?" - первым отреагировал на поток удивительных системных сообщений Хельвег.
– "Зачем ты всех повыгонял?"

"Что за бред!?" - присоединился к нему Искандер.

"Лёш, зачем?"

"Всем выйти из игры," - приказал я.
– "Собраться в комнате для брифингов. Немедленно!"

"Да что такого-то произошло? Зачем?"

В игровом меню я нашёл кнопочку "Выход" и подмигнул ей. Лежал пару секунд под светом лампы, который пробивался через плексигласовое стекло, и чувствовал, как разгорается пламя. И это пламя я, несомненно, собирался расплескать.

Я оттолкнул стекло, выглянул и осмотрелся - сокланы торопились выполнить моё указание. Не говоря ни слова, я спрыгнул с борта капсулы, оттолкнул мешавшую пройти помеху, и вышел в коридор. Молча добрался до комнаты брифингов и так же молча присел на собственный стул. Правда, тут же вскочил - жжение в определённом месте, готовое вот-вот запустить ракету на орбиту, и потоки адреналина, бьющие из всех щелей, подняли меня на ноги и заставили ходить вокруг стула кругами.

Комната для брифингов торопливо заполнялась испуганными зрителями. Вместе со всеми прибыл и удивлённый Николай. Он посмотрел, как ребята рассаживаются на стульях, и подошёл ко мне.

– Что произошло?

– Это я и хочу выяснить, - с напускным спокойствием ответил я.
– Садись, Николай. Тебе тоже будет небезынтересно на это посмотреть.

Я дождался, когда в комнату зашёл последний тестер. Вернее - последняя. Это была Катя, и присаживалась на стул она с таким надменно-недовольным видом, будто совершенно не собиралась слушать всё то, что я хотел сказать.

Её вид вывел меня окончательно. Я старался держать себя в руках, тушил гнев огнетушителем под названием сила воли и призывал постараться быть более дипломатичным. Но у меня ничего не получилось.

– Имбецилы! Грёбаные имбецилы!
– заорал я, сразу после того, как её стройная попка опустилась на стул.
– Это что за х...ня сейчас была? Вы что, решили проверить мою стрессоустойчивость? Что ж, я вас поздравляю - она скончалась в ужасных муках! Вы - сраные овощи! Трусы в мире, где трусости не существует! Бесхребетные амёбы, не способные позаботиться о себе сами и, уж конечно, не способные позаботиться о других! Как ещё можно назвать тех слабаков, кто не может стиснув зубы стоять до конца!? Стоять до конца в игре, б...ть! Не в реальном мире, где людям, бывало, приходилось бесстрашно идти на смерть! А в грёбаной игре! Вы все - никчёмный балласт! Слизни! Тараканы, разбегающиеся по кухне, когда загорается свет!

– Ну всё! Хватит!
– вскочил со своего места Андрей.
– Я не хочу, чтобы потоки этого дерьма на меня выливались! Я не обязан это выслушивать!

– Ты, сука, первый улетел! Первый, б...ть! Ты же должен делать так, чтобы другие жили! А ты побежал!

– Я ушёл, потому что сопротивление было бесполезно! И только ты этого не видел! Нам надо было уходить сразу! Всем! Их было слишком много!

– Согласен, - хмурый Иван поспешил Андрюхе на помощь.
– Это была дурацкая затея изначально. Нам надо было уходить сразу...

– Я никогда не отступаю, не оказав сопротивления! Даже если я проигрываю, я проигрываю с боем! Так всегда было! И только здесь, где мне достались вы - бесполезные тестерские трутни, - я увидел, как мой собственный клан бежит! Мой клан бежит!!!

– Это не только твой клан. Это и наш клан тоже! Мы же здесь присутствуем. И наше слово тоже должно иметь значение, - следующим поднялся Дандай.

– Верно. Это не твой клан побежал, - сказал Андрей.
– Это побежали мы - люди, представляющие этот клан. Мы побежали потому, что не видели перспективы в бою. И сейчас - я заявляю вполне ответственно - я не вижу перспективу в тебе. Ты показал себя плохим лидером, не способным принимать взвешенные решения...

– Точно!
– крафтер Иван, видимо, давно точивший на меня зуб, аж подскочил на стуле.
– Ты продемонстрировал свою полнейшую несостоятельность. Сколько ещё дурацких идей возникнет в твоей голове? Сколько раз ты ещё пожертвуешь нашими деньгами, нашим временем и нашими нервами? Твой чудовищный абсолютизм меня достал! И с меня хватит!

– Ты слишком импульсивен. Слишком подвержен эмоциям. Слишком вспыльчив для того, кто должен управлять! Ты именно такой, каким НЕ должен быть лидер!
– добавил Димон.