Чтение онлайн

ВНОВЬ О ЛЕСЕ. В Целиноградской области 1,4 процента от общей площади составляет 173 775 гектаров. Именно столько здесь занимают леса, которые закреплены за десятью лесхозами. Чем же они занимаются? Этот вопрос я и задал своему собеседнику — главному инженеру областного управления лесного хозяйства Николаю Ивановичу Курбатову.

— Именно сейчас, в данную минуту? — спросил он, взглянув на часы. — Или вообще?

— А вы можете с точностью до минуты? — удивился я.

— Пока еще нет, — вздохнул собеседник. — Могу лишь сказать, что в хозяйствах приступили к рубкам ухода, и сейчас в каждом лесхозе заняты именно этим делом.

Рубки ухода — это общее название прополки леса. Насчитывается пять видов такой рубки: осветление, прочистка, прореживание, проходная и санитарная. Первые три проводят в молодых лесах, которым до 20—60 лет. Основная их цель заключается в том, чтобы не дать деревьям ценных пород зарасти лесным сорняком. Главное, к чему стремятся в данном случае лесоводы, — это добиться на лесных участках такого сочетания пород, которое наиболее выгодно для данной местности и продуктивно.

Проходная и санитарная рубки преследуют несколько иную цель. Из леса, который достиг своего среднего возраста, убирают самые плохие деревья, создавая тем самым благоприятные условия ценным в хозяйственном отношении деревьям. То есть производится своеобразная массовая селекция, в результате которой сохраняются лучшие и наиболее полезные деревья. Таким будет и их потомство.

Рубки ухода ведутся ежегодно по определенному графику. Обрабатывают за год около трех тысяч гектаров покрытой лесом площади. Почти такую же территорию очищают от хлама.

— Но этими рубками далеко не ограничивается круг забот целиноградских лесников — продолжал рассказ Николай Иванович. — Большое внимание уделяем борьбе с пожарами. С этой целью в области создано десять пожарно-химических станций. Своими силами только за год проложили пятнадцать километров новых дорог противопожарного назначения и вдвое больше реконструировали старых. Много времени отнимает контроль за совхозами, которые при обработке полей химикатами допускают потравы лесных культур. Большие усилия затрачиваем на проведение обширной программы биотехнических мероприятий по охране и воспроизводству фауны — имеется в виду заготовка сена и веточного корма для диких животных, изготовление кормушек, искусственных гнездовий, ремонт плотин на ручьях и речках и многое другое.

— Особое внимание коллектив уделяет расширению площади лесов, — говорит главный инженер. — Есть у нас свои питомники, где растут саженцы сосны, березы, вяза, плодово-ягодных деревьев и кустарников. В целом по области ежегодно высаживаем лесных культур до тысячи гектаров. Их приживаемость около 80 процентов. Правда, эти цифры в засушливые годы несколько снижаются.

Создали мы и плантацию, где выращиваем ели. Однако эта порода деревьев предназначена только для новогодней продажи населению. Она постоянно обновляется — каждый раз закладываем по девять гектаров зеленых красавиц.

— Ну а как ведется борьба с лесными вредителями?

— Об этом можно рассказывать бесконечно. Печальный результат дали нам последние засушливые годы. В борах появилась сосновая пяденица, и лесоводы потеряли покой. Знаете, что такое сосновая пяденица?

Знаю и видел. Видел, как кружились в кронах златощеких красавиц-сосен мелкие и на вид весьма невзрачные бабочки. Это и была «знаменитая» пяденица.

Впрочем, сама по себе она не представляет опасности, да и век ее короток: судьба отпускает ей жизни не более чем на четыре или пять дней — что она может за этот мизерный срок? Но, оказывается, многое.

Мне подсказали — следи внимательнее! Я пригляделся и заметил, что там, где опускалась эта бабочка, на хвое появлялись мелкие, сверкающие под солнцем, как капельки утренней росы, яички. Потом из них появлялись гусеницы, которые и были истинным бичом соснового бора, потому что объедали на дереве всю хвою, оставляя от него лишь голый скелет.

На помощь пришли лесные врачи — лесопапатологи, вооруженные мощными аэрозольными генераторами — МАГами. Ранним утром по тесным, извилистым лесным дорогам, просекам медленно тронулись эти установки, а за ними потянулось белесое, словно легкий туман, облако аэрозоля; оно цеплялось за колючие сосновые лапы, колыхалось и порывами легкого прохладного ветерка уносилось в глубь бора.

Когда из-за горизонта выглянуло отдохнувшее за ночь солнце, все уже было кончено. Операция прошла успешно: гусениц в лесу не осталось. К этому надо добавить, что лесопатологи очень ответственно подошли к выбору аэрозоля, нашли такой, который оказывал максимальное воздействие на пяденицу и минимальное — на полезных насекомых, которых в каждом бору видимо-невидимо.

Вот такая борьба с вредителями развернулась в Сандыктавском лесхозе, расположенном на границе Кокчетавской и Целиноградской областей и занимающем 26 тысяч гектаров, 20 тысяч из которых покрыты лесами.

— Эти места удивительно красивы, — сказал в конце разговора Николай Иванович Курбатов. —Обязательно побывайте там, не пожалеете.

И мы поехали в Балкашино, а затем в Атбасар.

СЛОВО О ЛЕСЕ (окончание). Машина выскочила на бугор и остановилась. Внизу лежало видимое, как на ладони, большое вытянутое село. Справа оно было зажато сопками с соснами по гребню, а слева расшириться райцентру мешало небольшое водохранилище. Протекающую здесь речку Жабай — приток Ишима, в который она впадает близ Атбасара, здесь перегородили плотиной, вода разлилась, образовав множество мелких заливчиков, заросших густым непроходимым камышом. Там, где он отступал, водную гладь заполнили цветы кувшинок. Их было так много, что издали вода в пруду казалась желтой. На той стороне Жабая тоже высились леса.

На обилие в этих местах леса я обратил внимание еще по дороге в Балкашино. Мы проезжали деревни Викторовка, Красиловка, Сандыктав и у каждой росли, перемешавшись, березы и сосны. Они теснили поля, засеянные пшеницей или кукурузой, а вдали, у самого горизонта сливались в единый, тянущийся на многие километры лес. Эта картина была непохожа на те, что мы наблюдали южнее, ближе к Целинограду, где порой и рощица в три дерева — событие.