Приключения на орбитах

История космонавтики – это захватывающая повесть с невымышленными событиями и действующими лицами. Остается только сожалеть, что в прошлые годы у нас в стране космические полеты скупо освещались средствами массовой информации, мы не имели возможности следить за эмоциональными, полными внутреннего напряжения, а иногда и драматическими коллизиями.

Никому не дано прожить две жизни. Но двадцатый век внес и здесь свои коррективы. С началом освоения космоса человек проник в совершенно новое и необычное пространство. В космосе все другое: земля и небо, закаты и рассветы, долгота дня и ночи, температура и давление, перегрузки и невесомость, немыслимые скорости и расстояния. Многое там для обыденного разума кажется непостижимым. Например, если искусственный спутник Земли притормозить, то его скорость… возрастет. А на Венере оптические свойства атмосферы таковы, что позволяют наблюдателю видеть… собственный затылок. Немыслимо представить себе, что если «толкнуть» лодку в Сухуми, то она через некоторое время приплывет в Одессу. Но именно по такому закону движутся космические аппараты.

И вот космонавты получили возможность пожить в этих необычных условиях совершенно другой, неведомой нам жизнью.

Космос пока еще не друг. Он противостоит человеку как чуждая и враждебная сила, и каждый космонавт, отправляясь на орбиту, вынужден вступать в борьбу с ним. Это нелегкая борьба, и человек не всегда оказывается в ней победителем. Чем дороже победы, тем ценнее полученный результат.

Автор надеется, что читатель оценит его стремление широко рассказать об американских астронавтах, поскольку о наших космонавтах известно значительно больше – им посвящены книги, статьи, кинофильмы.

В книге использованы многочисленные зарубежные публикации, воспоминания астронавтов, сообщения специальных технических журналов.

Большую помощь в подготовке этой книги оказал автору Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской и Государственных премий СССР академик В.П. Мишин. Долгие годы он был заместителем С.П. Королева и его хорошим товарищем. Вместе с ним он разрабатывал первые советские баллистические ракеты дальнего радиуса действия, спутники, космические корабли, межпланетные аппараты. После смерти С.П. Королева академик В.П. Мишин занял место Главного конструктора и на этом посту внес большой вклад в развитие советской космонавтики. Без его советов и замечаний эта книга вряд ли была бы написана.

Автор выражает также большую благодарность своей дочери Ю.Г. Салахутдиновой, взявшей на себя нелегкий труд по подготовке рукописи.

Утром 6 октября 1957 года президент США Дуайт Эйзенхауэр сидел в своем кабинете в Белом доме, погруженный в глубокие раздумья. Задуматься было над чем. После запуска Советским Союзом первого искусственного спутника Земли в стране наступило глубокое разочарование, поднялась мощная волна критики правительства. Для президента эта реакция была неожиданной, хотя, если посмотреть правде в глаза, ее можно было предвидеть. Как только в июле 1955 года пресс-секретарь Белого дома Дж. Хэгерт сообщил журналистам, что США планируют запустить искусственный спутник Земли в период проведения Международного геофизического года (1957-1958 год), а затем о таком же намерении официально объявил и Советский Союз, мировая общественность стала с интересом следить за соревнованием двух стран.

В США царила полная уверенность, что первый спутник будет американского происхождения. Заранее была определена дата запуска – 1957 год. Все знали о том, какие фирмы занимаются изготовлением двигателей, корпусов ракет и измерительных приборов для научных исследований. Подсчитали даже стоимость всех работ по осуществлению этого проекта. Уверенностью в победе «дышали» страницы газет и журналов, хотя иногда проскальзывали и предупреждающие нотки. Эйзенхауэр вспомнил высказывание генерала Дж. Гэвина: «Если они (СССР. – Г.С.)запустят свой спутник в 1957 году, а мы сделаем это годом позже, психологическое и техническое поражение США станет совершенно явным».

«Похоже, прав был генерал, – подумал Эйзенхауэр, – недооценили проблему, и вот результат…» Недооценили, впрочем, давно.

В 1946 году военные ведомства страны предложили запустить маленький спутник примерно в 1951 году. Но кому тогда он мог показаться нужным? Военного значения он иметь не мог – к такому выводу пришли специалисты этих ведомств, монополия на атомную бомбу казалась незыблемой, преимущество в авиации перед русскими было подавляющим, а для науки этот фантастический проект представлялся несвоевременным и, главное, слишком дорогим. В итоге все работы, связанные с созданием межконтинентальных баллистических ракет, ракет среднего радиуса действия и, конечно, ракет-носителей, в 1949 году были свернуты.

По данным разведки успехи русских в начале 50-х годов были уже значительными. Они испытывали в районе Капустина Яра ракеты с дальностью полета 600 километров, проектировали снаряд с дальностью полета до 3000 километров. Но несмотря на это, работы по созданию крупных ракет в США начались только в 1953 году. Единственным светлым пятном на этом фоне была разработанная Вернером фон Брауном и его командой в Редстоунском арсенале оперативно-тактическая ракета «Редстоун» с дальностью полета до 400 километров.

А теперь… Эйзенхауэр взял утреннюю газету. Ученые давали высокую оценку факту запуска первого спутника, поздравляли с успехом советских специалистов. Сенатор Генри Джонсон называл этот запуск «… уничтожающим ударом по престижу Соединенных Штатов». Западный мир находился в замешательстве, узнав, что советский спутник весит около 84 килограммов, в то время как американский «Авангард» – всего 20 килограммов, да и то на бумаге.

Президент отложил газету и вновь задумался. Нужно было срочно что-то предпринять.

«Спутник, конечно, никакого военного значения не имеет – это главное, – рассуждал он, – в ближайшее время в США будет также запущен спутник, и мы догоним русских, разрядим тем самым обстановку». В том, что спутник будет запущен, Эйзенхауэр не сомневался, поскольку работы по проекту «Авангард» вошли в завершающую фазу.

«Значит, нужно успокоить общественность страны, выиграть время», – решил президент.

Через три дня, 9 октября, Эйзенхауэр выступил с обращением к нации. Отдав должное успеху советских специалистов, он заявил, что спутник не может иметь военного значения и не вызывает у него опасений «ни на йоту», поскольку он не видит в факте запуска ничего особенного, за исключением того, что русские ученые располагают очень мощными двигателями.

Позже, отвечая на вопросы журналистов, президент попытался представить положение дел таким образом, будто успех советских специалистов стал возможен лишь потому, что они воспользовались консультацией пленных немецких ракетчиков, работавших в годы войны в Пенемюнде. Это оправдание журналисты вряд ли могли признать убедительным. Им-то хорошо было известно, что после войны в результате специальной операции «Пейпер клип» в США было привлечено свыше ста крупнейших специалистов Германии во главе с Вернером фон Брауном – главным конструктором немецкой ракеты ФАУ-2 и генералом Вальтером Дорнбергером – руководителем ракетного Центра в Пенемюнде. В США были вывезены все частично или полностью собранные ракеты и вся техническая документация. Советская сторона смогла воспользоваться чертежами и описанием лишь отдельных элементов ракеты и получить помощь немецких специалистов, либо имевших сравнительно невысокую квалификацию, либо занимавшихся узкой проблематикой.