Чтение онлайн

а – выжившие после смертельного ожирения перед началом Зимы;

б – фигура среднего периода;

в – выжившие после костной лихорадки перед началом Весны.

При каждой вспышке эпидемии вирус несет многочисленные смерти. Вирус поражает гипоталамус, следствием чего является энцефалит (воспаление мозга) и безумие. Проявления болезни на этой стадии напоминают менингит. Как правило, население от эпидемии сокращается в два раза. У выживших изменяется форма тела, при этом в случае осенней болезни масса тела увеличивается в полтора раза от среднего веса, по мере прогрессирования смертельного ожирения. Эта стадия сопровождается неудержимыми приступами булемии: больные пожирают все – домашних животных, собственные фекалии, своих детей – все живое, что может быть поймано и съедено. Выжившие от костной лихорадки соответственным образом теряют в весе, что сопровождается приступом анорексии и добровольного голодания.

В течение нескольких последующих поколений выжившее население постепенно возвращается к обычной форме тела, жировые наслоения исчезают или, наоборот, набирается немного веса. В процессе обретения обычного вида люди также снова теряют иммунитет к вирусу.

Все эти ужасы имеют вместе с тем и позитивное значение. Являясь частью естественного процесса, болезнь призвана обеспечить выживание человеческого населения, что является защитной реакцией на космические пертурбации, вызывающие сильнейшие изменения климата.

В более примитивные времена две формы заболевания, вызываемые вирусом, считались не связанными друг с другом. Осенью болезнь именовалась смертельным ожирением, весной – костной лихорадкой. В период, описываемый в книге 3 («Зима»), врач Торес Лахл полностью понимает смысл смертельного ожирения – включая соотношение выживших и умерших. В этот период произошло несколько великих затмений, в результате чего всплески костной лихорадки стали еще более свирепыми, чем прежде. Всего между годами 630 и 658 ПА произошло двадцать затмений.

рис.5. Диаграмма изменения человеческой биомассы под влиянием вируса «гелико».

Затмения происходят по следующей схеме. Орбита Геликонии и планет-сестер наклонена к орбите вращения Беталикса вокруг Фреира под углом в 10 градусов. Орбита Геликонии пересекает плоскость большой орбиты в двух точках. Прямая, соединяющая эти две точки, представляет собой линию узлов. Когда Фреир проходит через линию узлов и Геликония, Беталикс и Фреир оказываются на одной прямой, происходит затмение великого света.

Меньший цикл затмений происходит с другой стороны периастра и продолжается в течение 9,45 лет. В соответствии с законом Кеплера, скорость Беталикса вблизи Фреира увеличивается. Таким образом, продвижение из области затмений смертельного ожирения до положения пост-периастра происходит за меньшее время, чем перемещение от момента пост-периастра до момента смертельного ожирения в год 630 ПА. Вторая серия затмений происходит в год 1424 ПА.

Носителями вируса «гелико» являются артроподы, или вши. Эти создания быстро переносят вирус от фагоров к людям. Фагоры иммунны к вирусу «гелико». Людской обычай содержать фагоров в виде рабов и солдат в течение Великого Лета и после него приводит к тому, что вши и вирус все это время существуют в непосредственной близости к людям, (хотя и вирус в этот период пребывает в неактивном состоянии).

Вирус «гелико» является свидетельством (для тех, кто понимает) как враждебности настоящего времени между фагорами и людьми, и так и древнего союза, когда обе расы жили в тесном соседстве.

Болезнь, сама по себе ужасная, является основой выживания человеческой расы на планете, поскольку выживание в большой степени зависит от изменения массы/формы тела. Таким образом, достигнув полного истребления своих недругов, фагоров, люди тем самым вынесут и себе смертельный приговор.

По крайней мере, такой представляется ситуация. Если в какое-нибудь Лето людские нации прекратят междоусобные войны, если они объединятся и решительно уничтожат легионы фагоров, но при этом если смогут сохранить небольшое число анципиталов в подобии зоологических садов, только тогда человечество Геликонии сумеет вырваться из оков его сегодняшних ограничений. Но только в том случае, если удастся соблюсти эти сложные «если»…

Харнабхар – это небольшой городок в отдаленном районе Сиборнала. Город знаменит своим каменным сооружением, Великим Колесом Харнабхара. Первоначально священное место поклонения, постепенно Колесо стало местом заключения для преступников.

Известность Колеса всеобщая. Когда СарториИрвраш прибывает в Аскитош (кн. 2, гл. 11), он видит вымпелы, штандарты и гобелен, на которых значится символическое изображение Колеса. «На алом фоне было изображено Великое Колесо, влекомое по Небесам гребцами, с блаженными улыбками на лицах и в лазурного цвета одеждах, по направлению к колоссальной фигуре Матери, из чьих ноздрей, рта и грудей на алый небосклон изливались потоки звезд».

Главный и возможно единственный путь в Харнабхар лежит из порта Ривеник, что на берегу моря Климента, на север через горы Шивенинкского хребта. Длина этого пути составляет около 2400 миль – как путь из Гибралтара на север Норвегии.

Колесо представляет собой кольцо, вырубленное из гранита одной из скал Шивенинкского хребта. Колесо вращается внутри горы Харнабхар, и снаружи находится лишь малая его часть. Архитекторы, создавшие в далекие времена Колесо, закодировали в нем элементы окружающего мира, в смысле сохранения астрологической симметрии. «То, что Наверху, подобно тому, что Внизу». Жрецы, которые первыми поселились в Колесе, применяли его в качестве инструмента, назначение которого есть продвижение мира по небосклону, из Зимы к гостеприимному свету и теплу Фреира.

Первоначально Колесо было посвящено Богу Азоиаксику (означающее «нечто, что вращается за пределами жизни» – впоследствии получившее смысл как «нечто, что существовало до жизни и вокруг чего происходит коловращение жизни»).

Скрытое большей частью внутри горы, Колесо наклонено к плоскости горизонта под углом 5 градусов. В то же время основание, на котором происходит вращение колеса, наклонено на 4 градуса. Эта небольшая разница позволяет реке, текущей вдоль основания Колеса, заносить в угловой зазор ил, действующий в качестве смазки.

Трехстенные камеры, вроде альковов, проходят вдоль наружной поверхности Колеса. Колесо находится в непрестанном движении, день за днем. Неподвижная четвертая стена не является частью Колеса, хотя и служит для закрытия доступа в камеры – часть цельной неподвижной скалы, сама гора Харнабхар. В скалу вмурованы несколько сотен колец, к которым прикреплены отрезки цепей. Цепи висят через интервалы 125 сантиметров. При помощи этих цепей заключенные в одной тысяче восьмидесяти пяти камерах могут тянуть самих себя через тьму и ночь гранитного заключения. По сигналу труб священников заключенные все одновременно тянут за свои цепи. Таким образом Колесо совершает свой путь сквозь скалу, или же – как до сих пор продолжают некоторые уверять – по Небесам.