Приманка
Шрифт:
О боже, ее руки вспотели. Она не может повернуть ручку.
Сильная рука схватила ее за плечо. Мадди вопила, колотила руками и ногами, сопротивляясь что было сил.
– Помогите! Помогите!
Ее крики еще отдавались эхом в номере, когда он швырнул ее на стену. Пальцы в перчатках сомкнулись у нее на горле, она не могла пошевелиться. Инстинктивно пытаясь вцепиться ему в руки, Мадди вспомнила о карандаше – своем оружии – и тут почувствовала, что он выскользнул на пол.
О боже!
Она беспомощно царапала ногтями кожаную перчатку, когда ей все-таки удалось вонзиться в его оголившееся запястье. Он с размаху ударил ее кулаком в лицо.
– Попробуй только, оцарапай меня еще раз, и я вырву твою глотку.
На глазах у нее выступили слезы. У нее перехватило дыхание. Он грубо сжал ее, навалившись всем телом, и стал водить рукой по ее шее. Его пальцы нащупали нежные ямочки у нее за ушами. Это было очень больно. Но боль не шла ни в какое сравнение с охватившим ее ужасом. Она непроизвольно содрогнулась, а потом вспомнила о пистолете и замерла от страха.
Где пистолет? Он должен быть у него. В кобуре или…
Его хватка ослабла, и она почувствовала, как он шарит свободной рукой за поясом.
Он хочет вытащить пистолет?
От мысли о том, что в любую секунду может раздаться выстрел, у Мадди подкосились ноги.
– У меня в сумке д-деньги, – в отчаянии произнесла она сдавленным, хриплым шепотом.
Ей больно было говорить. Она бросила быстрый взгляд в сторону и заметила, что дверь совсем рядом, в каком-нибудь метре.
– Мне не нужны твои деньги.
Он протянул к ней руку – о боже! – и зажал ей рот. Она почувствовала запах резины, а потом что-то липкое оказалось у нее на губах – клейкая лента. Он заклеивает ей рот, чтобы она не смогла кричать.
В этот момент Мадди уже не сомневалась, что сейчас он прикончит ее.
Неожиданно ее ослепил яркий луч света. Пару секунд он просто водил фонарем по ее лицу, рассматривая ее. А потом свет погас.
Мадди плакала, но этого было почти не слышно из-за клейкой ленты.
– Боишься? – По его шепоту она поняла, как он наслаждается своей властью. – Да, тебе есть чего бояться. – Голос его стал грубым. – Встань на колени!
Его пальцы сжались вокруг ее горла, а потом он надавил ей сзади на шею, чтобы она опустилась на пол. Особых усилий для этого ему не потребовалось. Ноги у Мадди подкосились, у нее кружилась голова, страх буквально парализовал ее. Ковер под ее голыми коленями казался жестким и колючим. Она оперлась на руки, чтобы не упасть, чувствуя, как вся покрывается холодным потом.
Мадди показалось, что из коридора едва слышно доносятся чьи-то голоса.
– Ни звука!
Он толкнул ее на ковер. Она автоматически передвинула руки, чтобы удержаться.
Пожалуйста, Господи, пожалуйста, Господи, пожалуйста…
Она нащупала карандаш как раз в тот момент, когда коснулась щекой ковра. Она сжала карандаш в кулаке мертвой хваткой.
– Не двигайся, – прошептал он, наклоняясь к ней. Мадди услышала едва различимый металлический звук. Она представила, что он делает у нее за спиной: вытащил пистолет и сейчас прицеливается.
Ей уже нечего было терять, и она предприняла последнюю, отчаянную попытку. Подняв руку вверх и размахнувшись, она вонзила карандаш куда-то наугад. Ощущение было такое, будто она проткнула вилкой кусок мяса…
Он взвыл и отскочил в сторону.
Мадди поднялась на ноги, бросилась к двери и, схватившись двумя руками за ручку, повернула ее.
Дверь раскрылась. Яркий свет ослепил ее. Из последних сил она выпрыгнула на свет. В ужасе оглянувшись через плечо, она увидела, что он уже бежит за ней – огромный темный силуэт.
Она сорвала с губ липкую ленту и закричала так, что и мертвый поднялся бы из могилы.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Пятница, 15 августа
– Что, черт возьми, у нее общего с остальными? – пробормотал себе под нос Сэм.
Он стоял, засунув руки в карманы джинсов, в коридоре морга Нового Орлеана и с едва сдерживаемым отчаянием наблюдал через стекло, как окружной судмедэксперт делал первый надрез в виде буквы «У» на теле Маделайн Фицджеральд. На этот раз они с Уинном приехали на место преступления – в гостиницу «Холидейинн экспресс», – когда тело уже грузили в машину судмедэксперта.
– Да что угодно. Или вообще ничего. Тебе это не приходило в голову? Может быть, он выбирает свои жертвы просто наугад. А с нами просто играет.
Уинн стоял рядом с Сэмом, облокотившись на унылую бетонную стену, стараясь не смотреть на труп за стеклом.
– Что-то общее все же должно быть, – поморщился Сэм.
Они тщательно изучили всю подноготную погибших, но так и не обнаружили между ними никакой связи. У этого серийного убийцы не было даже никаких предпочтений в том, что касалось возраста, пола или цвета кожи его жертв.
– Связь все-таки есть, мы ее установим и тогда поймаем его. Рано или поздно он совершит ошибку.
– Хотелось бы, чтобы это произошло пораньше. А то это дело мне уже поперек горла.
Сэм пробормотал что-то в знак согласия. Они провели всю последнюю неделю в поисках женщины, ломая голову над каждой наводкой, которую подбрасывал им преступник по телефону. Вторая наводка – Пейтон – оказалась частью названия улицы, на которой находилась гостиница. Третья – Фицджеральд – фамилией жертвы. Четвертая имела отношение к названию гостиницы – «Холидей». Пятая, которую он им подбросил всего за несколько часов до убийства, – НО, то есть Новый Орлеан.