Чтение онлайн

— Это благородный жест, — тихо говорит он. — Но ты просишь о невозможном.

Конечно, это так.

Всякий раз, когда я нахожу в нем хоть малейшую толику человечности, она испаряется так же быстро, как появляется.

Я высвобождаюсь из его объятий, и он позволяет мне это. Я направляюсь на кухню, мои руки дрожат.

Он открывает свой ноутбук и возобновляет набор текста.

Я беру чашку с водой, внезапно испытывая жажду, когда слышу жужжание позади себя.

Черный телефон стоит на мраморном островке и вибрирует.

Я встречаюсь с ним взглядом, пока телефон продолжает гудеть.

Я ближе к этому. Намного ближе.

— Миа.

В его голосе слышится предупреждение, низкое и мрачное, пока я продолжаю смотреть на телефон.

— Миа.

Пошел он к черту за то, что отклонил мое предложение, за то, что не распознал уязвимость, которую я ему предложила.

Я хватаю телефон и бегу к двери.

ГЛАВА 21

СТЕФАН

Она потрясающая.

Меня так и подмывало принять ее предложение.

Так и подмывало оставить все это позади, сжечь все дотла и сделать все, что она попросит.

И я был так близок к тому, чтобы рассказать ей все.

Один ее взгляд — и я в полной заднице, готовый изменить все планы, которые когда-либо строил, и перевернуть мир с ног на голову ради нее.

Но есть работа, которую нужно делать.

Незаконченное дело, которое нельзя игнорировать.

Я знаю, что мой отказ глубоко ранит ее. Я чувствую запах стыда, отчаяния, когда она теряет надежду, и мне хочется бушевать от ярости.

Но я не могу.

Я показываю ей монстра, злодея, которым мне нужно быть.

Затем мой телефон звонит, и она убегает, прежде чем я успеваю ее остановить.

БЛЯДЬ.

Она у двери, бесполезно стучит по клавиатуре, когда я догоняю ее. — Какого хрена ты делаешь?! — Рычу я, разворачивая ее лицом к себе.

— Пытаюсь выбраться из этого места! — Она кричит, ее глаза покраснели от слез. — Я больше не могу здесь оставаться, Стефан!

— У. Тебя. Нет. Выбора. — Я рычу. — Ты моя, милая.

Она сжимает телефон в кулаке, ее дыхание прерывается, когда я пристально смотрю на нее.

— Отпусти телефон, Миа.

Ее отчаяние наполняет мои чувства, и мой Альфа воет в агонии.

Ты сделал это с ней. Ты заставил ее чувствовать себя так.

— Отпусти меня.

Я качаю головой. — Ты знаешь, я не могу этого сделать, — бормочу я, притягивая ее ближе к себе.

Черт возьми, ее аромат. Я мог бы утонуть в ней, в ее вкусе, в ее сущности…

— Ты продолжаешь морочить мне голову, — рыдает она. — Мне здесь не место, ты это знаешь.

Но я не прислушиваюсь к ее мольбам.

— Твое место со мной, — шепчу я ей на ухо. — Всегда.

Она рыдает сильнее, качая головой.

— Дай мне телефон, Миа. — Я протягиваю руку, чтобы взять ее, но ее кулак крепко сжимает устройство.

— Ты даже пароля не знаешь, — бормочу я. — Кому бы ты вообще позвонила?

У нее нет никого, кроме меня.

Нравится ей это или нет.

— В полицию, ты псих, — говорит она, но в ее голосе пропадает задор, и она наклоняется в мои объятия.

Ее наивность восхитительна.

— И ты не думаешь, что они у нас в кармане? Одно мое слово, и они отправят тебя обратно сюда.

Она не выпускает телефон из рук.

— Тогда коллекционерам, — слабо пытается она.

Я хихикаю. — Еще раз, они отправят тебя обратно ко мне.

Я убираю волосы с ее шеи и прижимаюсь губами к ее коже. — Верни мне мой телефон, милая.

Она вздрагивает от моего прикосновения, но ее рука расслабляется, позволяя мне взять свое устройство. — Хорошая девочка, — хвалю я.

— Я ненавижу тебя, — бормочет она мне в грудь, и я глажу ее по волосам, заставляя себя не реагировать на ее слова.

— Я знаю. — Я говорю просто.

* * *

Она не разговаривает со мной целую неделю.

Я чувствую ее гнев, замешательство и тоску по всему дому.

Я фантазирую о том, как раздвигаю ее ноги, ласкаю ее киску, пока она не распадается на части у моего лица, выкрикивая мое имя.

Иногда по ночам я слышу, как она рыдает, и мне требуется все, что в моих силах, чтобы не броситься к ней.

Я должен быть монстром.

К концу недели я на взводе, мой темперамент выходит из-под контроля, когда я разговариваю с Малкольмом в ночном клубе.

— Благотворительное мероприятие состоится завтра, и почти все гости подтвердили это, — говорит он, протягивая мне листок бумаги.

— А тема? — Спрашиваю я. — Это все еще то, о чем мы договорились?

— Да. Каждое ‘пожертвование’ — это списание налогов на спасение голодающих детей. — Он ухмыляется. — Кстати, это была блестящая идея. Это приносит гораздо больше дохода, и у нас будут постоянные клиенты…

— И они знают о дресс-коде? — У меня нет времени на злорадство Малкольма. Мне нужно знать, что каждая деталь плана точна.

— Маскарад. Черный галстук. Входная цена пятьдесят тысяч.

Идеально.

— Хорошая работа, — киваю я ему. — И у вас есть люди, о которых я просил?