Чтение онлайн

Я не жду её ответа, прежде чем нажать на электронную клавиатуру, которая открывает дверь в коридор. Кажется, я слышу её протест, но не жду её ответа.

Я свищу, когда иду по коридору, мои шаги на плюшевом ковре внезапно легки, как воздух. Я только вернулся во дворец, потому что мой срок службы в Королевской Протровской Армии истёк, и у моего отца случился сердечный приступ, который оказался язвой, а не сердечным приступом. И потому, что он хотел, чтобы я познакомился с его будущей женой – Софией Кенсингтон.

Даже в армии, со мной обращались мягко, потому что я сын короля. Поэтому я наслаждаюсь тем фактом, что маленькая Мисс Благодетель не признаёт такого рода дерьма. Она справляется с этим так же хорошо, как и я.

Может быть, возвращение во дворец будет не таким скучным, как я ожидал.

Этот мудак.

Этот глупый, заносчивый, инфантильный, безответственный осёл.

Я открываю комод с хранящейся одеждой, с которой я приехала – один рюкзак, ничего особенного. На самом деле, рюкзак был настолько немодный, что дворецкий, который проводил меня в мою комнату, когда я приехала несколько часов назад, практически обнюхал меня - презрение читалось на его лице. Не удивлюсь, если мой рюкзак уже сожгли, чтобы не загрязнять дворец.

Роясь в своей одежде, идеально сложенной и разложенной в комоде для меня, каждый предмет отделён причудливой лавандовой папирусной бумагой с выбитым королевский гербом в золотой оправе… я остановила выбор на паре джинсов и футболке. Я хочу выбраться из этого дурацкого платья и этих неудобных туфлей.

На самом деле, мне нужно просто улететь отсюда. Я могла бы вернуться в Штаты.

Я имею в виду, конечно, сейчас всё по-другому. Прошло два года с тех пор, как я жила в Штатах. Я должна была вернуться и жить с Дереком.

Мы с Дереком были в отношениях на расстоянии, пока я находилась в Африке, и это, казалось, было тем, что нужно было делать в то время, хотя в ретроспективе - это оказалось глупой идеей. Но мы были вместе с колледжа, а моя мать и его родителя были друзьями. Не похоже, что у нас не было общей истории.

Предполагалось, что мы будем вместе. Но, если бы я была честна сама с собой, я бы призналась себе, что никогда не была влюблена в него. На самом деле, нет.

Было слишком легко оставить его на два года, чтобы отправиться в Африку. Это не должно быть так - легко уйти от кого-то, кого любишь.

Сказать, что моя мать будет разочарована моим расставанием, будет преуменьшением. Именно по этой причине я избегала её телефонных звонков на прошлой неделе, скрываясь, пока разбиралась со всем этим дерьмом после фиаско в Вегасе. Она послала телохранителей и частный самолёт, чтобы доставить меня в Протровию, якобы потому, что я не отвечала на её звонки. Но ещё и потому, что она просто любит сделать что-то подобное для драматического эффекта.

Раздал стук в дверь, и она распахивается без колебаний. Моя мама быстро закрывает её, держа руку на дверной ручке за спиной, как будто она нуждается в этой поддержке. – Изабелла Кенсингтон, - произносит она, её тон резок.

– Я понимаю, что ты расстроена, мама, - начинаю я. – Я собиралась рассказать тебе о том, что случилось с Дереком. Мне просто нужно время.

– Нет, - говорит она, идя ко мне длинными шагами, выражение её лица спокойное. Вы никогда не узнаете, что она была расстроена, глядя на неё. – Расстроена – это не то слово, которое можно использовать в данной ситуации. Сейчас я опустошена.

Я сдерживаю смех. – Опустошена? – спрашиваю я. – Ты опустошена из-за моей разорванной помолвки? Думаю, что это я должна чувствовать такое.

Она протягивает руку, останавливая меня. – Я терпела твою необходимость убежать на этот, Богом забытый, континент, чтобы участвовать в спасении мира. Я была более, чем понимающей.

– Да, ты была воплощением поддержки, - жёстко говорю я. Я подала заявление на двухгодичную должность, никого не предупредив, используя девичью фамилию своей матери, и хранила это в секрете, пока не узнала, что получила её без каких-либо связей с матерью или состоянием Кенсингтонов. Я объявила ей только после того, как приняла решение и дала своё согласие.

– Нет необходимости так со мной разговаривать, - сказала она. – И твоя маленькая вспышка была сегодня отвратительной.

– Я сожалею, что ты нашла это возмутительным, - произнесла я. – Возможно, ты сочла это огорчающим, что твой любимый, почти зять, трахал Адриану? Или что он делал это в течение нескольких лет?

– Дерек – человек, - сказала она. – Все люди неосторожны, особенно мужчины, как Дерек. Главное, что он женится на тебе. И, если ты помнишь, мне никогда не нравилась Адриана.

Я качаю головой. – Мы больше не женимся, - произношу я. – И я не верю в это. Я не хочу ничего подобного.

Она поднимает брови. – Пожалуйста, скажи мне, что я вырастила дочь, которая не настолько наивна, чтобы верить в какие-то нелепые истории о настоящей любви.

Я не знаю, почему эти слова удивляют меня, но это происходит. – Это не смешно, - возражаю я, слабым голосом.

Кроме того, я не уверена, что верю в это. Может быть, это смешно и наивно.

– Сказки, - произносит она. – Я виню в этом твою няню. Она всегда читала тебе сказки, когда ты была маленькой. Пора взрослеть, Изабелла. Жизнь – не одна большая сказка.

– Ты выходишь замуж за короля, мама, - говорю я. – Ты не видишь иронии в этом? Ты говоришь мне, что сказки нереальны, но мы, в прямом смысле, стоим во дворце?

– Не будь глупой, - сказала она. – Ты ведь не глупая девочка. Это ниже тебя. Как и сказочные представления о жизни.

– Ты не влюблена в короля… - сомневаюсь я, мой голос затихает.

Она смотрит на меня в течение долгого времени. – Ты полюбишь Дерека. Ты будешь улыбаться, возьмёшь его за руку и будешь стоять рядом, когда он станет губернатором Нью-Йорка, как и его отец. И ты будешь стоять с ним рядом, когда деньги его семьи сделают его Президентом. И ты повернёшься в другую сторону, когда он будет делить свою постель с кем-то другим. Ты будешь улыбаться и выглядеть красиво, потому что это то, что ты должна делать.