Чтение онлайн

— Взгляните-ка сюда, — крикнул Лойс, и она подняла глаза, полные слез. Старик стоял в нескольких шагах от нее и указывал на землю.

— Везде кровь. Наш лорд и его высочество хорошо постояли за себя. Тела тащили волоком… Видите борозды от каблуков в грязи? Когда все кончилось, трое из нападавших не смогли встать!

— Или двое и принц Рохан… — еле слышно сказала вздрогнувшая Фейлин.

— Разве он носил шпоры? Тут следы от трех пар шпор.

— Не знаю. Не могу вспомнить.

— Обученный своим отцом и ездящий на лошади лорда Чейналя? Шпоры никогда не касались такого коня… или любого другого, на котором ездил принц Рохан.

Она провела кулаком по глазам и приказала:

— Дарфир, клади нашего лорда на его лошадь. Мы отвезем его домой.

— Успеется. Надо пройти по следу до самого конца, — буркнул Лойс.

— Но уже почти стемнело, — возразил Дарфир. Лойс выругался, сплюнул, а затем куда-то отправился. Фейлин догнала его.

— А вдруг мы найдем их? Нас четверо против неизвестного числа противников, которые будут держать меч у горла принца. И что будет с мальчиком?

— Мало, конечно, чтобы выдержать бой. Ты всегда все взвешиваешь до последней крупицы, да?

— Я думала, что это ты у нас золотых дел мастер. Лойс фыркнул.

— Я стал им только тогда, когда до чертиков надоело переправлять через горы чужое богатство, девушка. Есть менее опасные способы заработать себе: на жизнь.

Перед самым закатом они добрались до места, где из скал выходила наружу открытая горная порода. Лойс горестно покачал головой.

— Судя по отметинам от поводьев, здесь стояло шесть лошадей. Отсюда они ушли более трудной тропой. Теперь даже я не смогу найти их…

— Лойс, взгляни сюда! — Фейлин подняла маленький блестящий предмет, который попался ей на глаза. — Это монета… нет, медальон.

Старик взял его и бережно провел пальцем по обеим сторонам.

— Сделан на монетном дворе, когда мериды владели Стронгхолдом. Тогда у них был легендарный золотых дел мастер. Я узнаю его работу. — Он снова сплюнул. — Мериды, будь они прокляты!

Когда они возвращались к Дарфиру и его молчаливому напарнику, Лойс спросил:

— Ты когда-нибудь видела его принцессу?

— Нет. Каждый раз, когда они приезжали, я наблюдала за драконами.

— Огонь в ее волосах, Огонь в ее руках… Она вызывает его по собственному желанию. Но ничто не сравнится с тем Огнем, который она обрушит на меридов, когда узнает об этом. Она поведет за собой целые армии и не пожалеет ничего, чтобы вернуть его.

— Но если она это сделает, мериды убьют принца! Глаза Лойса сверкнули в темноте.

— Ты никогда не видела принцессу, — сказал он.

Белиав потер ритуальный шрам на подбородке и взглянул на очертания лун, едва видимых между острыми вершинами. Они поднимутся только через несколько дней и дадут столько света, что можно будет безопасно ездить по горным тропам. А пока он ежеминутно рисковал поскользнуться или пропустить важную примету. Время было совершенно неподходящим, они слишком рисковали, и принцесса будет недовольна. Впрочем, это ее трудности, подумал Белиав и выругался, когда лошадь споткнулась о камень. Откуда ему было знать, что этот дурак принц поедет смотреть на своих любимых драконов так быстро? Как он мог упустить момент, когда Рохан оказался поблизости от того места, где его должна была ждать засада, рассчитанная на долгий срок?

Они прибыли только вчера. Белиав никогда не выбрал бы для засады такой редкий кустарник, но… победителей не судят. Он натянул поводья и позволил себе плюнуть на светловолосую голову принца. Рохан лежал поперек седла, как куль с мукой. Веревка, стягивавшая его запястья и лодыжки, Была пропущена под брюхом лошади. Еще одна лошадь везла поперек седла тело мерида, плотно завернутое в ткань, чтобы кровь, капавшая из страшной раны, не оставила следов. Меч принца, ответственный не только за эту смерть, сейчас принадлежал Белиаву. Так же как ножи, о которых его предупреждали, и золотая мантия без рукавов. Он потерся щекой о плечо и почувствовал прикосновение к коже гладкого шелка с серебряной вышивкой. Жаль, конечно, что красивый наряд был распорот и испачкан кровью. Может быть, служанки принцессы сумеют его зашить и почистить? Сейчас, когда они закончили гобелены с чертовыми драконами, им все равно нечего делать.

Подковы лошади Белиава снова скользнули, и он криком предупредил об опасности людей, ехавших за ним следом. Двое из них были ранены, двое убиты и прикручены к седлам, а один вез связанного оруженосца с кляпом во рту. Была потрачена уйма времени, чтобы обезопасить себя от всяких неожиданностей, да и передвижение было медленным, поскольку трех лошадей пришлось вести в поводу. Но о том, чтобы бросить трупы на поле боя, не могло быть и речи. Это были люди Янте. Достаточно было посмотреть на их одежду, чтобы все понять. А сколько времени ушло на поиски в грязи этой проклятой стрелы… Люди принца должны были поверить, что только мериды несут ответственность за его захват. Поэтому они и бросили медальон в надежде на то, что кто-нибудь обязательно найдет его. Белиав усмехнулся при мысли, что лорд Чейналь, направляясь на север во главе армий Пустыни, проедет как раз мимо Феруче, где будут держать Рохана. И он останется там до тех пор, пока Янте не сделает с ним то, что она задумала. Будь воля его, Белиава, он без всяких затей отправил бы принца разрубленным на части его фарадимской ведьме, но Янте категорически запретила это. Принцесса уверила его, что придуманный ею план куда более выгоден для меридов; при этом в глазах Янте горел такой мрачный огонь, что спорить не приходилось. Нет, совсем не потому, что он доверял ей, размышлял Белиав, откидываясь назад, чтобы унять боль в спине. Лорд Фарид сильно ударил его, пока еще был в седле, и он с наслаждением вонзил меч в бок старика. В общем, синяков на нем хватало, а езда верхом не способствовала уменьшению боли в избитом теле. Ладно, до Феруче осталось всего тридцать мер, там он отдастся в руки служанок принцессы, а самого Рохана отдадут Янте… Так вот, Белиав совсем не доверял ей, но в данное время изменение плана не принесло бы ему никакой выгоды. Некоторые подробности этого дурацкого плана забавляли его, но в общем ему было все равно. Пусть принцесса потешится Роханом как любимой игрушкой, а когда надоест, велит сбросить его на скалы. Он, Белиав, собственноручно сделает это.

Он потянулся, не имея возможности отпустить поводья или веревку, чтобы почесать спину, и подумал о том, как бы быстрее передать сообщение своим братьям на севере, чтобы они ускорили приготовления. Нападение на Тиглат должно начаться раньше, чем планировалось. Янте и Ролстра предостерегали против этого, но никогда не будет более удобного момента, чтобы уничтожить проклятую крепость. Верховный принц вместе с молодым принцем Ястри Сирским скоро начнут военные маневры у реки Фаолейн. Согласно плану Ролстры, они должны были одним махом уничтожить всю армию Пустыни. Поэтому он и приказал меридам не предпринимать никаких действий против Тиглата, чтобы лорд Чейналь не вздумал разделить свои силы и сражаться как на севере, так и на юге. Но сейчас Тиглат был беззащитен, и если верховный принц думает, что мериды не воспользуются этим шансом, он ошибается. Если лорд Радзинский разделит армию, тем хуже для Ролстры. Действительно, сказал себе Белиав, слишком жирно будет с верховного проглотить одним глотком всю Пустыню. Если Тиглат будет в руках меридов, Ролстра не сможет нарушить обещание, что северная часть Пустыни будет возвращена ее законным владельцам. Разве можно доверять хоть одному слову старого лжеца?

Когда Рохан повернул голову и издал сдавленный стон, Белиав опустил глаза, вынул ногу из стремени и ударил принца в висок. Нельзя было позволить себе большего, не рискуя вызвать гнев Янте. Рохан опять потерял сознание. Слабый лунный свет озарил кровавое пятно на его плече, и Белиав улыбнулся. Что бы ни было, а он доставит принца живым, как обещал. Но зато к зиме мериды снова будут хозяевами Стронгхолда.

Эта мысль грела его еще несколько мер, а там дорога стала полегче. Наконец показалось солнце, и Белиав прибавил ходу. Он проклял гарнизон у Феруче, из-за которого путь, и так казавшийся бесконечным, пришлось удлинить еще на десять мер. Но все было бы сведено на нет, если бы люди Рохана заметили странный конный отряд, направлявшийся в Феруче.

Солнце было по-летнему жарким и нещадно палило даже на рассвете. Наконец Белиав повел своих людей по узкой тропе с задней стороны замка. Испуганная охрана на редких постах выкрикивала пароль, он ворчливо отвечал. Шпили крепости, торчавшие из-за скал, дразнили Белиава еще три меры, прежде чем он достиг ворот. Во дворе мерид слез с лошади, ощущая боль в каждом мускуле, и схватил бурдюк с водой у первого попавшегося навстречу слуги. Осушив его, Белиав тяжело вздохнул и повернулся, когда послышался властный голос стоявшей на лестнице Янте.