Чтение онлайн

— Как давно она послала людей, Джарт?

— Не знаю, когда они ушли… и даже ушли ли они, — отозвался он. — А по разнице времен они могли уйти и уже вернуться.

— Верно, — сказал я и:

— Дерьмо!

Он повернулся и взглянул на меня.

— Это важно во всех смыслах? — произнес он.

— Это важно для нее, а она важна для меня, — ответил я.

Выражение его лица сменилось на озадаченное.

— В таком случае, — сказал Джарт, — почему бы просто не подождать, пока ее не приведут к тебе? Если придется принять трон, это хоть подсластит пилюлю. А если нет — она все равно останется у тебя.

— Трудно держать чувства в секрете, даже среди неколдунов, — сказал я. — Ее могут использовать как заложницу.

— Ого. Противно говорить, но меня это радует. То есть я хотел сказать… рад, что тебя еще кто-то заботит.

Я опустил голову. Я хотел протянуть руку и дотронуться до него, но я не сделал этого.

Джарт издал легкий мурлык, как когда-то в детстве, что-то взвешивая в уме. Затем:

— Нам надо добраться до нее раньше, чем это сделают они, и увезти куда-нибудь в безопасное место, — сказал он. — Или отобрать, если они ее уже сцапали.

— «Нам»?

Он улыбнулся — редкостное событие.

— Знаешь, каким я стал? Я — крутой.

— Надеюсь, что так, — сказал я. — Но тебе известно, что будет, если какие-нибудь свидетели молвят, что за всем этим стоит парочка Всевидящих братьев? Самое вероятное — это вендетта с Птенцами Дракона.

— Даже если их втянула Дара?

— Похоже, что разогрела их она.

— О’кей, — сказал он. — Никаких свидетелей.

Я мог бы заявить, что отказ от вендетты спасет множество жизней, но это прозвучало бы лицемерно, даже если б я имел в виду нечто иное. Вместо этого:

— Та сила, что ты набрался в Фонтане, — сказал я, — дает тебе кое-что, о чем я слышал как об эффекте «живого Козыря». По-моему, ты был способен переместить как Джулию, так и себя.

Джарт кивнул.

— Можешь быстренько доставить нас отсюда до Кашфы?

Далекий звук огромного гонга наполнил воздух.

— Я могу все, что могут карты, — сказал брат, — и я могу взять с собой любого. Проблема лишь в том, что даже Козыри не перекрывают таких расстояний. Мне придется доставлять нас серией прыжков.

Опять прозвучал гонг.

— Что происходит? — спросил я.

— Звон? — сказал он. — Он означает, что вот-вот начнется погребение. Он слышен во всех Дворах.

— Неудачное время.

— Может — да, может — нет. Это подарило мне идею.

— Расскажи.

— У нас будет алиби, если вдруг придется вывести из игры пару-тройку Драконьих Птенцов.

— Каким образом?

— Разница времен. Мы пойдем на погребение, и нас увидят там. Мы ускользнем, слетаем по делам, вернемся и поприсутствуем на хвосте церемонии.

— Думаешь, ток энергии позволит это?

— Думаю, да. Я вволю попрыгал окрест. И начинаю подбираться к реальному чувству потоков.

— Тогда — вперед. Чем больше беспорядка, тем лучше.

Снова гонг.

Красный — цвет огня жизни, который наполняет нас, — при Дворах это цвет траурных одежд [18] . Скорее я использовал бы спикарт, чем Знак Логруса, чтобы вызвать подходящие одежды. Сейчас я хотел избегать общения — даже самого светского — с этой Силой.

Тогда Джарт козырнул нас в свои апартаменты, где у него были подходящие одеяния с последних похорон, на которых он побывал. Мне тоже хотелось хоть на немного посетить свою старую комнату. Как-нибудь, когда меня не будут торопить…

Мы вымылись, причесали волосы, привели себя в порядок, быстро оделись. Затем я принял измененный облик, Джарт — тоже, и мы снова навели марафет уже в этом виде, прежде чем приодеться согласно обстоятельствам. Рубашка, штаны, куртка, плащ, браслеты на ноги, браслеты на руки, шарф и банданна в горошек [19] — выглядели мы зажигательно. Оружие пришлось оставить. Мы планировали вернуться за ним по дороге назад.

— Готов? — спросил меня Джарт.

— Да.

Он схватил меня за руку, и мы переместились, прибыв на внутренний край Плаза-на-Краю-Мира, где синее небо темнело над заревом факельного огня, вытянувшегося по маршруту процессии. Мы прошли вдоль плакальщиков в надежде, что увидят нас многие. Меня поприветствовало несколько старых знакомых. К несчастью, большинство хотело остановиться и поговорить: раз уж так долго не виделись. У Джарта были аналогичные проблемы. Большинство также интересовалось, почему мы здесь, а не в Руинааде — огромной стеклянной игле Хаоса далеко позади нас. Регулярно воздух вздрагивал, когда гонг издавал тягучий звон. Я ощущал, как дрожит почва, так как мы были недалеко от источника. Мы медленно проделали наш путь через Плаза к массивной свае из черного камня на самом краю Преисподней, к вратам-арке из застывшего пламени и такой же лестнице, ведущей вниз: каждая ступенька и подступень — из запертого временем огня. Грубый амфитеатр под нами был также украшен огнем — сам-себя-освещающий, обращенный к черной глыбе в исходе всего, и не было стены за ним, лишь открытая пустота Преисподней и та сингулярность, откуда исходит все.

Внутрь еще никто не входил, и мы стояли возле ворот из огня и смотрели на путь, которым проследует процессия. Кивали дружеским демоническим лицам, вздрагивающим в тон гонгу, наблюдали, как все больше темнеет небо. И вдруг мой разум окатило могучим присутствием.

— Мерлин!

Появилось изображение Мандора, в измененной форме, приветствующего меня через Козырь и глядящего вниз на затянутую в красное руку, кисть не видна, а лицо — на грани гнева, какое я редко видел у него за очень долгое время.

— Да? — сказал я.

Его взгляд сместился за меня. Выражение внезапно изменилось, брови приподнялись, губы разошлись.

— Там с тобой Джарт? — спросил он.

— Он самый.

— Я думал, вы не в лучших отношениях, — сказал он медленно, — судя по нашей последней беседе.

— На время похорон мы решили отложить наши разногласия.

— Хоть это и кажется цивилизованным, я не уверен, мудро ли это, — сказал он.

Я улыбнулся.

— Я знаю, что делаю, — сообщил я ему.