Принц наемников
Шрифт:
— Адъютант?
— У меня есть его досье, полковник. — Капитан Фаст показал на консоль. — Из него выйдет прекрасный солдат.
— Но не обязательно прекрасный летчик.
— Нет, сэр. У него прекрасные показатели интеллекта. Но я сомневаюсь в его мотивации.
— Да. Но нас ведь обычно не слишком волнуют мотивы тех, кто к нам записывается. Мы лишь требуем, чтобы они вели себя как солдаты. Есть возражения, Эймос?
— Нет, полковник.
— Тогда решено. Фуллер, вам назначается испытательный срок. Это будет не самый легкий период в вашей жизни. Право быть в нашем полку нужно заслужить. — Он неожиданно улыбнулся. — Не всегда можно позавидовать участи субалтерн-офицера.
— Да, сэр.
— Можете идти. Когда вернемся в наш лагерь, принесете присягу. И, несомненно, капитану Фасту понадобится дополнительная информация для его базы данных. Вы свободны.
— Да, сэр.
Марк вышел из-под командирского навеса. «Распалась связь времен, — подумал он. — Верно ли я цитирую? Неважно. Разве кто-нибудь хозяин собственной жизни? Я не смог им быть. Полиция, морские пехотинцы, босс, теперь эти наемники — все они указывают нам, что мы должны делать. А кто указывает им?
Теперь я один из них. Солдат-наемник. Звучит ужасно, но у меня совсем нет выбора. Это не карьера. Просто способ избавиться от рабства.
И все же…»
Он вспомнил утреннее сражение и почувствовал себя виноватым. Он остался жив. Мужчины и женщины умирали вокруг него, но он чувствовал себя живым как никогда.
Он прошел мимо могил. Почетный караул, не обращая внимания на жужжащих насекомых, ни на что не реагируя, стоял навытяжку рядом с этими закутанными в знамена фигуры, лежащими ровными рядами. «Теперь я один из них», — подумал Марк, сам не зная, кого имеет в виду: караульных или покойников.
XI
— Господин президент!
— Да, господин вице-президент!
— С сожалением должен сообщить, что, вопреки правилам, капитан Оуэнсфорд принес выпивку на свой стол. Сэр!
Капитан Хесус Алана стоял в конце стола и ледяным взглядом смотрел на капитана Оуэнсфорда.
— Капитан Оуэнсфорд! Оуэнсфорд встал.
— Господин президент.
— Что вы можете сказать в оправдание своего ужасного преступления?
— Выпивка хороша, сэр.
— Неудовлетворительно, капитан. Отправляйтесь докладывать ведру грога.
— Сэр! — Оуэнсфорд направился в конец комнаты.
— Полагаю, у вас на Спарте тоже такое бывает, — сказал майор Севедж.
— Да, но всей старой традиции мы не следуем, — ответил Лисандр. Потом улыбнулся. — На самом деле такого немного, но, вернувшись, я это изменю.
Оуэнсфорд с помощью пожарных клещей достал из контейнера с тремя лепестками, обозначающими радиацию, дымящуюся фляжку, потом надел плотные рукавицы и свинтил крышку.
— За наших гостей, за президента стола и за 42-ой! — Он выпил, поставил чашку донышком вверх и отдал честь.
— Господин президент!
— Да, господин вице-президент!
— С сожалением констатирую, что капитан Оуэнсфорд не отдал присутствующим честь до того, как выпил.
— Капитан Оуэнсфорд, что вы можете сказать в свою защиту?
— Предыдущая выпивка была очень хороша, сэр!
— Мы вас прощаем. На первый раз. Садитесь на место.
— Спасибо, сэр!
Женщины, за исключением тех, что в мундирах, давно покинули столовую. Кэтрин Алана была в штатском и не вернулась после того, как проводила Урсулу в ее комнату в гостевых помещениях полка. И сегодня я буду спать один. Лисандр посмотрел на дальний конец стола, где спокойно сидел
Фалькенберг. Любопытно, что он так разместил нас. Знает ли он?
Гостям позволено было не следовать обычаям офицерской гостиной, но даже без визитов к ведру с грогом Лисандр выпил гораздо больше обычного. Коктейли перед обедом, вино за обедом, портвейн после обеда и бренди после портвейна. Потом Фалькенберг сделал знак, и официанты внесли виски. Шотландский виски, приятный, почти как коньяк.
Но вот полковник поймал взгляд капитана Алана. Президент стола кивнул.
— Волынщики!
— Сэр!
В зал вошли с десяток волынщиков. Официанты принесли еще виски.
— Боже, майор, — сказал Лисандр. — У вас такое часто?
— Только когда есть хороший повод. Думаю, повод у вас всегда найдется.
— Конечно, победу на прошлой неделе нужно отпраздновать.
— Верно. Но ее мы уже отпраздновали. А сегодня повод — ваш визит. — Севедж взглянул на свои часы. — Думаю, все скоро закончится. Утром заседание штаба. — Он встал. — Если вы меня простите, мне нужно подготовиться.
— Полагаю, вы не нуждаетесь в помощи? Севедж улыбнулся.
— Да, этого может быть многовато. Вот что я вам скажу. На выходе шепну слово президенту.
Через десять минут волынщики остановились, чтобы освежиться, и капитан Алана объявил об окончании обеда. Лисандр неуверенно встал.
Подошел капитан Оуэнсфорд и негромко сказал:
— Кое-кто останется здесь на всю ночь. Хотите, я вас провожу в помещения для гостей?
— Да, пожалуйста.
Снаружи было почти прохладно, и Лисандр почувствовал, что понемногу трезвеет.
— На меня больше действует шум, чем виски, — сказал Оуэнсфорд. — Волынщики мне никогда не нравились. Хорошо себя чувствуете?
— Неплохо.
— Я знаю, как привести вас в порядок.
— Да?
— У нас есть снадобье. Витамины. Тоник. Другие вещества. Действует всегда. Хотите попробовать?
— Капитан, я готов убить за стакан вашего средства. Или за два стакана.
Оуэнсфорд улыбнулся.
— Сюда. — Он провел Лисандра к маленькому бару в конце офицерской гостиной и усадил за стол. — Биллингс, два «Перед сном», пожалуйста.