Чтение онлайн

Тот его не разочаровал. Ларс сразу понял замысел Элая, как только тот подошёл к краю плота, склонившись к самой воде. Брюнет с сосредоточенным выражением лица замер, будто даже прекратив дышать. Так он простоял довольно долго, пока в один миг молниеносно не ударил копьём в воду. С торжествующим воплем он поднял оружие с нанизанной на наконечник рыбиной.

Ларс с улыбкой вежливо похлопал в ладоши, чем моментально сбил радость с лица брюнета. На самом деле, Берсар был весьма впечатлён сноровкой и ловкостью Элая, которую тот вновь ему продемонстрировал. Ларс был уверен, раньше брюнет вряд ли баловался ловлей рыбы, выходит, он справился с новой для себя задачей без труда и с первого раза. И всё же, кое о чём Элай не подумал, и Ларс не преминул с удовольствием того просветить:

— Впечатлён твоей скоростью, о великий добытчик! — воскликнул мечник, патетично вскинув руки. — Увы, приготовить рыбу мы не сможем, пока не остановимся у берега. А сегодня я хотел бы этого избежать, по понятным причинам. Костёр на плоту развести не выйдет, а сырую рыбину ты вряд ли станешь есть.

Лицо Элая сразу скисло, он с раздражением смотрел на Ларса, будто именно он был виновен во всех бедах.

— Впрочем, обожди её выкидывать, — попросил Берсар, останавливая брюнета. — Вдруг Нэнна нам благоволит и сегодня мы полакомимся икрой?

Сноровисто вскрыв брюшко лосося с прекрасной серебристой чешуёй, мечник с довольной улыбкой на губах любовался красивой красной икре, щедро посланной им на обед Семерыми, направившими руку Элая.

Сам рыбный браконьер отнёсся к задумке Ларса с прохладицей, но от своей половины не отказался. Без соли и хлеба икра была на вкус как… не очень она была, в общем, зато хорошо утоляла голод и оказалась столь желанным сейчас разнообразием.

— Кстати, — спросил Ларс, бестактно облизывая пальцы. — Если мы сейчас находимся в Королевском Лесу, выходит, мы с тобой браконьеры? Сколько нынче полагается за воровство у короля?

— Не хочешь, не ешь, — мигом взбесился брюнет, играя желваками на лице.

— А я что? Я ничего, — усмехнулся Ларс, которому приносило удовольствие доставать Элая подначками, при этом стараясь не перейти опасную черту.

Это была интересная забава, хорошо скрашивавшая Ларсу досуг. Сейчас, находясь второй день на плоту, ему было откровенно нечем заняться. Он даже потренироваться с мечем не мог! А это уже было серьёзно. За свою короткую вторую жизнь Ларс привык каждый день уделять время для интенсивных тренировок с мечом. Теперь, благодаря наставлением Элая и возможности проводить поединке во сне, пользуясь подарком судьбы в виде Системы, Берсар чувствовал свой прогресс. Застой, начавшийся пару лет назад, сменился развитием. И вот, ему приходится посреди дня скучать на дурацком плоту посреди реки!

Решив помедитировать, Ларс постарался удобно усесться и начал повторять все указанию Элая. Что-то постоянно пыталось отвлечь внимание Берсара. То брызги воды долетят до лица, или плот начнёт покачиваться. Плеск воды сбивал настрой, а играющий рядом Рэй мало интересовался планами двуногого друга на тренировку. И всё же, Ларс посчитал правильным продолжить попытки. Он решил, если сможет научиться входить в медитацию в таких ужасных условиях, это будет прекрасным доказательством его мастерства.

Увы, его вновь постигла неудача. Просидев несколько часов неподвижно, даже погрузившись в медитативное состояние, Ларс так и не смог уверенно ощутить ту самую ци, вокруг которой вертится мир Адептов. Хрустнув шеей, Ларс потянулся к мешочку с Ядрами, вытащим то самое полюбившееся ему Ядро Оленя. Уже собираясь взять камень за щёку, как и всегда, Берсар поймал внимательный взгляд Элая.

— Неужели это то, о чём я думаю? — недоверчиво спросил брюнет.

— Откуда же мне знать, о чём ты думаешь, — бросил мечник, недовольный тем что его отвлекают от тренировки, и самим фактом обнаружения Элаем сокровища Ларса.

Ларса не представлял реальную ценность двух Ядер Зверей четвёртой стадии, но был уверен, она велика. За такое убивают не думая. Не то чтобы он ожидал этого от Элая, но появилось неприятное чувство раздражения, собравшись комком нервов под лопаткой.

— Это Ядро Древнего Зверя?! — воскликнул Элай. — А я ведь видел странные рога у тебя в пещере, но не мог поверить. Решил, третья ступень. Где ты это взял? Никогда не поверю, что ты мог убить такого Зверя!

— Где взял, там уже нет, — отрезал Ларс, не желая распространяться на эту тему.

— Ты его украл? — не унимался Элай, загоревшись неугомонным интересом.

Ларс молча прыгнул прямо на брюнета, повалив его вниз. Плот опасно закачался под ними.

Берсар бьёт кулаком в лицо, и Элай едва успевает убрать голову в сторону. Удар всё равно проходит по касательной, оставляя синяк на скуле. Элай мгновенно изворачивается, пытаясь сбросить врага, имеющего преимущество в весе, параллельно нанося удары локтём в бок. Ларс, не обращая внимание на боль, обхватывает цепкими пальцами горло Элая, начав душить. Брюнет пытается отодрать руки Ларса от своего горло, хрипя и выкатив глаза, но у него ничего не выходит.

Элай шарит руками рядом с собой, но не может ничего найти. Копьё откатилось на самый край плота, а больше ничего нет. Перед глазами брюнета начинают плясать тёмные мушки. Элай тянется слабеющими руками к лицу Ларса, пытаясь зажать ему рот, надавить на глаза, но тот постоянно убирает голову в сторону, всячески этому препятствуя. Элай чувствует, как его сознание начинает уплывать. Лицо рыжего парня становится размытым, взгляд расфокусируется, и теперь Элай видит только небо. Небо, отчаянно голубое небо и жёлтое солнце. Блики скользят по лицу, заслоняя всё…

Внезапно всё заканчивается, и Элай понимает, что может вдохнуть. Воздух наполняет лёгкие целиком, Элай выдыхает и вновь полной грудью вдыхает такой удивительно сладкий воздух.

— Ещё раз, — мечник с расцарапанным лицом, перекошенным от ярости, рычит и указывает прямо на брюнет, лежащего на плоту, — ещё хоть один чёртов раз назовёшь меня вором, и тебе конец. Ты понял меня?

Закашлявшись, Элай перевернулся на бок, после чего с усилием встал на четвереньки. Растирая горло, на котором уже проступали фиолетовые следы чужих пальцев, он кашлял и вытирал слезящиеся глаза.