Чтение онлайн

“Что? Ты думаешь, что сможешь мериться силами с Сореном?”

А потом Нора рассмеялась. Рассмеялась. Она бы обидела его чувства меньше, если бы просто потрепала по макушке.

”Уесли, никогда не тягайся с садистом. Для Сорена издевательство — просто прелюдия”.

И глаза Норы стали черными, как беззвездная ночь, что-то зажглось и погасло в них, что до чертиков испугало его. Именно тогда он понял, что знал Нору Сатерлин, не больше чем количество звезд в небе.

“Почему ты была с ним?”

Он задал вопрос шепотом, поскольку шепот - все, что у него смогло получиться. Нора улыбнулась такой улыбкой, которая завладела ее лицом и глазами, и все, что он мог сделать, это пялиться на эту улыбку, как он иногда смотрел на полумесяц.

“Мне нравится прелюдия”.

– Ты говорила, тебе нравилось, когда он бил тебя, - сказал Уэсли сейчас, проводя руками вверх и вниз по ее ногам.

С каждым кругом его пальцы медленно двигались выше.

– Мне нравилось. Мне нравится. Но иногда это выматывает. Боль ранит, и заниматься сексом с Сореном, означает подчиниться боли. Иногда я задавалась вопросом, как это было бы, заняться сексом, и не быть подвергнутой сначала десяти видам мучений.

Уесли ничего не сказал. Он только обхватил лицо Норы обеими руками и потер ее скулы. Она сморщила нос, и он рассмеялся.

– Что с лицом?

– Твои руки пахнут кормом для сомов.

Уесли убрал руки подальше от лица Норы и, что более важно, от ее носа.

– Сожалею. Может быть, ты права. Нам лучше сделать это в доме. Я могу принять душ.

– Нет-нет-нет. Мы не останавливаемся. Ни в коем случае. Просто, воняющие кормом для сомов руки, еще одна вещь, которая не происходит во время сексуальных сцен в любовных романах.

Нора протянула руку и вцепилась пальцами в петли на его поясе, чтобы притянуть Уеса ближе.

– Или это. Чёрт.

– Что?

Нора подняла руку на свет.

– Просто нахрен испортила свой маникюр. Это безнадежно. Мы безнадежны, Уес.

Смеясь, она прислонилась головой к его груди и выдохнула. Уесли вздохнул и положил подбородок ей на макушку.

– У меня есть надежда на нас, - прошептал он. – Мы, может, неправильно занимаемся сексом, но я думаю, что мы делаем правильно все остальное. В любовных романах, женщина безупречно красива, не так ли? Это про тебя.

Нора повернула свое лицо к нему и улыбнулась в лунном свете. Светлячок отразился в ее глазах, и желудок Уесли сжался.

– Определенно про тебя, - повторил он.

Нора потянулась к его рубашке, и, распахнув, начала медленно спускать ту с его плеч.

– У мужчин в любовных романах всегда совершенные тела. Большие широкие плечи с сексуальным рельефом, плоский, твердый живот, такие красивые вены на предплечьях...
– Стаскивая с него рубашку, она касалась каждого дюйма его груди, его плеч, живота, предплечий.
– У тебя идеальное мужское тело, это про тебя. Определенно. Мы почти у цели.

– Что мы упускаем?

Уесли осторожно вытащил заколку из волос Норы, позволяя черным волнам, рассыпаться по ее спине. Она подняла руки, и он стянул ее футболку, оставив Сатерлин только в черном бюстгальтере и юбке.

– Мы должны заняться любовью. Не сексом. Не трахом. Заняться любовью. Это никогда не называют трахом в любовных романах. О, разве что это происходит между злодеем и его любовницей. Им разрешено трахаться. Герой же должен заниматься любовью с героиней. Сначала осторожно, пока страсть не одолеет его, и он потеряется в бла-бла… всей этой фигне.

– Заняться с тобой любовью. Я могу это сделать. Кажется.

Нора усмехнулась.

– Ничего подобного. Не может быть никакой неуверенности в себе. Надо быть придурком, чтобы собираться стать героем любовных романов. Только Альфы, никаких Бет. К сожалению.

Она погрозила ему пальцем, прежде чем положить руку на его живот и очертить линию боков кончиками пальцев.

– Тогда я не хочу быть героем любовного романа. Я просто хочу быть тобой и мной. А у меня ничего нет прямо сейчас, кроме неуверенности в себе. Нора… что, черт возьми, мне делать?

Она скользнула обеими руками по его груди и расположила их прямо под его ключицами.

– Это я. Ты можешь делать все, что угодно.

Уесли кивнул и сделал еще один глубокий вдох. Он взял ее за затылок и опустил свой рот на ее губы с поцелуем, более яростным, на который, он не думал, что когда-либо был способен. Нора тихо гортанно застонала, поддаваясь поцелую. Он провел руками по всей поверхности ее нежных гладких рук, вверх и вниз по ее спине, вдоль оголенных вершин ее грудей. Ее грудь… ни одна женщина в мире не обладала такой грудью как у Норы. Уесли протянул руку ей за спину, и расстегнул бюстгальтер.

– Святые угодники, в этот раз у меня получилось.

– Хорошая работа, малой.
– Нора повела плечами, спустив лямки бюстгальтера вниз по рукам. – Дело мастера боится.

– В этот раз нам не нужен болторез.

– Нет. Нам просто нужен ты.

Нора откинулась назад на столе, и все что мог Уесли это только пялиться на ее грудь. Он положил руку на ее живот, который дрогнул под его прикосновением. Его нервозность сменилась чистым желанием. Он взял ее груди в свои руки и сжал их, мягко массируя.

– Так нормально?
– спросил он, желая, чтобы Нора почувствовала себя так же хорошо, как она заставила чувствовать его.

– Очень хорошо. Но не забывай о сосках. Вот где начинается волшебство.

– Я никогда не забуду о сосках.

Он взял ее соски между его указательными и большими пальцами и легонько ущипнул. Нора судорожно вздохнула, ее спина на дюйм приподнялась над столом. Уесли замер.

– Хороший вздох или плохой?

– Хороший. Очень, очень хороший вздох.

– Хорошо. Здорово.