Шрифт:
Глава 1
Алар ходил возле привязанного к стулу синекожего, крепкотелого харата. Некий Тарх, мелкий торговец оружием, который последним видел принцессу, безвестно пропал в южной столице, куда отправился с товаром. Вполне возможно, что пустынные разбойники соблазнились на клинки из чистого металла, которые торговец хотел продать до сезона засухи. Но вот буквально тризу назад, его доследчики объявили о появлении торговца в Хайтунге. Начальник королевской охраны мысленно поблагодарил Великую Проматерь, обещая ей богатые дары по возвращении на Арменею.
– Тебе лучше ответить на мои вопросы, – обратился эрониец к торговцу, вглядываясь в его ухмыляющееся, изуродованное шрамами лицо.
– А то что?
Эрониец сузил глаза и слегка склонил голову набок, отчего длинные черные волосы, стянутые в высокий хвост, легли на плечо.
– Где девушка, которую видели рядом с тобой? – с большей настойчивостью спросил высокий эрониец с невероятно красивыми, по женственному тонкими чертами.
– Не понимаю, о ком ты.
– Великолепно понимаешь, – понизил голос Алар, – но если так настаиваешь, я освежу твою память.
Он снял с пояса сложенный короткий хлыст, и поднял им подбородок харата.
– Ты действительно хочешь, чтобы я применил силу?
– Уж не муж ли ты ей, раз так рьяно ищешь ее? – внезапно поинтересовался торговец.
– Да знаешь ли ты, кто она?! – начал эрониец, но вдруг резко замолчал. – Если желаешь сохранить свою жалкую жизнь, рассказывай все, что тебе известно о белокожей леоре.
– И не подумаю, – заявил наглый торговец, – пока не узнаю, что тебе нужно от беглянки.
– Откуда знаешь, что она беглянка?
– Темноволосая красавица так торопилась, словно за ней гнались прислужники Темного Нарона. Любопытно, кого она так боялась, что отправилась в самое пекло Эрлевана?
– Предоставь это мне, Алар,– вдруг раздался властный голос за спиной начальника стражи, отчего тот удивленно обернулся и, увидев вошедшего, тут же подчинился, шагнув в сторону.
Тарх с интересом рассматривал новое лицо, невольно проникаясь уважением и даже неким страхом к переступившему порог его дома смуглому эронийцу. А он, повидавший немалое, редко когда испытывал это презрительное чувство. Незнакомец, одетый в боевое облачение, явно привык к немедленному подчинению и заведомо внушал подспудные опасения.
– Девушка, которой ты продал свой ржавый аппарат, так и не появилась в Шимаране. Остатки машины обнаружены неподалеку от столицы. Говори, с кем решил поделиться добычей? У меня есть все основания полагать, что ты приложил к этому свою руку, а она у тебя, видно, лишняя, раз посмел.
– Откуда такие сведения? – спросил торговец с дерзкой ухмылкой, которая тут же слетела, стоило ему натолкнуться на черный взгляд незнакомца.
– Узнать, куда пропала леора, дело времени, только вот если она пострадает – я истреблю весь твой род!
– Даю клятву Архуна, я не причастен к ее исчезновению, – медленно выговорил Тарх.
– Тогда кто? – задал тут же вопрос незнакомец.
Торговец взвешивал все за и против. Если он расскажет – пострадает его семья, если промолчит – пострадает еще раньше.
– Последний раз я видел ее в Суминраше…– наконец, сдался харат и потом добавил, – в качестве рабыни.
Глаза эронийского воина загорелись нехорошим светом. Южная столица славилась своим невольничьим рынком далеко за пределами Эрлевана. Мысль, что принцесса оказалась в гареме одного из синекожих рабовладельцев, доводила его до состояния невменяемости. Сжав с силой кулаки, он задал последний вопрос:
– И кто же тот смертник, что посмел принцессу Арменеи превратить в игрушку для забавы?
Торговец замер, округлив глаза, для него оказалось потрясением, что девушка принадлежала могущественной королевской семье, потом все же смог выговорить:
– Единокровный брат короля, небезызвестный полукровка Зихаб.
***
Я приготовилась к худшему, но мои ожидания не оправдались. Все оказалось еще хуже, чем могла себе представить. Загремев цепями, поднялась железная решетка. Раздался ужасающий рык животных, и на арену из темноты проема один за другим выступили дикие хищники – кагибалы. Ну конечно, кто же еще! Нет, я ошиблась. Это были хищницы, и все они выглядели изрядно плохо. Отощавшими настолько, что проступали ребра, обтянутые кожей со свалявшейся грязной шерстью. На шее каждой висел ошейник с шипами, к которому была прикреплена тяжелая цепь. Самая крупная особь уставилась на меня немигающим голодным взглядом. С ее открытой в грозном оскале пасти капала вязкая слюна. Ну что ж вы так поздно, до вас тут была одна дамочка, мастер по сумо, так вот на нее бы так и смотрели. А что с меня взять?
Но животные думали по-другому. Исходя слюной, они приближались, медленно сжимая круг. Их специально держали на строгой диете, как раз для такого вот случая. Великая Матерь, я же не смогу подчинить всех этих зверей! Просто не успею! Я бросила прощальный взгляд на Зихаба. Судя по его обеспокоенности – дело мое плохо. Вон как занервничал. Конечно, я собиралась продать свою жизнь, как можно дороже. Так легко не сдамся. Должен же быть выход, но по мере приближения животных, моя уверенность и решимость постепенно таяли. И все же я попробовала остановить крупную хищницу, которая выступила впереди всех, посылая на нее невидимую волну. Та остановилась, грозно рыча, словно предупреждая, что с ней шутки плохи. Да тут как-то и не до юмора. Целой бы остаться.
Я приготовилась к любому исходу, аккумулируя в руках очередной заряд. Животные насторожились, ощерились. Эти звери, обладая недюжинной силой и сообразительностью, чувствовали опасность, но голод толкал их на необдуманные действия. Самка кагибала прижалась к земле, готовая в один прыжок расправиться со мной. Я смотрела в желтые глаза и видела в них свою смерть, эта самка не станет повиноваться мне. Слишком необуздан, почти безумен был ее взгляд. Влекомая желанием утолить непрекращающийся голод, она двигалась подобно автоматизированной машине, запрограммированной на убийства. Жажда крови руководила ее сознанием, до которого невозможно было пробиться. Я встала в оборонительную позицию, с решимостью стоять до конца, подняв в руках меч. Хищница бросилась вперед, метясь смертоносными клыками в шею. Мне удалось чудом уцелеть. Краем глаза наблюдая движение со стороны, я подумала: «Мне конец!» Теперь и другие подключились, чтобы растерзать меня, и приготовилась дать отпор, мысленно сосредотачиваясь на энергии, но странно, что страшного удара так и не последовало. Я увидела, как одна зверюга молниеносно бросилась к атакующей самке, перекрывая собой путь ко мне. Они сцепились в один ком. Послышалась ужасающая какофония звуков, включающая в себя рычание, визг, рев и шипение. Не поделили обед?
Я стала медленно пятиться назад, воспользовавшись моментом, пока с удивлением не застыла. Самец, а это был именно он, с горбатым надшерстком ярко-оранжевого цвета с яростью доказывал свое лидерство, заставляя лапой низко пригибаться к земле самку и не позволяя ей напасть, и в то же время не нанося ей смертельных ран. Вцепившись клыками в шею, он издавал низкий и грозный рык, чем окончательно утихомирил ее, подчиняя и вынуждая ее ползать чуть ли не на животе перед ним. Котяра! Как? Каким образом ты оказался сегодня здесь, в центре арены?