Принцип действия
Шрифт:
Затем КоЖи, посчитав программу спасения завершенной, раскрылся и мягко вытолкнул ее наружу.
Грязь, снег, огонь и собачий холод одновременно – ощущения захлестнули ее с головой. Но самое неприятное и ошеломляющее – на барабанные перепонки, больше не защищенные ни броней, ни коконом, ни нейрошлемом, обрушился грохочущий ад. В голову словно погрузилось жало отбойного молотка. Сознание от звуковой перегрузки мигнуло, и Шайя лишь спустя несколько секунд обнаружила себя на четвереньках. Гвалт стоял неописуемый, разрывая дезориентированное сознание на части.
Шайя надсадно закашлялась. Едкий вонючий дым, стелющийся по земле среди громоздившихся вокруг куч из переломанных веток и стволов тысячелистников, заслонял видимость, куда ни повернись, и ввинчивался в горло удушающей пиявкой. Она наотмашь хлопнула ладонью по сенсорам, встроенным в пластик комбинезона на груди. Воротник обжал нижнюю часть лица и шею прозрачным фильтром-забралом. Дышать сразу стало легче, кашель отпустил. Эксклюзивный «сервис» ее комбинезона пригодился, она все-таки переплатила за него не зря…
Среди ревущей какофонии боя ее травмированные уши с трудом различили приближающийся лязг, а колени и ладони почувствовали тяжкое ритмичное сотрясение почвы – характерную поступь боевого робота. Шайя преодолела секундную растерянность, выдернула погрузившиеся в ледяную грязь кисти рук, вскочила и метнулась в сторону на непослушных ногах. Споткнулась, слепо зацепившись за какой-то выступ, корень или обломок ветки, упала и перекатилась на спину. И ошеломленно увидела, как на то место, где она только что находилась, опустилась гигантская плита механической стопы, безжалостно вбив отслуживший свое кокон во влажное месиво веток, листьев и грязи. Подняв взгляд, Шайя опознала огромную, коренастую фигуру «Разрушителя». В горячке боя, отступая, ее едва не раздавил Большой Саня. Трудно придумать более жуткую и нелепую, более обидную смерть…
Все верно, она ведь не должна здесь находиться.
Если бы не эта дурацкая ветка, заставившая кокон приземлиться и завершить программу спасения пилота, она уже находилась бы на «Гряде», как Петр, которого выбросило на несколько минут раньше…
Но теперь она осталась без теплой верхней одежды, перчаток и шапки, которые так и не успела достать из запасника КоЖи. А при двадцатиградусном морозе в одном комбинезоне ей долго не продержаться…
А-а, да что тут плакаться, ноги в руки и вперед, все равно выход лишь один – нужно выбираться из Дикого Леса, топать к «Гряде». Два километра не такое уж большое расстояние, главное, не медлить. Есть хороший шанс побороться с холодом на «ты»…
Мышцы еще не отошли от сна полностью, едва Шайя выпрямилась на подгибающихся от слабости ногах, как что-то, обжигающе больно хлестнув по лодыжкам, сбило ее обратно на землю. Она упала неудачно, обломок ветки ткнул в бок, едва не пропоров ребра, спасла пластиковая накладка комбинезона, но от вспышки боли из глаз брызнули слезы, затуманив зрение. И все же, едва оказавшись на земле, Шайя отчаянно извернулась всем телом, выискивая нового врага.
Вызмеившись из-под ближайшего нагромождения бурелома, скользкие и одновременно жесткие, как проволока, щупальца мертвой хваткой оплелись вокруг бедер, рванули к себе. Шайя попыталась за что-нибудь ухватиться, но руки успели загрести лишь воздух, и ее резко потащило под завал, в темное логово притаившейся твари Дикого Леса, которая, несмотря на царивший вокруг хаос разрушения, так и осталась в своих охотничьих угодьях. Только этого дерьма не хватало ей для полного счастья… Она все еще была слишком ошеломлена постэффектом боя, чтобы испугаться какого-то полузверя-полурастения. Игломет, крепившийся к правому бедру, весом ее же тела прижало к земле. Не раздумывая, Шайя нащупала и сорвала с левого бедра вибронож, включила в замахе…
Хлесткий удар щупальца древолапа выбил вибронож из руки, Шайя вскрикнула, пальцы от нестерпимой боли парализовало. Но не растерялась, тут же рывком повернулась на другой бок, потянулась рукой к пистолету…
Сзади что-то с лязгом, тяжело ударило в землю.
Ослепительная вспышка близкого лазерного луча дохнула в лицо иссушающим жаром. Древесная куча, где прятался древолап, взревела столбом красно-желтого пламени, щупальца судорожно отдернулись, освободив ноги. Во все стороны посыпались искры и горящие головешки. Шайя резко отвернула лицо, прикрыв голову руками, выждала секунду, пока горящая мелочь прекратит сыпаться. Затем взглянула в сторону замершего в пяти шагах спасителя.
Незнакомый механический «человечек», камуфляжный окрас «белое безмолвие». «Худосочный малыш» по сравнению с ее десятиметровым «Победителем». В два раза уже в плечах и на три метра ниже. Впрочем, это не мешало ему казаться великаном по сравнению с ней самой – гигантским рыцарем в сверкающих белоснежных доспехах, уже подпорченных глубокими шрамами на правом боку, сочившихся дымком после свежего попадания лазеров. Модель-то она узнала – «Следопыт», но среди защитников «Гряды» таких не числилось… если не считать роботов новой линейки, тех, что остались под обломками купола… Сознание плыло и раздваивалось от грохота и рева откатывавшегося сражения – и «Разрушитель», и «Огненный Демон», все, что осталось от звена «Грозовых Стрел», уже прошли мимо, но она все же сумела вспомнить, что такой робот должен был прибыть на «Гряду» еще до начала схватки, а вот подоспел только сейчас и сразу вступил в бой. А его пилот молодец…
– Не спи, цепляйся за меня! – рявкнул бортовой громкоговоритель. – Живо!
Оснащенные плазмопушками руки «Следопыта» вздрогнули, исторгнув ослепительные «солнца» зарядов куда-то в сторону «Бога Войны» – Шайя не видела куда, обзор ограничивал окружающий завал, состоявший из измочаленных стволов тысячелистников.
Мошка, воюющая с мухобойкой…
Что он от нее хочет?! Чтобы она прокатилась прямо на его броне? Впрочем, рассуждать некогда, нужно спасать свою еще не очень подпорченную, горячо любимую шкурку. А раз другого транспорта все равно не подвернется…
Отстрелявшись, робот уже разворачивался, чтобы дать деру.
Шайя и сама не заметила, как оказалась на ногах, прыгнула на широкую стопу робота, способную вместить еще несколько человек, и вцепилась окоченевшими от холода руками в бронированную лодыжку, прижавшись к ней так крепко, словно в последний раз обнимала любимого человека.
– Нет, лезь выше! Буду прыгать, сгоришь к чертовой матери!
Он совсем спятил?!! Конечно, сгорит – если попадет под пламя сопел встроенных в бедра прыжковых установок. Сгорит, как спичка в костре!
Но Шайя уже лезла вверх, хватаясь за специальные скобы на поверхности ноги и корпуса, предназначенные для ремонтников, и не слушая трусливые доводы рассудка. Некогда. Вот ноги встали на край поворотной платформы бедер, выше контейнеров прыжковых установок, руки вцепились в скобу еще выше.
– ГОТОВА?!
Она не успела ответить. Оглушающий рев, нестерпимая вибрация корпуса, едва не отшвырнувшая ее прочь, и жар, едва не лизнувший ее ботинки.
Но стопы гумана уже парили, встречный поток воздуха отбросил пламя сопел, отразившееся при старте от почвы, вниз. Ледяной ветер набросился на ничем не защищенные руки и кожу лица поверх фильтра. Боль стремительно промерзающей плоти казалась оглушающей.