Чтение онлайн

В общем, преждевременная тревога ни к чему. Пусть продолжают заниматься своим делом, никто не должен подозревать о его присутствии в космопорте. Сканер лоцмана вычислил все сетевые розетки, разъемы которых в данный момент оказались свободны. Несколько штук оказалось на противоположной стене за спинами операторов, между двух распределительных шкафов. Отлично.

«Наездник», цепко перебирая длинными лапками, выбрался из плечевого пенала, сверкнул золотистым тельцем, спикировав к мысленно указанной розетке. Люди его не увидят и не услышат, главное, чтобы не засекли видеокамеры внутреннего мониторинга. Впрочем, их тоже контролируют люди, могут и не заметить. Человеческий фактор.

Коготки-штекеры на лапках имитатора бесшумно вошли в разъем сетевой розетки…

Чолан вздрогнул.

Ощущение соприсутствия нахлынуло неожиданно остро, болезненно резанув по и без того натянутым нервам, словно вдруг прорвало незримую плотину. Попытка отгородиться от досадных помех не удалась. Шайя Цедзе. Всего в двух сотнях метров. Учитывая расстояние, которое ему пришлось преодолеть – совсем рядом. Ей было плохо, и Чолан всем своим существом потянулся к ней, чтобы…

Чолан стиснул зубы, оборвав связь. Вернее, хотел оборвать, но сумел лишь ослабить. Так не пойдет. Так нельзя, галт ее задери! Эта связь пожирает его изнутри, мешает работать, мешает жить… Он вырос в жестоком месте, но вынес из невзгод только лучшие качества – самодисциплина, верность данному слову, внимательность в деталях. Настоящий профи, достойный уважения. И все это, оплаченное тяжким трудом многих лет – многих на фоне его еще небольшой жизни, должно рухнуть в тартарары? Из-за женщины? На первом задании?!

Толковый диверсант способен свести на нет любое преимущество противника, сказал как-то на гостевой лекции Кримсарт. Способен исключить любые помехи делу. Отключи эмоции – страх, совесть, беспокойство, включи мозги и действуй максимально эффективно, исходя из ситуации и своих умений. Мысленно уничтожь все, что мешает работе…

Мысленно?

Этого мало.

Кто-то из них двоих, возможно, должен умереть, чтобы прекратить эту пытку…

Ощущение пламеволосой вернулось с новой силой. Ее окружение изменилось. Рядом с ней теперь находился человек, к которому она испытывал нечто более глубокое, чем дружеское расположение, и обоюдный контакт развивался… А он, Чолан, несмотря на все страдания, был не при чем.

Его сознание снова поплыло, как после переноса, Чолан качнулся, восстанавливая равновесие. Прыжок что-то повредил в нем внутри, концентрация оказалась недостаточной, и он знал, кто был в этом виноват.

Он улыбнулся, решившись. В его улыбке не было веселья. Она была жесткой и холодной. Нельзя так заставлять страдать шелтянина. Безнаказанно – нельзя. Оставив «наездника» заниматься своим делом, Чолан Дефа выскользнул из генераторной. Руководствуясь схемой в лоцмане, стремительно преодолел несколько лестничных маршей, выбираясь на уровень повыше, выбрал нужный туннель, и побежал. Он здорово рисковал, затеяв этот поиск, но сейчас его это мало тревожило. Непонятный огонь в душе гнал его вперед.

Помеха.

Чолан остановился как вкопанный.

Путь по схеме пролегал через бывший зал ожидания в центральном здании космопорта, заполненный аурой множественного присутствия десятков человек: дисциплина, сосредоточенность, злость и усталость – отработка задания. Судя по всему, там проводилась тренировка солдат. Его способностей просто не хватит, чтобы отвлечь внимание такого количества людей, он не сможет пройти мимо незаметно.

Он стоял, и каждая секунда промедления сгорала в его душе, как целая жизнь, которую он не прожил. Которую мог прожить, но упустил момент.

Черный прыжок. Ему придется сделать черный прыжок, самый опасный из возможных – ориентируясь лишь на ощущения ауры живого существа, не владея информацией об его окружении. Только так он сможет добраться да Шайи…

Чолан больше не колебался.

Лоцман высветил схему коридора, где происходило общение этих двоих, ощущения обострились до предела. Его сознание рванулось к ним, и боль вывернула мир наизнанку…

Когда перед глазами разошлись кровавые пятна, а легкие смогли сделать первый судорожный вздох после убийственного спазма, он понял, что ему удалось.

Безумству храбрых…

Вот они. Всего в десяти шагах, Шайя и ее собеседник. Его соперник. Молодой, но старше Чолана. Высокий, широкоплечий, с мощной грудной клеткой и узкими бедрами, поджарый, в образном представлении Шайи, которое ментально улавливал Чолан Дефа, он выглядел как некий знакомый ей зверь из породы хищников – грациозный, сильный, гибкий. Привлекательный. Он вызывал у нее интерес, он ее возбуждал…

Секунды растянулись в часы. Пальцы стиснули рукоять игломета так, что казалось, еще немного, и металл поддастся натиску плоти. Или хрустнут кости.

«Я профи, – в каком-то оцепенении напомнил себе Чолан. – Я не должен сходить с ума. Я просто должен его вырубить. Любым способом, быстро и эффективно, невзирая на личные пристрастия и побуждения…» Он знал, что мог бы сказать Кримсарт по поводу его затруднений. «Не сражайся там, где нет опасности. Побеждай, не вступая в сражение». Наставники не уставали повторять эти сентенции всем своим ученикам.

Бесполезно. Все эти наставления сейчас – бесполезный словесный хлам.

Это дело слишком личное и никаким краем не относится к его заданию в космопорте. Пламеволосая не должна принадлежать этому парню. Не должна…

Этот парень ее любил. Но пламеголовая не знала этого точно, лишь подозревала, хотя даже знаков тела достаточно, чтобы понять истину, не обязательно быть эмпатом. А еще Чолана неприятно резанул тот факт, что она любима. Он хотел… Что? Что он хотел? Обладать ею?

– …Хорошо, Петр. Загляни сегодня ко мне. Попозже. Поговори со мной.

Шайя шагнула к парню, скользнула губами по его щеке и отступила.

Боль в душе Чолана растекалась вязким пламенем, выжигая ее дотла.

«Прах твоему миру, чужак», – мысленно прошипел молодой шелтянин.