Принцип действия
Шрифт:
С «Горячим Бегом» КВО «Правопорядок» не очень повезло.
Потому что жребий второго уровня определил, что «бегунами» будут воины «Правопорядка». Жребий третьего уровня обусловил количественный и качественный состав команд. Команда «Правопорядка» получила право выставить по два легких, средних и тяжелых роботов, а также одного штурмового. Команда «миротворцев» – четыре легких, шесть средних, три тяжелых и одного штурмового. Тут же возникла проблема – ни легких, ни средних «мехов» нужное количество «миротворцы» набрать не смогли, орбитальный обстрел орудий линкора лишил их такой возможности, тяжелые и штурмовые роботы удар выдержали, а младшие классы понесли потери.
Поэтому Арбитр в качестве уступки допустил к участию «Бога Войны» (по правилам «Горячего Бега» роботы такого тоннажа изначально исключены из состязания – из-за своей медлительности), приравняв стотонник к четырем роботам других классов. И вместо четырнадцати разрешенных правилами «мехов» «миротворцы» вынуждены выставить лишь одиннадцать. Что, с одной стороны, было несомненным плюсом. Медленный, неуклюжий «Бог Войны» принципиально не способен на игру в догонялки. У нас же не было задачи одолеть его, вывести из строя. Достаточно пройти мимо, оставив его в хвосте. Впрочем, пройти мимо такой «монструозины» тоже может оказаться делом непростым, разрушительная мощь орудий «Бога» дремать не будет, а в ее эффективности при прямом попадании мы успели убедиться на «Гряде» – с лихвой. Всего за несколько минут стотонник успел уничтожить три (целых три!) наших робота. Но там звено «Грозовых Стрел» нарвалось на хорошо подготовленную ловушку, а во время Спора все будет иначе…
По-крайней мере, мы все на это надеялись.
Сейчас высшее руководство обеих противоборствующих сторон – правительство Двойного Донца и командование Военной Бригады в лице майора Лоболеда, при участии Арбитра, разрабатывало Итоги Спора. Проще говоря, определяли, кто и что будет делать в случае поражения или победы. А мы, непосредственные участники «Горячего бега», дожидались результатов переговоров.
Впрочем, как и все население Двойного Донца. Информационные агентства уже распространили весть на все населенные пункты «агностиков».
Я обвел взглядом всех сидящих за столом. Шайя, Петр, Саня Большой, Бола, Булочка… Было щемяще грустно, что больше не увижу Макса Хуллигана. О его нелепой и жутковатой смерти я узнал сразу после боя, и несколько часов ходил, как оглушенный, словно меня обманули в лучших чувствах. Я ведь старался ради Макса. Хотел его отмазать от наказания. А в результате…
Стоп, стоп. Не надо об этом думать вот так, ведь моя работа не пропала зря, она нужна всем парням из «Грозовых Стрел». Парням и этой забавной желтоволосой девчонке, демонстративно льнувшей к Петру. Как говорится, не было счастья, так несчастье помогло, эти двое определенно нашли друг друга…
«Миротворцы», надо отдать им должное, применили неплохой ход с диверсантом, гарантированно сработавший на «Гряде». А вот в космопорте уже не сработало. В помещении энергогенератора сразу после начала штурма дежурные техники обнаружили «наездника», с помощью которого наемник «миротворцев», видимо, пытался взломать сетевую защиту космопорта, и постарались поймать его, но тот сразу самоликвидировался. После штурма были проверены записи видеокамер. Оказалось, на то, чтобы внедрить вирус, времени у диверсанта было более чем достаточно. Но почему-то у него это не получилось. Никто не знал, почему. Кроме меня. Да еще Танити Стокс что-то подозревала. Именно она об этом мне и рассказала, пытаясь вызвать на откровенность. Перед тестированием «первопроходцев» вызвала меня в кабинет и весьма пытливо изучала мое лицо в поисках ответа, расспрашивая, каким образом я работаю с «мехами», и не касается ли каким-то краем моя работа системы безопасности космопорта в целом. Я отговорился «секретом фирмы», совершенно не собираясь подтверждать ее справедливую догадку о том, что с защитными системами периметра успел поработать именно я. Поэтому в нужную минуту они не спасовали, как на «Гряде». Я сделал это без разрешения, не успел обсудить вопрос с Грогом. А совершать такие поступки через голову начальства не поощряется и не прощается, и поговорка «победителей не судят» здесь не сработает. Судят, да еще как. А если бы именно после моего вмешательства вся система сбойнула? Причем фатально? В общем, что сделано, то сделано, обойдусь без признаний, незачем усложнять себе жизнь.
Впрочем, мое вмешательство ничего не решало в целом. У «миротворцев» действительно имелись все шансы закончить войну в свою пользу. Прирученные твари Дикого Леса – это нечто. Такая сила оказалась нам не по зубам, лишь своевременное прибытие Арбитра спасло положение. Хотя бы отчасти.
– А где Псих? – поинтересовался я. – Разве он не должен находиться сейчас здесь, с нами? Мы же теперь одна команда?
– В тренажерной, – просветил меня Санек. – Все еще отрабатывает боевые сценарии на «Миссионере».
– Даром что ли – Псих, – насмешливо брякнула Шайя.
– Зря ты так, – Санек с легким осуждением покосился на Шайю. – По-моему, новый «мех» ему пришелся по душе.
– Еще бы, – парировала Шайя. – Пусть теперь остальные «Коматозники» локти кусают, что сразу не согласились!
– И откуда в тебе столько агрессии? – вздохнул Саня Большой.
– Если через десять минут от Маришела не поступит команды на начало операции, – безапелляционно заявил Бола, прерывая перепалку, – отправлю в тренажерную всех. Отработаем взаимодействие всей командой. Нам придется использовать любое преимущество при решении Спора, все, что сможем придумать. А пользу от тренировок еще никто не отменял.
– Допрыгалась, дорогуша, – осклабился Санек.
Сам того не подозревая, Бола своим замечанием предоставил мне отличный предлог поговорить с ним о том, что меня давно интересовало. Чем я и воспользовался:
– Капитан… вот ты говоришь, нам придется использовать любое преимущество, какое только сумеем отыскать… все это верно. Но тогда позволь вопрос – в чем секрет твоего собственного мастерства?
– Не понял?
– Я видел, как ты работал в бою на «Гряде», да и при атаке на космопорт ты тоже сумел себя показать. И у меня возникло странное ощущение, что одной Специализацией это не объяснить. Ты действовал… как бы это сказать… ты действовал так, словно находился в симуляторе, и тебе окружал виртуальный мир со всеми вытекающими законами. Никогда не видел, и не думал, что «Огненный Демон» способен на такую подвижность. Ты только что сказал, нужно использовать все, что имеется. Может, тогда стоит рассказать всем, как ты добиваешься такой отдачи от своего «меха»? Для пользы общего дела?
– Сомаха, ты несешь какую-то чушь, не наговаривай на капитана… – доброжелательность Шайи сменилась настороженным недоумением.
– Погоди, Шайя, – остановил ее Бола, озадаченно уставившись на меня. – А ты продолжаешь меня удивлять, эксперт. Ты находишься среди нас всего второй день…
– Капитан, у тебя что, в самом деле, есть от нас секреты? – флегматично полюбопытствовал Саня Большой. По его тону было ясно, что независимо от ответа командира, его отношение к нему не изменится.
Бола обвел всех быстрым взглядом, коротко кивнул:
– Вам, парни, мои секреты все равно не помогут. Ни у кого из вас нет Специализации, а без нее матрица-экстраполянт работать не будет.
– Матрица… как ты сказал? – переспросила Шайя.
– Матрица сознания, виртуальный двойник, – спокойно пояснил капитан. – Мы с ней работаем в бою тандемом, взаимно усиливая возможности.
– Виртуальный двойник… – как только он это произнес, меня озарило. – Кажется, я понял, откуда ты взял эту идею. Клуб «Подражателей» на Сокте, мега-хит «Противостояние»?