Приносящая удачу

Я с детства приносила окружающим удачу. А может, везение.

Но сама поняла это не сразу. Да и мне от этой суперспособности не было никакого толка.

В первом классе я дружила с яркой девочкой-принцессой. Она именно так себя ставила, что все знали – она не такая, как все, ей дозволено быть над. А все остальные её подданные.

Причин так вести себя у неё не было. Троечница. Семья была обычной, состояла из трёх поколений женщин.

Сейчас, рассматривая фотографии, вижу не слишком красивую девочку, с оттопыренными ушами и неровными зубами, зато с надменным выражением лица.

Не помню, как зародилась наша дружба, в первом классе всё происходит спонтанно. Но из твёрдой троечницы моя подруга стала почти отличницей к третьему классу. Изменившийся статус, взросление – и она решила, что дружба со мной её, такую умную, позорит. И мы расстались. Не слишком хорошо, обе высказали друг другу много гадостей.

Потом были другие подруги, которые после нашего общения что-нибудь улучшали в своей жизни, после чего мы расставались.

Моя первая учительница, перед тем, как мы ушли в среднюю школу, посмотрела на меня грустными глазами и сказала: "Ты будешь приносить счастье другим, но сама его не найдёшь, пока не поймёшь…" Тут её окликнула завуч, Е.И. фразу не закончила и ушла. Больше мы на эту тему не говорили, а потом всё забылось.

Читаю иногда истории о школьных годах – настоящая жесть. И оскорбляли, и унижали, и травили всем классом.

У меня этого не было. Класс был весёлый, легкий в общении. Постоянных друзей у меня не было. Скорее, приятельские отношения со всеми. Меня это устраивало. Сегодня с одним поговоришь о космосе, завтра с другой о моде, с третьим о политике. Такие разносторонние интересы.

Говорят, что человек счастлив, когда с радостью утром идёт на работу, а вечером с радостью домой. В этом смысле школа была временем счастья.

Утром я рано вставала и бежала в школу. Чуть позже вставала мама. И если я задерживалась, попадала в поток нравоучений. Поэтому я радостно бежала в школу.

После школы я радостно бежала домой. Нужно было полностью использовать ту половину дня, когда все на работе. Выучить уроки, связать обновку, подшить одежду.

Мама приходила с работы поздно вечером, отчим еще позже.

Есть выражение, что у стервозных жён мужья богаче. Я в это верю. Потому что отчим, чтобы не нарываться на нравоучения матери, брал дополнительную работу вечерами. Иногда по выходным. Появлялся дома только поесть и поспать.

В те редкие выходные, что он был дома, выслушивал долгие нотации о том, какой он бесполезный. Я удивлялась, как он это выдерживает. Почему не сбежал ещё. Вероятно, он не знал другой жизни и считал это нормой.

Учителя говорили, что мне не хватает собранности, могла бы стать круглой отличницей. Но я не понимала, зачем.

Отчим умер, когда я была в десятом классе. И мать сказала, что я пойду работать, она не может меня содержать ещё четыре года, пока я чему-нибудь не научусь.

Это предисловие.

И снова про мою способность. Я не особо верила в свою способность приносить удачу. Но, как оказалось, мои одноклассники в неё верили. Уже после школы, я встретила одну из своих приятельниц, она под рюмку чая рассказывала мне смешные истории из школьной жизни. Оказывается, они разыгрывали право сидеть со мной на экзаменах, покупали друг у друга очередь, когда кому-то срочно нужна была хорошая оценка.

На экзамене по литературе (ЕГЭ еще не было) писали сочинение, со мной рядом сидел мальчик, который мне нравился. Ему грозила тройка в аттестате, он получил «четвёрку». У меня по литературе всегда было «отлично». На этом экзамене тоже получила «четвёрку». Из-за того, что сочинения были похожи.

После школы одноклассники помчались поступать в ВУЗы. Класс наш сильный, «троечников» практически не было (только у меня, по физкультуре), двенадцать отличников, класс прогремел в местных новостях, учителя получили какие-то награды.

А я снова оказалась «вне потока». С мамой я была согласна – нужно идти работать, её зарплаты медсестры явно на двоих не хватит.

Кем могла пойти работать девочка восемнадцати лет без образования? Градообразующая фабрика к этому времени благополучно скончалась, на её месте выросло множество магазинчиков.

Рядом с домом открылся салон красоты. Вернее, он назывался так. На самом деле обычная парикмахерская. А ещё там открыли условно-бесплатные курсы маникюра. Условно-бесплатные потому, что за расходники нужно было заплатить, а учёба бесплатно. Я устроилась работать уборщицей и заодно ходила на курсы.

К моему удивлению, мама одобрила мой выбор. Сказала, что даже если не буду работать, для себя полезно.

Отучившись на курсах, я начала свою первую профессиональную деятельность.

Что сказать… В этой работе мне нравилось всё, кроме клиентов и начальства. Это, кстати, цитата, но не помню, откуда.

Вначале салон не пользовался особой популярностью. Владельцам было на это наплевать, они просто сдавали в аренду мастерам места, а как они сработают, арендодателей не касалось.

Но постепенно поток клиентов увеличился и салон стал известным.

Я только начала работать по своей новой специальности. Работы было много, женщины записывались за неделю. Появились деньги и исчезло свободное время.

К сожалению, радость длилась недолго. Владельцы салона решили взять в свои руки бизнес, который так хорошо раскрутили арендаторы.

У парикмахерской появилась заведующая, кассир, администратор. Самым опытным мастерам предложили работать на окладе, остальным – идти искать другое место. Я опытным мастером не была, поэтому осталась без работы. Опытные тоже не захотели оставаться, у них были свои клиенты, которые ушли вместе с ними.

Это было моё первое место работы. И я действительно очень хотела, чтобы салон работал и клиентов стало много. Это был мой первый эксперимент – я вкладывала свою любовь во всё, что делала. И когда подметала волосы после стрижки, и когда рисовала ноготки. И при этом смотрела как бы со стороны, что получается?