Приручитель
Шрифт:
— Моли о пощаде, щенок, — его ноздри возбужденно трепетали, а глаза каддэя налились багрянцем – волк торжествовал! Приставив лезвие к животу юноши, оборотень чуть встряхнул того за плечо. — Давай! Может, будешь меньше мучиться!
— Ты… — Сдавливающее горло стальная лапа почти не давала говорить. Почувствовав ослабление хватки, Артур хрипло вдохнул и произнес: — Ты идиот!
Торжествующий Станислав не замечал ничего вокруг. Он не опасался гвардейцев, их пули для него не представляли угрозы, а мальчишку не жалко. Другие члены стаи не посмеют пойти против альфы. Так чего бояться?
В отличие от него, Артур прекрасно видел, как вспыхнула горстка пепла. Хетем понадобилось меньше минуты, чтобы переродиться в огне. Обнаженная девушка картинно постучала по плечу волколака и злорадно улыбнулась вытянутой звериной морде.
— А-а-а-а-а-а!!! — полный нечеловеческой боли крик разнесся над всем лесом. Кровь Станислава превратилась в жидкое пламя, поджаривая вероломного каддэя изнутри. Он попытался убить приручителя, но лучезарная одним рывком отбросила его в сторону. В гневе она значительно превосходила силой какого-то волколака.
Артур удовлетворенно смотрел на корчащегося в муках предателя, пока тот не затих.
— С днем рождения, — Он снял с себя камзол и набросил его на ее плечи. С души юноши свалилась целая гора. — Не знал, что ты так можешь.
— О, я полна сюрпризов! Но сейчас у меня плохое настроение, — Хетем обиженно надула губки, будто ей наступили на ногу в автобусе, а после кровожадно усмехнулась. — Давай здесь все сожжем!
— Не нужно, деревья нам ничего не сделали. — Артуру совсем не улыбалось оказаться посреди лесного пожара. — Если хочешь кого-то поджарить, у меня для тебя есть целая куча мятежников и предателей.
— Возможно, они не виноваты, нужно сначала их допросить. — неохотно сказала Лучезарная. Поворошив ногой оставшуюся от Станислава горку пепла, она с отвращением достала золотой крест. — Если найдем у кого-то такую штуку, убиваем без разговоров.
— Ваше Высочество, язык взят! — Иван удивленно замер, с открытым ртом уставившись на почти голую Хетем. — А что здесь произошло?
— Неважно, тащи его сюда. — Под мрачным взглядом приручителя пленник дрожал как лист на ветру. — Слушай ты, ублюдок, мать твою. У тебя есть ровно один шанс остаться в живых и не превратиться в безрукого и безногого слепого калеку – рассказать мне все что знаешь. Понял меня?!
— Да, господин! — Парнишка очень быстро закивал, скосив глаза на пылающий огненный шар перед самым носом. На быстро краснеющей коже мятежника появились сползающие шкурки. — Все что угодно скажу!
— Он ни в чем не виноват, — Хетем, вздохнув, положила ладонь на локоть приручителя и мягко заставила его отвести руку.
— Сколько вас там? — Артур скрипнул зубами, пытаясь успокоиться.
— Полторы дюжины! — с заметным облегчением и некоторой гордостью ответил пленный. — Я не вру! Я обучен считать до ста!
— Якуб там? — Сейчас Артуру было совершенно наплевать на уровень грамотности подданных империи. — Есть ли среди вас каддэи? Или ведун по имени Яков?
— Нет, господин, только мы, мужики простые! Атамана я уже с неделю не видал!
— Проклятье… — Худшие опасения сбывались на глазах – наводка оказалась пустышкой. — Как выглядит ваш главный?
— Дык это, одноглазый он и плешивый, Артемом кличут.
— Хорошо, живи. — Артур отбросил пленного в объятия Ивана и коротко скомандовал: — Всем оставаться на местах, с мятежниками я сам разберусь. Пока найди для Хетем одежду.
Приручителю срочно требовалось сбросить злость, и затаившиеся на хуторе приспешники Якуба подходили для этого идеально. Окружив себя незримым энергетическим барьером, юноша не скрываясь вышел прямо во двор, где его уже встречали во всеоружии. Крики сгорающего заживо Станислава и пропажа часового подняли всех на уши.
— Именем короны, сдавайтесь! Всех, кто бросит оружие в течение десяти секунд, я пощажу. — Артур скрестил руки на груди, холодно наблюдая за мятежниками. Некоторых он застал во дворе, но большинство укрылись в постройках, целясь в него из окон.
Раздались выстрелы. Вспыхивал энергетический барьер, испаряя пули на подлете. Юноша равнодушно считал число стрелявших в него – самоубийц оказалось больше половины. Отметив себе мысленно спрятавшегося за колодцем вожака, чтобы случайно его не задеть, Артур медленно выпрямил руку в сторону стрелявших и демонстративно соединил три пальца. Громкий щелчок совпал с полным агонии криком сгорающего заживо человека. Сейчас для разъяренного приручителя чужие страдания звучали слаще любой музыки.
Расправившись с семью приспешниками Якуба, приручитель полностью успокоился. Где-то в глубине души всколыхнулась тревога – с каких пор ему нравятся хладнокровные убийства? Но проснувшуюся было совесть тут же успокоил внутренний голос, говоривший совсем как Хетем – его враги сами выбрали свою участь, нажав на спусковые крючки.
Остальных Артур убивал без удовольствия, несмотря на мольбы о пощаде и попытки сбежать. В конце концов необходимо всегда держать свое слово. Последний приговоренный мятежник вспыхнул, уже добежав до деревьев. Слушаясь приказа приручителя, волколаки и гвардейцы не тронули беглеца, с ужасом смотря, как тот сгорает быстрее свечи.
Артур подошел к свернувшемуся калачиком за колодцем мужику и брезгливо потрогал его носком сапога.
— Привет, Артем. Если хочешь жить, выкладывай все, что тебе известно.
— Мне не рассказывали, но я слушал! Все расскажу! — Глава мятежников говорил куда грамотнее своих подчиненных, явно раньше приходилось выступать на публике. — Пощади меня, молю! Я обычный базарный торговец!
— Я теряю терпение. — Артур картинно свел пальцы вместе, приготовившись щелкнуть.
— Не-ет! Мы всего лишь приманка! Якуб хотел, чтобы сюда пришли обладающие силой, а сам вернет себе Искоростень! Он еще любил повторять, разделяй и властвуй!
— Твою мать! — Юноша сразу поверил пленному, слишком уж искренним был страх в его голосе. Поручив плачущего Артема подошедшему Ивану, Артур приказал всему отряду выстроиться во дворе.