Пришелец в семье

Весной мысли молодых пришельцев занимает любовь. И женитьба. И, как можно быстрее, детские коляски.

Знакомство с любой чужой культурой может оказаться сложным. Попробуйте встречаться хоть с кем-нибудь с другой планеты. О, и еще работать вместе. Каждый день. Каждый божий день.

Мне нравится работать истребителем сверхсуществ. Часы спокойствия редки, зато преимуществ полно, особенно когда живешь и работаешь рядом с этими великолепными людьми на всей Земле. Конечно, у них два сердца, они бегают на гиперскорости и на самом деле они пришли к нам с Альфа-Центавра. Но, але, народ, они обычные люди, по большей части.

С другой стороны, планировать с одним из них свадьбу — не самая легкая рыба для жарки. Нет, реально, жарить рыбу и то легче. Не то, что я лично знаю об этом, потому что всячески избегаю любого активного участия на кухне, кроме как если припрет не по-детски. Ладно, жаренная рыба не самый удачный пример.

Но смешивать планирование свадьбы и защиту Земли от всяческих угроз, как внутренних, так и внешних, лезущих, как чума, это вам не кусок пирога отмахнуть. Особенно, когда ты из религиозно смешанной семьи и собираешься религиозно смешаться ее третий раз. О чем не можешь рассказать своей семье. Не стоит беспокоиться я врала им о своей карьере уже почти год, не стоит ведь рассказывать бабушкам и дедушкам о чудовищах, способных в мгновение ока убить их. Правильно?

Я просто отвлеку их болтовней на отвлеченные темы и сосредоточу внимание на таких безобидных вещах, как цветы и кого куда посадить. Прежде, чем они что-то узнают, свадьба закончится, все вернуться к своей повседневной жизни, и никто из них не станет мудрее.

Да, знаю. Это один из моих планов. На самом деле этот день станет самым собачьим днем. Но ведь девушке позволено мечтать, не так ли?

— Что посреди ночи мы здесь ждем? — спросил Джефф, как я насчитала, за час задав этот вопрос уже больше двух десятков раз.

— Потому что Чаки сказал, что нам нужно кое-что увидеть, Джефф. Я же уже это говорила, час назад, забыл?

— Почему ты продолжаешь называть его Чаки? — Джефф был в ударе. Наверное из-за того, что как в самый разгар романтического ужина нас прервал звонок Чаки. Мне, а не Джеффу.

— Потому что так я его зову с девятого класса и начинать звать его мистером Рейнольдсом кажется глупым, а называть его Чарльзом больше похоже, что он мой дядюшка. И раз я собираюсь продолжать звать его Чаком, то собираюсь приставлять к этому имени в конце буковку «и», — естественно, я знаю настоящую причину недовольства Джеффа. Но не собираюсь ее поднимать. Несколько месяцев назад мы прошли через ревность и Джеффу просто необходимо работать над тем, чтобы смириться, что многие мужчины находят меня симпатичной, и не пытаться выглядеть при этом придурком. Пока что у него это получалось не очень хорошо.

— Джеефф, ты ведь можешь вернуться в Научный центр, а мы с Китти как-нибудь с этим справимся, — Райдер, пока не видел Джефф, подмигнул мне.

— Точно, спасибо за предложение, Джеймс. Но как вы выберетесь отсюда, если начнутся проблемы?

Джефф привел нас на наблюдательный пункт. Мы расположились на вершине Анимас Пик в Нью Мехико, ничего вокруг не видя. Нам с Райдером поскольку мы земляне, было бы затруднительно добраться сюда быстро, если бы с нами не было Джеффа или любого другого центаврийца. С другой стороны, мы с Райдером можем водить машины и самолеты, потому что наши рефлексы не настолько хороши, чтобы уничтожать земную технику. Так что у нас все получилось бы.

С другой стороны, мы пришли сюда через ворота, а это технология пришельцев, которая позволяет нам за секунды перемещаться на сотни, а то и тысячи километров, а в дополнение к преимуществам заставляет тебя чувствовать тошноту. С другой стороны, поскольку мы с Райдером не пришельцы, мы с ним не видим ворота, которые доставили нас сюда, на вершину высокой горы, посреди ночи. (Да, знаю, здесь слишком много открытых сторон). Подумав о падении, я придвинулась поближе к Джеффу.

— Китти, вы на месте? — прощебетала моя рация.

— Привет, Кристофер. Как там у вас дела?

— Уныло, темно и скучно. Уверена, что ЦРУ не пытается прикончить нас или насмерть заморозить?

— Отчасти согласна. Мы должны что-то увидеть. Скоро.

— Я уже вижу свою кровать. Она далеко, но я ее вижу.

— Очень весело. Что там Тим делает?

— Ему, как и мне, тоже скучно. Как и Полу, чтоб ты знала. Однако, Эйс, похоже, очарован происходящим.

— Рада что один из вас, или хотя бы часть одного, не жалуется, как старушка, — Эйс у нас сверхсознание, которое мне несколько месяцев тому назад удалось подселить в Пола Гауэра, чтобы чисто случайно оно не уничтожило весь мир. Обычно Эйс делает все возможное, чтобы постоянно быть на заднем плане, но всякий раз, когда Полу становится скучно, он, как правило, показывается миру чуть больше.

— По крайней мере, он перестал спрашивать о нашей сексуальной жизни, — буркнул Райдер.

— Просто Эйс интересуется разными вещами.

— Подруга, я даже не хочу вникать в то, какой совершенно неромантический вечер ты получаешь, когда тебе приходится объяснять поцелуй в клиническом смысле, не говоря уже о других процессах, сущности, которая большую часть своего существования не имела тела.

Я задумалась.

— Хм, ик.

— В общем, да.

Несколько лет назад Райдер был всемирно известной моделью, а потом присоединился к ребятам с Альфа-Центавра, или центаврийцам, как они сами себя называют. Он был агентом дольше меня, но в моей новой жизни как-то сразу стал лучшим другом. У нас нашлось много общего, включая влюбленность в пришельца. Райдер с Гауэром составляли пару дольше, чем я их знаю, а знаю я их около года. За это время они сорились, если память не изменяет, только раз. Мы же с Джеффом вместе почти год и за это время успели поссориться... много раз.

Скажу, не соврав, что Джефф уловил мои эмоции, потому что протянул руку и притянул меня к себе. На Земле он самый мощный эмпат, так что неожиданностью его поведение не было. Он не сходит с ума от бесчисленных эмоций, валяющихся повсюду только потому, что умеет ставить блоки и другие эмпатические защитные штуковины, которые только центаврийцы знают как устанавливать в мозг и как их использовать. Против моих эмоций у Джеффа блоков нет. Иногда я думаю, с его стороны это мудрый выбор.

— Извини, — тихо сказал он. — Я просто устал и устал ждать. И ты мерзнешь.