Пришла пора
Шрифт:
– Она у нас ночевала пару раз весной… – стала припоминать Танюшка.
– А потом?
– Потом она, по-моему, жила в гостинице… Или уехала назад, к себе – за границу.
И Танюшка с чайником и тортом исчезла на лестнице, побежала на этаж выше. В это же время стали появляться местные обитатели. Иван начал всех представлять:
– Это всё Танюшкины дети, мои бесчисленные племянники – Семён, Архип (который охрип) и Розочка… Ещё один их брательник – Павел…Ты почему не на тренировке?.. Он у нас тренер по скоростному убеганию с занятий.
– Брательник? – не поняла иностранка Катя.
– Ну да… Братан, братуха, брателло – если хотите… Половина из них живёт со мной и бабушкой в этой трущобе, а Танюшка с младшенькими этажом выше – в ваших бывших апартаментах.
– А где ваша мама? – спросила Катя. – То есть бабушка… Валюшкой, кажется, зовёт её наша мать.
– Была в роддоме…
– В родильном доме? – усомнился Антон – Сейчас ей, наверное, уже шестьдесят?
– Пятьдесят восемь, – засмеялся Иван. – Она в роддоме патронажной сестрой… Детей, видите ли, любит…
– Может быть, позвонить ей, – предложила Катя. – Она, наверное, знает про нашу мать.
– Бесполезно… И нельзя туда…Она наверняка в реанимации. Четвёртый день, как по тревоге, дежурит возле младенца… Тяжёлые там, видать, были роды.
– А отец ваш известный, мама говорила, в своё время хоккеист? Может быть, он знает…
– Давно не видели. Снимается в рекламе… Про какой-то стимулятор. Как он называется?
– Ой, Ваня, прекрати!.. – все засмеялись.
Кадр из «Семейной кинохроники» 1985 г. – «Застой»
Жизнь Валюшки с хоккеистом Сашкой сложилась трудно. Он был знаменит, заносчив, страстен и ревнив.
– Я ему честно сказала: была на дне рождения. У Лариски можешь спросить…
– Кто тебя за язык тянул? – возмутилась Лариса.
– Что же мне врать, если ничего не было.
– А потом?
– Разбил мне бровь… Я его боюсь! Он спросил: танцевала? – Два раза с одним мальчиком… – Он закричал: «Этот тип провожал тебя?..» – Я честно ответила: «Только до остановки»…
Драматический рассказ Валюшки прервал страшный грохот. Дверь закачалась. А затем стали слышны Сашкины стоны.
Валюшка вся дрожала:
– Не открывай… Он… меня убьёт… (через дверь) Сашенька! У тебя же ключица сломана…
– Пить чай будем у Кречевских! – объявил Иван. – Прошу к столу! – скомандовал Иван Петров.
И вся компания вышла на лестницу.
– У Кречевских? – тихо спросила Катя своего брата.
Он ответил, когда они входили в квартиру:
– Я в ней родился.
В прихожей был полумрак, и Иван дёрнул за верёвочку от бра на стене. Но свет не зажёгся.
– Тридцать лет назад он тоже не зажигался, – вспомнил американец.
Кадр из «Семейной кинохроники» 1985 г. – «Застой»
Скандал Валюшки и хоккеиста Сашки уже угас, когда появился их приятель латыш Герберт. Он был дипломат, и все решили, что он их успокоит.
Ольга встретила его в прихожей, дёрнула за верёвочку от бра на стене, но свет не зажёгся.
– У вас есть отвёртка? – спросил дипломат. – Или нож…
Минута, и в прихожей стало светло.
– Не выношу, когда техника не в порядке… – сказал Герберт.
С этой фразы начались их отношения.
…«Служебный роман» женатого Вадима Дашкова и разведённой Ольги Кречевской рассыпался в дни так называемой Перестройки, когда рассыпалась целая страна – Советский Союз.
«Брак ради ребенка» с дипломатом лопнул – брошенный Ольгой на дороге в Москву и оскорблённый в лучших чувствах латыш Герберт уехал служить в Швейцарию.
…И тут произошло нечто стремительное. Они повстречались во Внешэкономбанке.
Она была в этом банке в последний раз – оформляла расчётные и налоговые документы, хвосты по заработной плате – их НИИ, лишённое какого-либо финансирования, закрывалось.
Он – менял американскую валюту на шаткие, легковесные рубли.
Они встретились у касс…
– Do you speak English?
– Я учила французский.
– Tres bien…
И вот уже пришлось сдавать квартиру Совету жильцов Толстовского дома – тогда ещё не было никаких приватизаций. Барахло – мелкую мебель, тряпки, книги увезли её родители и брат Витька в Приозерск. Антона выписали из школы, куда он только что поступил.
И вот они уже в Америке… Ольга из товарища Кречевской вдруг превратилась в миссис Бьёрн Хаслунд… Белый коттедж в Санта-Монике с бассейном, садом и садоводом, с гаражом на две машины, с пляжем у океана.
Бьёрн, как и положено викингам, был заядлым путешественником, колесил по свету – главным образом по Латинской Америке. Собирал сувениры. Однажды привёз сушёную голову маори как джазовую погремушку «маракасу». Привезённые из Советского Союза Ольга с Антоном тоже были экспонатами его коллекции.