Приспособленец

"Наш самолёт приземляется в международном аэропорту Токио. Пожалуйста, пристегните ремни безопасности, возьмите детей на руки и не пользуйтесь мобильными телефонами".
– Приятный голос проговорил дежурную фразу по-английси и затем повторил по-японски.

Я посадил Леську на колени и и ободряюще погладил Марину по руке.

– Не переживай.
– Одними губами прошептал я.
– Всё будет хорошо.

– Я знаю.
– Так же тихо ответила моя девушка.
– Как может быть иначе?

Такая уверенность во мне самом и в моих силах мне очень нравилась. Было очень приятно выглядеть в глазах любимой мужчиной и защитником, одним своим присутствием внушающим слабой женщине и её детёнышу чувство безопасности. Вот что, по-моему, самое главное для настоящего самца.

И ещё я давал им то, без чего не может жить ни одно живое существо. Надежду.

– Алеся, только без глупостей.
– Стараясь казаться, строгим предупредил я.

Хотя, надо признать, что девочкой Леська была дисциплинированной и понимала, когда можно пошалить, а когда делалась этого ни в коем случае не нужно.

– Да знаю я!
– Ребёнок смешно сморщил носик.
– Что я, маленькая?

Мы с Мариной одновременно прыснули. Такое заявление от пятилетней крохи выглядело настолько умильно, что не могло не вызвать улыбку.

Пожилая фрау, сидящая на соседнем кресле с непонятным выражением лица поджала губы. С её точки зрения отпускать маленького ребёнка в сопровождении двоих подростков было верхом безответственности.

"Куда только родители смотрели, отпуская детей одних"!
– Именно такие мысли я приписывал чопорной немке, как раз в этот момент отвернувшейся в другую сторону.

"Интересно, она тоже из безопасности"?
– Отстранённо зевнул я и оглянулся.

Запускать сканирующую программу, и напрягать мозги было откровенно лень, так что я попросту прикрыл глаза и постарался ни о чём не думать. Да и что даст знание о том, кто летит в Токио по своим делам, а кто по служебной надобности?

Количество опекунов я оценивал, как минимум человек в тридцать, по десятку от каждой из заинтересованных сторон. Именно столько стран, по моему мнению, имели свой интерес в сложившейся ситуации. А конкретно, Швеция, Россия и Япония.

Швеция, потому что была моей в кавычках "Родиной". Подданство которой меня не то, что уговорили или заставили принять, а просто и бесцеремонно поставили перед фактом.

Ты - Сын Шведского Короля Его Высочество Принц Генрих, и ни как иначе. Все, начиная от моего так называемого "брата" Свена, сопровождающих его официальных лиц и заканчивая Войцеховским обращались ко мне либо Ваше Высочество, либо Принц Генрих.

А Свен, тонко намекая на толстые обстоятельства, невзначай поинтересовался моим здоровьем, делая упор на "душевную составляющую". И в этом прозрачном намёке я уловил смутную тень угрозы. Мол, чего ты ерепенишься, дурашка. Соглашайся, а то залечим!

Перспектива оказаться в смирительной рубашке не прельщала. От слова "совсем". Поэтому, как всегда не говоря ни да ни нет, я предпочёл просо плыть по течению.

Чувствуя, при этом, что, подобно большинству жителям огромной страны, так и не ставшей моей новой родиной, становлюсь фаталистом. Ага, тем самым, который от слова "пофиг".

"Нужен вам Генрих - будет вам Генрих".
– Индифферентно соглашался я.

Разумеется, попытки "силового решения вопроса" рассматривалась мною не раз. Но лишь для проформы. Ибо, с появлением в кабинете Войцеховского моего, так называемого, брата Свена, эта, в общем и целом довольно таки обширная и густонаселённая Локация как-то сразу стала очень тесной.

Огромное пространство резко уменьшилось и я стал понимать, что бежать-то, по сути и некуда. Если, конечно не собираюсь прожить ближайшие пятьдесят лет отшельником.

За полвека все заинтересованные лица состарятся, обо мне малость позабудут, чтобы... как только я снова "выйду в люди" всё началось по-новой.

А вот так щедро подаренного Создателем иммунитета, который давал фальшивый статус Сына Короля Швеции и будущего зятя Японского Императора, в следующий раз может и не случиться.

Это сейчас со мной вынуждены церемониться и терпеть мои закидоны выкрутасы. А, появись я на людях через несколько десятков лет в статусе обычного простолюдина и, возможно, обращаться со мной станут совсем по другому.

Россия так же считала себя непосредственной участницей фестиваля и не собиралась упускать возможность добраться до "новых вех", за которыми непременно наступит "светлое будящее для всего человечества", первой. И потому приставила к нам своих волкодавов.

Ну, а Стране Восходящего солнца и сам Будда велел, так как Аими, младшая дочь Тосибу Йошихары, ныне действующего Императора Японии, по-прежнему числилась моей невестой.

Так что, рассудив, что не стоит, словно заяц бегать от судьбы и тянуть кота за яйца, я молча согласился поучаствовать в этом дурацком водевиле. И теперь сидел в аэробусе, приземляющемся в Токио.

И это если не считать наблюдателей от ООН, международной сионистской организации, представителей радикального исламского движения, гринписовцев, борцов за чистоту экологии и права пингвинов а, заодно и эскимосов Северной и Южной Америки.

Шутка. Причём не очень весёлая. Так как, появившись в этой Локации, я невольно взбудоражил "всю мировую общественность". И теперь каждый, кто в самонадеянной дурости искренне считал, что "право имеет" и "не желающий упустить своего" считал непременным долгом, "святой обязанностью перед всем человечеством" во что бы то ни стало сесть мне на хвост. Безусловно, ради этого самого, "человечества" блага. А как же иначе.

Шасси самолёта мягко коснулись бетона посадочной полосы, двигатели остановились и нас отбуксировали к огромной гофрированной трубе принимающего терминала.

Пассажиры потянулись на выход, но я, уловив сразу десяток напряжённых взглядов и столько же предупреждающих покачиваний головой, предпочёл оставаться на месте.

Наконец, салон опустел и я досконально выяснил, сколько условно-разумных было задействовано в операции сопровождения. Сорок девять! Почти пять десятков псевдо-мыслящих пасло двоих подростков и пятилетнего ребёнка в салоне летящего на высоте десять тысяч метров над поверхностью аэробуса! Им что, болезным, совсем делать нечего?