Чтение онлайн

— Ну вот и все.

Ник начала вылезать из машины. Барбара остановила ее.

— Кстати. Еще один вопрос. Ты это сделала? Убила его?

Ник застыла, глядя Барбаре в глаза.

Она добавила:

— Спрашиваю из чистого любопытства.

— Миссис Уайт. Он… сделал это сам.

— Хорошо. — Барбара нервно засмеялась. — Я полагаю, так ты и должна была ответить. — Она повернула ключ зажигания. — Ты никогда не получишь этих денег, и не надейся.

— Что? — спросила Ник, выходя из машины и снова заглядывая вовнутрь.

— Либо он покончил с собой, либо ты его убила. В любом случае ты ничего не получишь. — Барбара снова смотрела мимо Ник. — Должно быть, ты запала ему в душу, если он сделал тебя своим бенефициарием.

— Миссис Уайт, я впервые встретила вашего мужа в четверг вечером, три дня назад. Вся эта история со страховкой… Я не имею о ней ни малейшего понятия…

— Дрянь! Лживая дрянь! Как ты смеешь?

— Миссис Уайт, я клянусь вам…

— Прибереги свои клятвы для судей! Надеюсь, они тебе не поверят. Может быть, я и не стану звонить в полицию и рассказывать им о синяке. Возможно, я расскажу им только о том, как ты появилась здесь и пыталась проникнуть в мой дом — и, может быть, этого разговора между нами никогда и не было. Боже, я надеюсь, вы с Джеффри встретитесь в аду.

Барбара завела мотор и рванулась с места, не захлопнув дверцу, которую, выходя, открыла Ник. Она захлопнула ее уже на повороте. Ник побежала к платформе, чтобы успеть на поезд.

Возвращаясь обратно, Ник то дремала, то наблюдала за разыгрывающейся бурей. Она была счастлива, что ей досталось сидячее место: в воскресный вечер пригородные поезда в Нью-Йорк ходят редко. Ник очень удивилась, узнав от кондукторши, что поезд прибудет на центральный вокзал в восемнадцать сорок шесть. Ей казалось, что уже полночь. Кондукторша одолжила Ник свое пальто. Она немного отогрелась, но так и не смогла унять дрожь.

Ник внезапно открыла глаза, вспомнив, что Апрель и Май не кормлены уже несколько дней. Она никогда прежде не забывала их покормить. Она не знала, выживут рыбки или нет. Мысль о смерти рыбок была неприятна Ник. Последняя вспышка молнии оказалась такой яркой, что напомнила ей прожектора осветителей на киносъемке. Ник подумала о репортерах, новостях. Что передадут сегодня? Заинтересуются ли ее историей утренние газеты? Репортаж Конни Куэвас в десять часов вечера, несомненно, отправит ее мать в могилу.

Поезд остановился.

— Леди и джентльмены, — проговорил голос в репродукторе, — мы испытываем недостаток энергии из-за шторма. Пожалуйста, проявите выдержку. Мы сделаем все от нас зависящее, чтобы поезд прибыл в Нью-Йорк по расписанию или с минимальным опозданием. — После этих слов отключился свет.

Ник представила, что сидит в тюрьме. Час визитов. Ее мать без умолку рассуждала о важности предварительного разогрева духовки. Сэм терпеливо ждал, стоя в очереди на свидание с Ник после ее матери. Но мать не переставая болтала, а Ник не могла произнести ни слова, стуча зубами от холода. Сэм вопросительно смотрел на нее, но Ник никак не могла изобразить на своем лице ободряющую улыбку. Сэм встал и ушел.

Когда она проснулась, поезд подходил к центральному вокзалу. Платье Джоанны липло к телу, раздражая кожу. Голова болела, в животе урчало от голода. Ник не могла определить, сколько времени проспала. Она снова надела на ноги влажные туфли, встала и, проходя мимо кондукторши, вернула ей пальто.

— Спасибо, — поблагодарила ее Ник. — Вы спасли мне жизнь.

— Не за что, — устало отозвалась кондукторша. Затем внезапно оживилась. — Мы раньше не встречались?

— Я бы запомнила, — ответила Ник, продвигаясь по проходу, и вышла из вагона, прежде чем кондукторша сообразила, с кем разговаривала. Ник окунулась в знакомую атмосферу центрального вокзала, с ее сладковато-резким ароматом. Часы показывали двадцать два пятьдесят шесть. Ник поднялась по лестнице, вышла на Вандербилт-авеню и сразу поймала такси. Дождь еще шел, но буря утихала.

— Ист-энд и Восемьдесят четвертая, — сказала Ник. — И побыстрее. — Она должна была засыпать корм в аквариум рыбок. Это первоочередная задача. Потом она вернется к Фрэнки и Джоанне.

— Люблю хорошенький шторм, — заявил водитель, стреляя в нее глазами. — Заставляет всяких идиотов сидеть дома. Вы понимаете, что я имею в виду?

— Понимаю, — не моргнув глазом солгала Ник.

Улицы были пустынны, машина быстро добралась до Первой авеню, проехала по ней несколько кварталов и свернула на Восемьдесят четвертую. Когда они подъехали к дому Ник, автомобиль «Горячих новостей» был уже там. Радом дежурила группа репортеров, собравшихся под навесом.

— Высадите меня прямо здесь, — попросила Ник за полквартала до своего дома. Машина остановилась. Ник расплатилась. Ожидая сдачу, она заметила на переднем сиденье номер газеты «Ньюсдей». — Вы, наверное, уже прочли этот номер?

— Нет, не прочел, — ответил шофер. — Извините.

— Так вот, — проговорила Ник, измеряя глазами расстояние от репортеров до своего подъезда. — Хотите, я его у вас куплю?

— Вы собираетесь купить мою газету?

— На самом деле мне нужны из нее всего несколько страниц.

— Пять долларов.

— Пять долларов? — изумилась Ник. — Вы в своем уме? За газету? За несколько страниц газеты?

— Как хотите. — Шофер пожал плечами. — Спрос рождает предложение. — Он смотрел на нее, как игрок в покер, находящийся в выигрышной ситуации. Ник покачала головой.

— Два бакса, — предложила она. — Я дам вам два бакса. А вы мне пару ненужных вам страниц — рекламу или что-нибудь в этом роде.

— Четыре бакса.

— Может быть, сойдемся на трех? — спросила Ник, протягивая ему пятидолларовую купюру.

Шофер вынул из кармана два доллара, взял пять и передал Ник часть газеты и сдачу.

— Я не понимаю, леди. Вы все равно промокли. Не улавливаю смысла.

— Смотрите. — Ник открыла дверцу машины, вышла, накинула на голову газету — наподобие шали — и сломя голову помчалась к своему подъезду. Репортеры очнулись с небольшим опозданием.

— Кто-то входит в дом!

— Это не она?

— Она! Она! — выкрикнул один из репортеров, и все они дружно побежали за Ник, которая добралась до двери, опередив их на несколько шагов.