Привет рогатому!
Шрифт:
– Галочка!
О, как звучит оно нежно из уст Темнейшего рогатого. Оно бы и далее нежно звучало, если бы этот гад рогатый не начал проверять мой слуховой аппарат.
– Галочка! Галочка!? Галочка? – вещал красивый голос, постепенно начиная раздражать. Да что ж, мне и во сне покоя не дают!
– Галочка! – это уже Рекоция, утирающая щеки платком.
– Галь?! Галя. – Вклинился Нардо.
– Да, с тобой я возненавижу свое имя!
– Жива! – счастливо вздохнул Люциус.
– Нет! Но я сейчас убью кого-нибудь! – прохрипела я, вырываясь из сна и из рук рогатого. Вырвалась, упала на четвереньки. – Что вы за нелюди!
Не открывая глаз, поняла - подо мною мягкое, приятное на ощупь ложе. Я тут же вытянулась, принимая удобную позу для сна.
– Дайте поспать!
– И жива, и спала все это время? – недоверчиво поинтересовался Нардо. – Даже в полете?
Его вопрос оставила без внимания и подложила руку под голову. Сверху послышался соглашающийся клекот, а затем еще один вопросительный.
– Понятно. – Ответил Люциус. – Нет, нельзя. Я тебе подарю нечто более ценное.
– Куда уж более ценное? – возмутилась Рекоция.
– Более ценное для него, - поправился Люциус, и Нардо с ним согласился. – Присмотрите за ней, я сейчас вернусь.
– А ты… глаз с нее не спускай.
– Руки тоже. – Посоветовала Рекоция.
– Да, Ваше Величество. – Ответил черногривый. Где-то на задворках сна услышала веселый клекот и хлопанье крыльев.
– Галочка, – позвала меня чертова бабушка, - это не лучшее место для сна, ты на моем газоне лежишь, деточка.
– Плевать!
***
Когда домашние слуги аккуратно подняли девушку с газона и внесли в дом, чертова бабушка взяла внука под руку.
– В виду приказа Его Величества, предлагаю разместить вас не только в одной комнате, но и на одной плоскости.
– Бабуль – это безопасно?
– С каких пор ты боишься нападения скромных девушек?
– Да, не о том я. – Поморщился черт.
– Если ее из башни выкрали, могут совершить нападение еще раз.
– Могут. Аид для нее более не безопасен, Дарлогрия и подавно. Плюс выспаться деточка мечтает вторые сутки подряд.
– Кулона жертвенницы нет, четвертый мир сейчас закрыт для Гали…
– Остается? – постаралась скрыть улыбку Рекоция.
– Моя резиденция на Олимпе.
– Но ты будешь занят с Галей!
– Я постараюсь следить и за семейным делом, - пообещал Нардо. На укоризненный взгляд бабули встал на защиту своих действий. – Да мне не удалось договориться с гоблинами. Но я с ними договорюсь!
– Успеешь до начала сезона?
– Нет.
– Упускаем еще один год. – Печально вздохнула она.
– А что, если этим вопросом займешься ты сама? Судя по договору, что я видел…
– Хорошее решение, дорогой!
– возликовавшая бабушка тут же спохватилась, и, стерев счастливую улыбку, серьезно добавила.
– Я согласна.
– Решено. Галю я забираю к себе, а документы переправляю тебе.
– Прекрасно. Сейчас же перешлю к тебе и других жертвенниц!
– Но… - остолбенел удивленный черт.
– Только учти, у них такой упаднический настрой, - Всплеснула она руками и улыбнулась, не скрывая эмоций, - что самому жить не захочется!
– Спасибо, бабуля. – Вздохнул Нордо.
Вот так он и попал в хорошо расставленные сети.
32.
Кажется, мне вновь снился кошмар. Надо мной стояли отчасти знакомые шесть мужиков с серьезными лицами, и один из них точил нож. И, как не странно, вместо паники во мне встрепенулась логика. Мгновенно просчитала, что один убивает, один отпевает и четверо несут к месту захоронения.
– В принципе, неплохое решение для убийства, - произнесла я, хрипя.
– Вот только свидетелей зачем оставлять? – и указала на фигуру справа. Фигура улыбнулась, сверкнув белым рядом зубов, после чего я различила знакомый пятачок и излишнюю мохнатость мордашки.
– Мохнатик, это ты?
– Я, - бес шагнул ближе, и мужики расступились.
– Рад видеть Вас в полном здравии, Галочка.
– Значит, не в раю. – Выдала я свой вердикт.
– Не совсем. Вы на Олимпе, в одной из самых красивых резиденций восточного склона.
– Это где?
– В доме моего хозяина.
– А-ха!
– оглядываю свое новое одеяние и улыбаюсь. Никогда еще не видела такого нежно персикового цвета у белья.
– В гостях или в заточении и под охраной?
– Вас и других жертвенниц из комнат велено не выпускать. – Бес дал знак, и охрана растворилась в воздухе.
– А кормить будут?
– Двери в общую столовую справа, в гардеробную и ванные комнаты слева.
– А двери на выход? – я потянулась за халатиком на спинке кровати.
– В этом крыле резиденции внешние двери заблокированы с тех пор, как жертвенницы заселились.
– А сколько времени прошло? И как тут время течет?
– Как в Дарлогрии. Трое суток с момента заселения и двое с момента блокировки.
– Я спала трое суток?!
– Мы тоже были удивлены. Но надеялись на Ваше пробуждение. А вот для жертвенниц это стало знаком к массовому суициду. Пришлось принять меры.
Предположила самое худшее:
– Из жертвенниц здесь осталась я одна?
– Что Вы, нет! Из жертвенниц на одну спящую стало меньше.
– Умно. Нужно было раньше. А то они все время о смерти, да о смерти… Знаешь, как нервирует?!
– Знаю, - вздохнул бес, - хозяин теперь тоже знает.
Хоромы у Нардо потрясающие. Но, памятуя о том, как они наводят эту красоту, сильно не восхищалась и естественности не просила. Вдруг это нутро какой-то жабы или крысы и сторожит его пара собратьев многолапого Пего.