Чтение онлайн

А дальше ко мне на всех парах почему-то бежит не адский монстр, а Шарпик, маленький, счастливый, с приподнятыми ушками и язычком, свешивающимся из пасти. Вспомнила, как я поймала его в объятия с воплем:

– Мохнатик, да ты вымахал! – А он в ответ меня лизнул, прелесть такая. И рыб, который Люц, который вредина и недоверчивая сволочь, тоже осел на землю, глядя на наши обнимашки.

– У тебя такое лицо странное, ты чего, щенков не видел?

Удивленный рыб перевоплотился в не менее удивленного Люца:

– Церб, что она сделала с тобой?
– щенок смешно хрюкнул и спрятал мордашку у меня на груди. Пришлось ответить мне:

– Так мы знакомы, ехали от дворца Короля в твой дворец вместе.

– Это и есть тот самый Шарпей?

– Да, его порода – шарпей, иногда позволяет называть себя Мягкоскладчатым чудом, Шарпиком, Прелестью, Милягой… и он такой потрясный.

После этих слов меня признательно лизнули в подбородок и тут же спрятались на груди опять.

– Хорошо, Галочка, а ты что с ним сделала?

– Я отогрела и из клетки освободила – глаза рогатого стали как два блюдца, - у тебя служба доставки - сволочи, слышал бы ты как он скулил!

– Учту, - сглотнул дьявол. – А что дальше?

– Покормила, нашла сверток в кармане плащика. А еще мы играли. – Сообщила я, - правда хорошенький? Люц, если в живых останусь, можно я его себе возьму.

– Цербер, ты слышал? – он в ответ хрюкнул и обернулся к Его Темнейшеству. – Ну, раз слышал тебе и решать. Я не против, но Галя из четвертого мира.

– Будет приезжать в Аид в гости. – Сказал неизвестный мне голос с хрипом, после этого заявления и пес и дьякол посмотрели на меня.

– Это я что ли в Аид?

– Ты. – Выдал Шарпик. Здесь сон оборвался.

А нет… Еще помню, как мы с рогатым и щенком, который Цербер и мой милый Шарпик, сидим в огне среди поленьев и наблюдаем за одной из самых смачных картин в спальне принцессы Вайолетт. Смачной, потому что там не одна принцесса с ней ее страстный поклонник и предположительно родной папочка их совместному чаду.

Наблюдая за ними дьякол постепенно начинает хмуриться и в лице темнеть. Нет, я отчетливо слышала его вздох облегчения, как только он увидел пару, но, видимо, обманутые чувства Темнейшего все же давили.

А затем он, недолго думая и не давая проститься ни с кем, отправил меня домой. И не просто отправил, а еще и словами сопроводил:

– Но «рогатого» так просто не спущу.

Как же, не спустит! Придется.

Потянулась на кровати встала, пошла в ванную. На лице глупая улыбка, словно смотрела фильм и вот-вот вернусь к его просмотру. Потому что чувства насыщенные, и так хочется жить!

Вот на этой мысли я затормозила и вернулась назад в комнату, затем в ванную к шкафчикам...

Собранные и закрытые чемоданы лежат на месте, на мне знакомые черные шортики, кожа благоухает ароматом кремов, которые наношу после душа, в кухне чисто, прибрано, в ванной вся химпродукция на месте – разложена по полочкам. Хомяка Нафани в клетке нет, но рядом лежит записка от подруги, написанная на листке от отрывного календаря: «Нафаня у меня. Хорошего отпуска! Женька»

Ужас ситуации накрыл с головой… Мне все приснилось!

Мне приснилось?!

Не может быть!

Не одеваясь, рванула к холодильнику, с трудом сдвинула его в сторону и нашла свою заначку пятнадцать тысяч российскими в конверте, и тридцать четыре евро. На купюре в двадцать евро блестит карандашная надпись: «Купи грильяж».

С горьким всхлипом опустилась на стул. После моих махинаций дверца холодильника открылась, представив одинокую плитку шоколада Ritter Sport. Все понятно: Лютого тут не было и он ее не съел. Квартиру мою никто не грабил, меня чельд не целовал, и Люц не пытался задобрить мужем-красавцем и островом в Средиземном море, а еще у меня не было, всех тех приключений, что обрушились на избранную жертвенницу Темного Повелителя в Королевстве Дарлогрия.

– Мне все приснилось… - я потянула на себя шоколадку, но вытащила лишь пустую обертку. – Мне приснилось, и все против меня. Черт!

Звонкое ругательство без проблем слетело с языка, а раздраженного нардовского «Галя! Я просил!» в ответ не послышалось. В кухне раздался всхлип, затем еще один, плюс тяжелый выдох:

– Дьявол! Черт!

Ну а дальше кухня полнилась настоящей истерикой разбитого девичьего сердца.

Так что через четыре часа в отпуск собиралась основательно наплакавшаяся и измученная я. С красным носом, припухшими глазами, искусанными губами и хрипящим голосом.

Азов ждет! Азов ждет! Пусть все катится к… эх… пусть просто катится.

***

Люциус оглядел присутствующих на собрании:

– Кто промахнулся с шоколадом? Я так понимаю, там должна была быть плитка сладости, а не пустая обертка.

Лютый поднял глаза к потолку, словно невиновный, остальные потупились.

– Ладно, - сжалился Темный Повелитель, когда увидел бегущую к ним Олимпию.
– Один прокол не считается.

На самом деле проколов была масса. Все, вынужденные создать иллюзию для Гали, на каждом шагу оставили для нее подсказки. Одного не учли - женскую истерику и то, что читать между строк, как, впрочем и строки, Галя будет не в состоянии.

Она не увидела подпись на конверте, сообщение на обертке шоколада, строки на зеркале в белой комнате, на холодылике, на сорочке, которую забросила глубоко в шкаф, на потолке над кроватью и многие другие.

– Нужно было оставить сообщение на автоответчике, - вздохнул амур Донато.

– Поздно предложил, - Себастьян хмуро смотрел в потолок, думая о том, что еще на их трио с Вестерионом придумает Повелитель.

Долго думать не пришлось, входная дверь в тайный кабинет его темнейшества открылась с грохотом, из пола по лесенке в круглый зал поднялся сухой светловолосый старичок, одетый в черный кардиган, светлые брюки и шляпу с широкими полями.