Чтение онлайн

Барон кивнул в ответ, и подхватив факел, заботливо приготовленный Ирмой, двинулся первым. Следом шли мы втроем, неся подносы с яствами.

В покоях мы поставили все тарелочки и чашки на стол, после чего поклонились и вышли, оставив барона беседовать с хозяйкой.

— Ты то почему вышла? Твое место рядом с хозяйкой. — Уже на лестнице окликнула меня Ирма и я поблагодарив ее за науку поспешно вернулась.

А дальше то что? Стоять возле стола, или отправляться в свои покои? Не найдя ответа и не дождавшись оклика хозяйки ушла к себе, оставив приоткрытой дверь. Я не хотела, но все равно обрывки разговора доносились до моих ушей.

Семейство Вернеров славилось своими сырами. Они имели огромное поголовье скота и уже несколько поколений продолжали традиции предков. Их сыры были настолько хороши, что поставлялись к столу короля, и поставляются по сей день. Что является само по себе великой честью, ну и безусловно приносит огромную выгоду семейству.

Барон Иоганн в течении всей беседы несколько раз приглашал хозяйку к ним в гости. И в уже в конце она дала обещание приехать.

— В ближайшее время я буду занята, а вот ближе к весне, непременно воспользуюсь Вашим любезным приглашением.

— Сочту за честь. — Восторженно встретил ее согласие барон.

— Грета! — Чуть громче позвала хозяйка и я заторопилась на выход.

— Проводи господина барона, да накажи, чтобы ему нагрели в дорогу камней, и проверили карету еще раз. — Я присела в ответ, и пригласила барона на выход.

По дороге он с жаром рассказывал, что с нетерпением ждет момента, когда сможет удивить свою семью лесной красавицей, костюмом Мороза и детской песенкой.

А спустившись в кухню, застали там новое лицо. Пожилой мужчина в плаще-накидке подбитой мехом, едва увидев барона бросился ему на грудь.

— Сынок!

— Отец? Что Вы здесь делаете? — После слез и обниманий отстранился молодой барон.

— Ты не вернулся в назначенный срок, я проехал до брата — и с тех пор заезжаю во все окрестные дома в надежде найти тебя живым. Слава Всевышнему — сжалился над стариками, вернул сына в целости.

На этом я поклонилась и наскоро перекусив вернулась в сопровождении Ирмы в покои хозяйки. Товарка забрала посуду и удалилась, а хозяйка пригласила меня к столу.

— Неси книгу — буду учить тебя читать.

Ох, и тяжелый же у них шрифт! Все буквы писались практически одинаково — в виде параллельных вертикальных линий. С той лишь разницей — какая клякса написана вверху. По виду, это были в основным запятые, но от изгиба линии зависело значение буквы.

По началу, я даже не различала отличий, и только спустя некоторое время, когда стала внимательно приглядываться к закорючкам, поняла суть. А дальше дело пошло быстрее.

Прервал нас стук в дверь. Пришла Ирма сообщить, что один из управляющих прибыл по требованию госпожи и дожидается позволения войти.

Кивком головы хозяйка дала разрешение. Я встала, чтобы уйти к себе, но она остановила меня.

— Побудь рядом, я хочу чтобы ты сама выслушала. — Неожиданное предложение сильно меня удивило. Но припомнив наши разговоры, догадалась, что хозяйка опасается бунтов. И возможно поэтому приказала остаться, чтобы я постаралась угадать из разговора с управляющим какие нибудь звоночки.

— Госпожа Катарина! — Полноватый мужчина с глубокими залысинами и красным лицом, согнулся в пояс, едва переступил порог покоев.

— Я не мог попасть к Вам на беседу, когда требовалось Ваше вмешательство, поэтому по ряду вопросов принимал решение сам. Прошу меня простить за подобную дерзость. — Он вновь низко поклонился, а потом положил перед хозяйкой толстую книгу в кожаном переплете. — Все здесь, истинная госпожа.

Затем, примерно на полчаса, хозяйка погрузилась в просмотр книги. Начала, где-то с середины, и перелистывая страницы просматривала записи. Иногда возвращалась и что-то искала, а найдя — удовлетворенно кивала.

— Ленз. Вижу, что с деньгами у тебя все в порядке. А что работники? Много ли поумирало? — Здесь ее голос дрогнул. — Есть ли как бы это сказать… недовольные.

— Да как им не быть? — Как будто с радостью отозвался управляющий. — К нам же по прежнему ссылают преступников отовсюду. А что касается смертей. Не больше чем обычно. Мало кто из них доживает и двух лет. А вот крестьяне — те совсем другое дело. Почти не поумирали. Но оно и понятно. Они в шахты то не спускаются. Помогают только разгружать руду.

Я внимательно слушала все ответы и постепенно в голове складывалась картинка. Каторжане, осужденные на медленную и мучительную смерть были основной рабочей силой на рудниках хозяйки. По-человечески, их безумно жаль. А с другой стороны… Лучше пусть приносят пользу обществу, чем проедают бюджетные средства, которые с лучшим применением можно направить на лечение детей, возведение новых садиков и школ. А то города растут словно грибы после дождя, а инфраструктура заметно отстает.

Хозяйка задавала много уточняющих вопросов, подчас повторяла их, и внимательно слушала ответы. Она как будто вела допрос и пыталась уловить в словах управляющего брешь. По крайней мере у меня создалось такое впечатление.

— Я лично приеду завтра и все посмотрю сама! — На прощание огорошила управляющего хозяйка. Тот только часто-часто закивал в ответ и откланялся.

— Завтра поедешь со мной, да смотри во все глаза. Ленз всегда не договаривает, ровно как и остальные. Поэтому нужно самой во все вникать. — По хозяйски распорядилась она и мы вернулись к обучению меня чтению. По капельке, с трудом, но я уже могла различить в готическом шрифте знакомые буквы.