Чтение онлайн

— Девушки! Давайте займемся изготовлением кукол для детей.

Ткани у нас достаточно, есть даже жемчужные бусины, заботливо срезанные с господских нарядов, а еще кружева на любой вкус и цвет.

Угольком, с изнаночной стороны я нарисовала трафарет, затем объяснила, что с ним следует делать. Возможно, потребуются дополнительные вставки, но основную задачу девушки поняли и приступили к работе. Я же опять не находила себе место. Почему дети не приходят? Где они? В результате накинула на себя теплую накидку и вышла из дворца.

— Арн, сироты мимо не проходили?

— Только храмовники. Но те зашли внутрь, я проследил.

Ну что же. Не всякий ребенок посмеет просить кусок лепешки в богатом доме. Может, и зря мы ждем, пока они сами придут? А что если…

— Арн, я ненадолго пойду прогуляюсь, посмотрю округу. — Предупредила конюха и вышла за открытые настежь ворота дворца.

С холма, на котором он возвышался, вела одна дорога — в деревню, что раскинулась в долине. А уже из деревни вела другая — в лес. Может до деревни сходить? Зачем? Я надеялась встретить по дороге сирот и привести их к нам. А попутно изучить, хоть и поверхностно, быт людей.

Размер деревни был приличным. В центре ее возвышалась каменное здание в виде башни, с массивными зубцами на крыше. Высотой, примерно этажа в три с окнами-бойницами по стенам. А к этой башне примыкало невысокое, но значительно больше по размеру здание. Эти сооружения выделялись на общем фоне деревни своей монументальностью, мощью и непохожестью на деревянные домики вокруг.

Идти вниз я передумала, вспомнив, что выскочила из дома в деревянных колодках. Надо бы вернуться да переодеть, но я так боялась пропустить появление первых жителей, что не могла отлучиться надолго.

Время подходило к обеду, а к нам никто не пришел. Мне постоянно казалось, что где-то в сугробе замерзают детки, плачут и молят о помощи, а мы их не слышим и их гибель будет на нашей совести.

Ближе к вечеру я почти ревела. Сидела в кухне совершенно без сил и смотрела на жарко горящие дрова в камине. Вечереет. Наверняка сегодня уже никто не придет. Что же делать? Где разыскивать сирот? Посылать Арна? Девушек? Но это уже завтра, на ночь глядя бесчеловечно отправлять людей на улицу. Говорят, лесное зверье не на шутку озверело этой зимой. Уже несколько крестьян загрызло.

И вот когда я окончательно потеряла надежду, послышался шум, а затем громкий голос начал звать меня из коридора:

— Грета! Детка! Посмотри, кого мы привели? — Не веря своим ушам, подпрыгнула на месте. Остальные девушки тоже встрепенулись, и вот мы, торопясь и, обгоняя друг друга, бросились в коридор. А в дверях нос к носу столкнулись с теми самыми храмовниками.

Они расступились и пропустили вперед двух детей. Мальчуган, по виду лет девяти крепко держал за ручку другого, совсем крохотного. Года два, не больше. Оба закутаны в тряпье и лохмотья. Ручки покраснели от холода, а в глазах не просто страх — а священный ужас, при виде нас.

— Пришли к нам, а госпожа рассказала про свой приют. Вот мы и привели их к вам. Возьмете? — Это один из храмовников описывал ситуацию.

Он еще спрашивает? Конечно, возьмем! С руками оторвем!

Я присела на колени возле детей. И улыбнувшись, представилась, после чего поинтересовалась как из зовут?

— Лео, а сестра Леона, но она еще не разговаривает. — Так это девочка? Вот ведь и не разобрать с первого взгляда.

— Пойдемте, мы нальем вам теплого молока с лепешкой. — Выпрямилась и показала в сторону кухни. Но дети не сдвинулись с места. Они еще ближе придвинулись друг к другу и молчали, испуганно глядя на меня.

— Госпожа Катарина распорядилась собирать у себя сирот и кормить. Идите за Гретой. А мы зайдем к вам завтра. — Пришел мне на помощь храмовник, и только после этого дети шагнули в стороны кухни, а храмовники развернулись на выход.

— Лео, Леона! Проходите ближе к огню. Сейчас Гандула, наша кухарка, подогреет вам молока. А пока я предлагаю раздеться. — Я хотела было помочь девочке забраться на лавку, но ее брат меня опередил и подхватив посадил ее, а рядом сел сам. Тут только я заметила, что в другой руке он сжимает мешок. Поставил и поплотнее придвинул к себе.

— Расскажи, почему вы одни, без взрослых? — Тяжелая, конечно тема, но мне жизненно необходимо их разговорить, вернее Лео. Чтобы установить «мостик» между нами и чтобы дети начали мне доверять. Конечно, не сразу, но надеюсь у меня получится.

— Так вся деревня вымерла. Мы жили вдвоем, сколько могли, а потом хозяин забрал всю скотину. Да и дрова у нас закончились. А в лес идти — страшно, у меня же Лео на руках, если меня волки загрызут — она помрет одна-то. — Жадно отхлебывая молоко и торопливо засовывая в рот подогретую лепешку рассказывал мальчуган. При этом он успевал кормить сестру и подносить кружку с молоком ей ко рту.

— Сейчас у многих так… — сочувственно произнесла в ответ. — Поэтому госпожа Катарина и организовала приют для сирот.

— А что в нем надо делать? — Заглядывая в пустую кружку отозвался Лео. Мне не жалко молока для детей. Ничуть! Но я помнила, что после голодания нельзя наедаться — может случится заворот кишок. Но все же попросила налить им еще по половинке кружки.

— Да особо ничего… Убирать за собой постель, умываться, учиться грамоте. И слушаться во всем госпожу Катарину. — Ответила я Лео.

— Я умею за скотиной ухаживать, воду носить, прибирать и на земле работать могу. А Лео — она еще маленькая… — Со вздохом произнес он.

— Давайте договоримся так. Чтобы понять, нравится вам здесь или нет — поживите несколько дней. Осмотритесь, а там и решите, что дальше делать. С нами оставаться, или идти дальше — искать счастья. — Мальчишка показался мне смышленым, поэтому не стала с ним сюсюкаться, а сразу перешла к взрослым разговорам и предложила договор.

— Ну если так… — многозначительно протянул он. А сам не отводил взгляда от лепешки, что не доела его сестра.