Чтение онлайн

Значит, что? А то! Голову вниз, а рот на замок. И прятаться за спиной Ирмы. Это же касается и отношений с хозяйкой. Легкая улыбка, согласный кивок и, глядишь, примут за свою. Мне нужно выиграть время, чтобы хорошенько изучить этот мир и обстановку вокруг себя. О будущем пока рано думать. Сначала — приспособиться.

На этом лепешка закончилась. Я немного полежала, разглядывая потолок, и решила поспать. Сон, это тоже лекарство!

Уже в темноте меня разбудил девичий голос:

— Грета! Спишь что ли? Нако вот, молоко свернулось и нам немного отдали. — Темнота вокруг стояла такая, что нет разницы закрыты глаза или открыты. Такое я помню только в пещере, когда со Славиком ездили на экскурсию. Эх!

Может, хватит уже вспоминать прошлое? Назад ничего не воротишь, какой смысл душу рвать? Это я разозлилась сама на себя. Ну правда, у меня сейчас полная неизвестность, а я вздыхаю о том, к чему не вернуться. Ну было, да. Есть вещи и поважнее, например, угроза жизни.

— Не сплю, темень такая, что я своей руки не различаю. — Отозвалась товарке.

Она между тем, нащупала мою руку и сунула в нее… судя по прикосновениям, прохладную кружку.

— Ты спать-то здесь будешь, или в служанскую пойдешь? — Пока я ела, а жидкостью густую, свернувшеюся простоквашу не назовешь, Ирма меня расспрашивала.

— Что такое служанская? — С усилием оторвавшись от еды, спросила ее.

— Ох, все забываю, что ты позабыла обо всем. Мы с тобой и кухаркой, живем у баронессы в доме. Или ты думала здесь? — Разразилась она пронзительным смехом. — Вот наша комната и называется служанской. Есть еще мыльня, но мы там только стираем. После мора храмовники запретили мыться. Потому что с водой эта зараза и проникает в нас. Так я даже к ней и руками не прикасаюсь, к воде этой страшной. А для питья мы придумали снег топить. И мор мимо прошел. Только баранят всех забрал…

Дремучее Средневековье во всей красе! Но меня больше напугала власть храмовников. Я, конечно, читала о таком в книгах, но чтобы прямо запрещать? Однако! И ведь не объяснишь, что болезнь переносится воздушно-капельным путем? Точно сожгут!

— А расскажи про храмовников подробнее? Они тоже у баронессы живут?

— Что ты! Кто они и кто баронесса! Она выстроила храм для них, ну и домик, при нем. Только вот все равно Всевышний всех забрал… — Горько вздохнула Ирма, и замолчала. Ну что же. Хорошая новость — храмовники хоть и живут по соседству, но вместе с нами. Есть вероятность избежать встречи.

— Так ты в служанскую то идешь? — В голосе девушки проскользнули нотки раздражения. И я заторопилась отказаться от ее предложения.

По темноте? Нет уж! Лучше здесь переночую. Пусть воняет, я начала привыкать к этому запаху. Но зато в тепле. А как спускаться-то в кромешной темноте буду? Снова голову расшибить? А завтра утром, по свету и осмотрюсь!

— Тогда я утром за тобой вернусь. А ты спи. — С этими словами моя благодетельница ушла. Скрипнула дверь и я осталась одна, не считая вздыхающих животных низу.

Сытость дала о себе знать, и поудобнее устроившись в сене, я заснула.

Новый день принес бодрость. Я проснулась от гама всполошившейся животины внизу. И знакомого голоса, как его… Арн? Он ласково приговаривал и обещал всех подоить, покормить и всех убраться. Не сказать чтобы было светло, но очертания своей руки в темноте я разобрать смогла.

Села, оценивая свое состояние. Голова почти не кружилась, правда боль в ней и в боку напоминала о падении. Но если двигаться без резких движений, разумно оценивая свои возможности, то жить можно!

Правда, опять невыносимо хочется в туалет, и желудок напоминает о голоде призывным урчанием. Но ничего не поделаешь. Остается ждать товарку, и с ее помощью решать проблемы. А вот и она!

— Арн! Плесни молочка для Гретки? — Звонкий девичий голосок с нотками смешков резанул тишину.

— Забирай, тама, я у лесенки оставил. — Прогудел басом в ответ собеседник. А я порадовалась. Какие все же добрые и заботливые люди меня окружают.

— Проснулась? — Одной рукой держа щербатую кружку, Ирма ловко вскарабкалась по лесенке и вглядывалась в мое лицо. — На ко молочка выпей. Только никому не говори, что мы тебя молоком отпаивали. Потому как это только хозяйке полагается.

— Хорошо, что предупредила. — Улыбнулась ей в ответ и приняла кружку из ее рук. И опять меня накрыла волна ароматов и вкусов.

— Слушай, мне бы в загончик, как вчера сходить. — Тут же стала просить помощи во втором, не менее важном деле.

— Так это мы мигом. Айда за мной!

— Но там же Арн! Как я при нем-то? — Но она не остановилась. Только махнула рукой на мои стеснения. А как? Или она попросит его выйти на улицу?

Но не тут-то было! Осторожно спустилась, а Ирма уже отгоняет конюха в дальний угол, к курам. Сама же распахивает ближайший загон и оттесняет любопытных коров от меня. В конце концов, что естественно — то не безобразно. И я юркнула внутрь, следом за ней.

— Пойдем в дом? — Накидывая мне на плечи какую-то тряпку и подставляя под ноги деревянные башмаки-колодки, спрашивала она.

— Пойдем. — Слегка неуверенно отозвалась в ответ. Встреча с новым миром, меня существенно пугала. Но не могу же я оставаться вечно на сеновале? Поэтому голову вниз, рот на замок и вперед!

Ирма распахнула дверь, и в нос ударил чуть морозный одуряюще—бодрящий запах. После конюшни мне казалась, что его можно черпать ложкой! Настолько вкусным он был. А еще бескрайнее голубое небо и яркое солнце, которое отражалось от чистейшего снега тысячами хрустальных искр. Такого в городе не встретишь!

Первым делом зажмурилась, но все же слезинка скатилась из уголка глаз. Едва глаза привыкли к изобилию света, как меня ждало настоящее потрясение — я увидела роскошный дворец в нескольких десятках метрах от себя.

Песочного цвета стены множеством купольных шпилеобразных круглых башен упирались в небо. Узкие стрельчатые окна с резными репьями-решетками лишь подчеркивали монументальность дворца. Фестоны, картуши, ложные окна, множество арок и полуарок! Все элементы фасада тянутся вверх, подчеркивая высоту и утонченность здания. В этом дворце следует устроить музей, да билеты на входе продавать. Ну уж никак там не жить!