Чтение онлайн

Третий… Надо некоторое время подержать так… Ну вот! Жертва наконец осознала, что сейчас умрет. Как, однако, вылезли из орбит ее глаза и как сильно стало содрогаться в конвульсиях тело… Вот и все. Конвульсии прекратились. Но убийца продолжал внимательно наблюдать за ней. Он обожал это место. Красотка умерла, но он еще не насытился ею. «Пауза», «перемотка»… «пауза», «перемотка».

Сахид подождал, пока Энджи сфотографировал укус, потом продолжил:

— Правая рука жертвы аккуратно и чисто отделена от тела в плечевом суставе. На запястье ясно видны следы повреждений: порезы и кровоподтеки. А также остатки некоей субстанции. — Он извлек из ранки образец. — Волокна веревки. — Патологоанатом поднял пинцет с образцом и передал его Ли. — Кисть на месте, два пальца не имеют повреждений, хотя плоть и отошла от костей… — Сахид выскреб скальпелем грязь из-под ногтей и стряхнул крохотные комочки в пластмассовый лоток. — Что характерно для трупов, обнаруженных в воде. — Доктор срезал вздувшуюся кожу с пальца жертвы.

— Обнаруженных в воде, сэр? — переспросил Ли.

— Части трупа подвергались заморозке, не так ли? Стало быть, при оттаивании возник избыток влаги. Позвольте вашу руку, — сказал Сахид, не дожидаясь разрешения, наклонился, взял Ли за руку и обмотал вокруг его указательного пальца лоскут кожи с пальца жертвы, после чего жестом предложил подойти к Энджи, чтобы последний мог снять отпечаток. Сержант прижал палец Креветки с лоскутом кожи жертвы к красящей подушечке, после чего сделал несколько пробных оттисков, добиваясь удовлетворительного качества отпечатка. Во время манипуляций Ли то краснел, то бледнел.

— Ты в порядке, Креветка? — спросил Мэнн, которому показалось, что беднягу вот-вот вырвет.

— Абсолютно. — Тот попытался изобразить улыбку. — Никаких проблем.

— Хороший мальчик. — Старшие полицейские обменялись понимающими взглядами.

— О'кей, джентльмены, пойдем дальше. — Сахид снял резиновые перчатки и пластиковый фартук, после чего достал из ящика над раковиной новый комплект. Велев жестом Ли сделать то же самое, патологоанатом продолжил диктовать:

— На торсе заметны черно-зеленые пятна в области живота, которые свидетельствуют о начавшемся разложении. Кроме того, виден разрез, тянущийся от одного тазобедренного сустава до другого и имеющий в длину… — Доктор вопросительно посмотрел на Мэнна.

Инспектор приблизился к останкам.

— Двадцать один сантиметр, — объявил он, прижимая линейку к указанному месту, что Энджи немедленно и сфотографировал.

— Означенный разрез сделан ножом с большим широким лезвием и пилкой на режущей кромке по меньшей мере через двенадцать часов после смерти.

Ли недоверчиво покачал головой:

— Потрясающе! Как, интересно, вы это узнали? В частности, форму и размеры ножа?

Сахид сделал паузу, посмотрел поверх очков на новичка и кивком предложил молодому инспектору наклониться к трупу.

«Парень научится всему, — подумал Мэнн, глядя на смущенного коллегу. — Хотя не сразу и не без труда».

— Подойдите поближе, молодой человек. Хочу показать вам кое-что. — Сахид взял руку Ли и приблизил ее к ране. — Вложите пальцы в разрез и осторожно разведите в сторону ткани. Ну, что вы видите?

Ли, поколебавшись, сделал, как ему было велено.

— Рассечения прямые. Ткани на срезах неровные, как бы зазубренные, сэр… — Полицейский задержал дыхание. — По всей длине раны. — Он распрямился и, повернув голову в сторону от анатомического стола, выдохнул.

— Не вынимать! — гаркнул Сахид, видя, что Креветка хочет извлечь пальцы из раны. — Дайте ему линейку, инспектор. — Мэнн передал линейку. — Итак, какой длины достигают отдельные горизонтальные разрезы?

— Четырех сантиметров, сэр. — Ли свободной рукой измерил их.

— Насколько глубоко проникло лезвие в тело? Держите пальцы в ране, молодой человек. Продолжайте исследование!

— Лезвие проникло в тело на значительную глубину, рассечены жировой и мышечный слои.

— Скажем, глубина сопоставима с длиной большого пальца. Можно это утверждать?

— Так точно, сэр.

— О'кей. Стало быть, клинок по ширине имеет такие же размеры. Как минимум. Ну, я ответил на ваш вопрос?

— Да, сэр. — Ли распрямился и попятился от стола. Выглядел он неважно. Казалось, его и в самом деле тошнило.

Мэнн подмигнул Ли. Парня следовало ободрить. Ему хватило мужества задать интересующие его вопросы, а это — признак хорошего детектива, которому, как известно, необходимо уметь слушать и спрашивать. Конечно, хорошему детективу нужно также уметь правильно выбирать для расспросов время, но это приходит с опытом, и Креветка, совершенно понятно, этому еще не научился.

Между тем Сахид сосредоточил внимание на верхней части торса жертвы.

— В области груди отмечаются множественные небольшие ожоги — от сигарет на первый взгляд. — Патологоанатом окинул взглядом россыпь черных круглых пятнышек, имевших в диаметре около сантиметра и располагавшихся на груди и ключицах.

— Все они сделаны в разное время в течение нескольких дней и находятся на разных стадиях заживления. — На этот раз Ли вопросов не задавал, хотя ему и хотелось. Сахид склонился над торсом жертвы. — Над левой грудью имеется татуировка. Никак не пойму, что она изображает. — Он замолчал, снял и бросил в лоток вторую пару резиновых перчаток и некоторое время ждал, пока Мэнн и Энджи сфотографируют со всех сторон татуировку и обозначат в рапорте ее точное расположение. В прозекторскую вошел лаборант и протянул патологоанатому какую-то бумагу. Сахид некоторое время исследовал ее взглядом, потом взял папку с записями и положил ее поверх других листов.