Шрифт:
Владимир Дроздов
ПРИЗНАНИЕ ПАРЫ
1. "НОЖНИЦЫ"
Июль 1943 года. Выжженная солнцем степь. И - жара.
Небо на западе придавлено тяжело нависающей глыбой туч. Кажется, скоро сине-фиолетовая пелена затянет его целиком, прижмет к земле наши самолеты, заставит их вернуться на аэродром. Вот уже ветер налетает рывками, подхватывает на дороге горсти пыли, бросает их в окно моей радиостанции наведения. И тотчас начинают падать первые крупные капли. Каждая выбивает в пыли небольшую воронку. От них веером разбегаются серенькие шарики-крошечные капельки брызг, окутанные чехольниками пыли. Косая сетка приближающегося ливня перечеркивает степные дали. Но дождь так и проходит стороной.
Во мне остывает досада на несправедливое вмешательство стихий - "яки" продолжают спокойно патрулировать.
Шестерка ходит за передним краем вражеской обороны. И - высоко, наших "ястребков" не достать зенитным пулеметам. "Яки" построились "этажеркой" попарно через каждые триста метров высоты. Когда верхняя пара идет вправо, следующая поворачивает влево, а нижняя оказывается в этот момент где-то посередине.
Разворот! И разом меняется направление полета всех трех пар. А ведь они то и дело повторяются, эти развороты. И кажется: всю полусферу перед моей рацией, все этажи неба заполняют собой наши истребители. А их всего-то шесть.
Правда, немецких бомбардировщиков давно не видно над Миусом. Фронт стоит неподвижно и сотнями тысяч глаз следит за Курской подковой. Ждет... так же, наверно, ждали конца схватки Пересвета с Челубеем русские воины на поле Куликовом...
Внезапно под облачным сводом возникает ряд черных крестиков - словно цепочка птичьих следов на прибрежном песке. "Мессеры"! "Глисты" проклятые! Надо предупредить "ястребков"...
Но еще раньше, чем я успеваю что-нибудь сказать, слышу в наушниках знакомый голос:
– Внимание! Я-Король! С запада на высоте две тысячи - восемь "глистов". Как поняли? Прием.
Это Ваня Королев-самый молодой из комэсков дивизии. Отличный воздушный боец, квадратный крепыш с мгновенной реакцией и просто милый, добрый парень.
Мне неловко - не сумел вовремя подать сигнал.
А вместе с тем приятно, что Ваня раньше заметил "мессов", - это ему, конечно, прибавит уверенности.
– Костя, Миша! Смыкайтесь с набором высоты!
И - фронтом па них сверху. Я - над вами, в случае чего подстрахую.
Вот и сейчас-правильно Ваня решил. Немцам облака помешают высоту набрать - "яки" с ходу получат преимущество.
Однако и мне зевать некогда. Ведь задача шестерки Королева не только свои войска прикрыть. Главноевстретить пару наших особых разведчиков, чтобы отсечь от них "мессеров". А теперь заслон Королева связан воздушным боем... И может быть, фрицы не случайно сюда пожаловали?
Я вызываю по радио следующую смену патрулей - шестерку под командой Залесского. Она дежурит в первой готовности - пять минут, и будет здесь. Значит, к моменту прохода разведчиков через мой участок фронта в воздухе соберется двенадцать "яков" - немцы получат хороший сабантуй.
А разведчики эти и впрямь особые. Не лейтенанты, не капитаны-майоры! Спешнев-командир полка, Якушев - инспектор дивизии по технике пилотирования.
И задание у них - особое: сфотографировать один, но важнейший объект. Вчера разведывательный Пе-2 снял его с большой высоты. Однако на пленке многое не поддается дешифровке - слишком мелок масштаб. А снизиться "пешке" нельзя - больше шансов, что собьют.
Очень уж сильно истребительное и зенитное прикрытие.
Да и "яку" далековато лететь, целых тридцать пять минут, - это при нормальном-то запасе горючего на час двадцать. Времени в обрез на обратную дорогу и для маневра у цели. Ну, чтобы со стороны солнца зайти, из облаков вывалиться или с бреющего выскочить-смотря по обстановке в районе цели. А если драку навяжут? Так что "яков" туда посылать чрезвычайно рискованно. Однако Якушев и Спешнев полетели.
В эфире опять звучит голос Вани Королева:
– Ребятки, спокойно! "Глисты" с нами в жмурки хотят сыграть. Отсекаю их от тучи.
Действительно, "мессы" заметили "яков" и пытаются боевыми разворотами укрыться за облачный щит. Но Королев спокоен. Он и на земле так держится. Всегда немногословен, знай себе покуривает замысловато изогнутую трубку из плексигласа с чертиком на чашечке.
И хотя Ваня еще очень молод, он уже "старик" - второй год воюет и сбил около десятка фашистских самолетов.
А главное - никогда не подведет в бою. Его любят.
Ваня стремительно пикирует на верхнюю пару "мессов". Те сразу прекращают набор, отворачивают, переворотом уходят в пике. Однако по пути попадают под огонь средней пары "яков". Один из "мессов" дымит, продолжая пикировать, другой хитрит-пытается подражать падению осеннего листа, скользя то вправо, то влево, всякий раз сильно проваливаясь. Ваня это видит и не забывает подбодрить своих ребяток:
– Молодец, Миша! Еще, еще дай ему одну!
Но тут же предупреждает:
– Костенька! "Глист" на хвосте! Скользни влево!
И через секунду:
– Ага, проскочил!
И сразу вслед за тем:
– Атакую раззяву! Сережа, прикрой!
Дробно стучат пушки Ваниного "яка". Даже с земли видно: от "месса" что-то отвалилось. Ваня бормочет:
– Ну вот и ладно.
И уже погромче просит:
– Подтвердите, кто видел.
"Мессер", атакованный им, так и не выходит больше из пике-врезается в землю, взрывается. Глухой звук удара долетает до моей рации. Кричу Ване:
– Я, Волга-семь, подтверждаю-двенадцатый сбил "месса"!
Отрезая "мессеров" от облачности, Ваня с ведомым вырвались далеко вперед. Цепочка немцев рассечена на пары, пары тоже кое-где распались. Одиночные "мессы"
снуют туда-сюда, снизу вверх, сверху вниз... Сумятица!
С востока на всех газах приближается шестерка Залесского. Предупреждаю о ней Ваню. Но и "мессы" ее заметили - они выходят из боя все сразу, видимо по команде. Пара "яков" бросается было за ними вслед.