Чтение онлайн

Вот, дерьмо.

– Хочешь зайти?

Резко развернувшись, я увидел Эмори, стоящую в дверном проеме и рассматривающую меня. В одной руке она держала сумочку, а в другой - ключи.

– Оберн все еще дома?

Эмори кивнула и шире раскрыла дверь.

– Она в своей комнате. Только что вышла из душа.

Я засомневался, чувствуя себя не очень комфортно, мне не хотелось заходить в квартиру без ведома Оберн. Эмори прочитала сомнения на моем лице и заглянула в квартиру.

– Оберн! Пришел парень, с которым тебе точно следует переспать. Не полицейский, другой.

Полицейский?

Эмори снова повернулась ко мне и кивнула в сторону квартиры, словно приглашая внутрь. Я мог бы признать, что она ничего, но в разговоре с ней постоянно всплывает этот «другой» парень. Интересно, это у него синий любимый цвет?

Я услышал стон Оберн, раздавшийся из квартиры.

– Клянусь, Эмори. Тебе следует брать уроки поведения в обществе.

Она появилась около двери, и Эмори, выскользнув из квартиры, направилась на выход. Волосы Оберн были влажные, она переоделась. В джинсы и майку, но уже другие. Мне понравился ее простой стиль одежды. Она окинула меня взглядом с ног до головы.

– Еще даже часа не прошло, мистер Нетерпеливый.

Она не выглядела раздраженной, что очень хорошо. Она махнула мне зайти внутрь, и я проследовал за ней в квартиру.

– Я собирался подождать снаружи, - оправдался я.

Она зашла в свою комнату и вышла обратно с рюкзаком в руках. Бросила его на стойку, повернулась и выжидательно на меня посмотрела.

– Мне было скучно, - начал объясняться я.
– И я подумал, что мы вместе прогуляемся до студии.

Уголки ее губ поднялись в улыбке.

– Ты тоже слишком сильно привязался ко мне, Оуэн. Понедельник и тебе дастся нелегко.

Она произнесла это в шутку, но на самом деле понятия не имела, насколько близко оказалась к истине.

– О!

Она повернулась в сторону гостиной и подняла палатку с дивана.

– Помоги установить палатку, пока мы не ушли, - и пошла в свою комнату с палаткой в руках, - Она маленькая, так что много времени не потребуется.

Я потряс головой, полностью запутавшись, для чего ей палатка в комнате. Похоже, ей было на все наплевать, так что я не стал задавать вопросов.

Какая девчонка не заслуживает палатки в своей комнате?

– Хочу ее вот здесь, - она указала на место рядом со своей кроватью, откидывая оттуда коврик для йоги.

Я осмотрел комнату в попытке выяснить о ней как можно больше, не задавая никаких вопросов. На стенах не было ни одной фотографии, впрочем, как и на комоде, а дверь в гардероб оказалась закрыта.

Выглядело все так, словно решив покинуть Портленд, она не захотела обременять себя какими-либо вещами. Мне стало интересно, почему так? Неужели, она не собиралась оставаться здесь навсегда?

Я помог распаковать палатку. В магазине я ничего подобного не заметил, но она, и правда, оказалась маленькой. Палатка подходила для двух человек с разделительной секцией посередине. Мы установили палатку меньше, чем за пять минут, но в планы Оберн входило не только это. Она прошла в гардероб и достала два одеяла с верхней полки. Постелила их в палатке и залезла внутрь.

– Возьми две подушки с моей кровати, - попросила она.
– Нам нужно полежать внутри пару минут, прежде чем уйти.

Я взял две подушки и опустился на колени перед палаткой. Подтолкнув, она уложила их. Я отодвинул створку в сторону и залез внутрь. Мне пришлось устроиться рядом, хотя все чего я хотел, это оказаться сейчас на ней. Я был слишком большим для этой палатки, так что мои ноги торчали из нее, так же, как и ее.

– Боюсь, ты купила палатку для мультяшных персонажей.

Она покачала головой и приподнялась на локтях.

– Я ее не покупала. И это детская палатка, Оуэн. Конечно, нам она маловата.

Ее глаза проследили молнию, свисающую с верха палатки.

– Смотри, - она взялась за бегунок и начала застегивать.

Сверху опустилась сетка, и Оберн продолжила застегивать ее по сторонам до тех пор, пока между нами не образовался сетчатый экран. Положив голову на руку, она улыбнулась мне.

– Мы словно на исповеди.

Я перевернулся и, положив голову на руку, посмотрел на нее.

– Кто из нас исповедуется?

Она нахмурилась и указала на меня пальцем.

– По-моему, мир заслуживает несколько твоих признаний.

Я поднял руку и прикоснулся к ее пальцу через сетку. Она раскрыла ладонь и прикоснулась к моей руке.

– Так мы можем задержаться здесь на всю ночь, Оберн. У меня много признаний.

Я мог рассказать, как впервые встретил ее. Мог заставить понять, откуда у меня такое непреодолимое желание ее защищать.

Вот только есть секреты, которые я унесу с собой в могилу, и этот, определенно, один из них.

Вместо этого, я решил признаться в другом. Секрет, который значил для меня не очень много. Я поделился с ней кое-чем допустимым.

– В моем телефоне всего три номера. Отца, Харрисона и моего кузена Райли, но мы не общались уже полгода.

Она молчала.

Не знала, что сказать? У кого вообще в телефоне записано всего три номера? У того, у кого есть проблемы, очевидно.

– Почему у тебя так мало номеров?

Мне нравились ее глаза. Они очень открыты, и сейчас в них читалась боль из-за меня.

Она осознала, что была не единственным одиноким человеком в Далласе.

– После того, как я окончил школу, я, вроде как, пошел своим путем. Сфокусировался только на рисовании и не на чем более. Потом потерял многие контакты, когда в прошлом году сменил телефон, тогда я и понял, что не хочу ни с кем разговаривать. Бабушка с дедушкой умерли несколько лет назад. У меня остался только один кузен, но, как я уже говорил, мы практически не общаемся. Мне не нужны ничьи номера, кроме Харрисона и отца.