Чтение онлайн

В тот день я сидел рядом с Алленом Даллесом и слышал, как он хмыкнул от удовольствия. Звук был тихий, но приятный.

— Следовательно, — продолжал Проститутка, — не пытайтесь понять КГБ, пока не осознаете, что в разведке у них работают крайне гибкие и крайне косные люди и что между людьми там происходят такие же стычки, как и у нас. Мы всегда должны представлять себе, какие силы задействованы в схеме противника. Это учит нас не строить слишком всеобъемлющих или удовлетворяющих нас догадок. Цинизм учит не доверять себе, не радоваться тому, что факты сложились в отличную картину. Если картина складывается слишком быстро, возможно, ты впервые столкнулся с заранее обдуманным замыслом. Одним словом, с дезинформацией.

Эти Четверги проходили на действительно высоком уровне, слишком высоком для нас, начинающих. Я не один год еще буду размышлять над некоторыми выводами Проститутки. Если в подобные дни лекции Монтегю возносили нас, неопытных юнцов, на такие вершины, как театр паранойи и кинотеатр цинизма, то в Четверги низкого уровня мы возвращались к тому, как всунуть заржавленный прут в заляпанный грязью болт. Так, в первый Четверг низкого уровня мы два часа занимались созданием сценария, исходя из наличия порванной квитанции, погнутого ключа, огрызка карандаша, спичек в виде книжечки и засушенного цветка в ненадписанном дешевом конверте. Все эти предметы, сказал нам Монтегю, были выброшены в мусорную корзину агентом, попавшим под подозрение и спешно эвакуировавшимся из меблированной комнаты. В течение двух часов мы ощупывали эти предметы, размышляли и предлагали свои версии. Какую версию я предложил, не помню. Она была не лучше, чем у остальных. Отличился в тот день только Розен. Все остальные изложили свои версии, а Арни продолжал сидеть с несчастным видом.

— С моей точки зрения, — сказал он, — здесь слишком многого не хватает.

— Это вывод, к которому ты пришел? — спросил Проститутка.

— Дассэр. При столь малом количестве фактов никакого правдоподобного сценария не создать.

— Розен унюхал суть, — сказал Проститутка. — Эти предметы взяты наугад. Никакой задумки тут не было.

Объяснение: упражнение придумано с целью предупредить нас о возможности самоинтоксикации при составлении сценария. Дедуктивные страсти могут легко разгореться при виде засохшего цветка, дешевого конверта, огрызка карандаша, погнутого ключа и порванной квитанции на 11,08 доллара. Этот первый урок был задуман таким образом, чтобы мы впоследствии приучились анализировать, если в процессе работы над объяснением станем в тупик.

— Считайтесь с этим чувством, — сказал нам Проститутка, — если ваш сценарий представляется вам абсолютно верным, но несколько пустоватым, значит, он неверен.

Следующее занятие, объявил он, будет посвящено шпионажу. Чистому шпионажу, противостоящему контрразведке.

2

На Ферме у нас был курс, именовавшийся «Вербовка агента», но ясной картины в результате мы не получили. Монтегю же быстро перешел от штампованных формулировок к сути.

— В шпионаже, — поведал он нам, — главное — подбор и разработка агентов. Это можно обозначить двумя словами: абстрактное обольщение. — Помолчал и добавил: — Если вы считаете, что я ратую за необузданную чувственность, то ошибаетесь. Мы говорим об абстрактном обольщении. Если подумаете, то поймете, что это не физическое обольщение. А психологическое. И базируется такое обольщение на манипуляции.

Соответственно в нашей иудаистско-христианской культуре возникают трудности. Мы говорим: манипуляция — это макиавеллизм. Однако, если хороший человек, живущий согласно своим убеждениям, не готов поставить под угрозу свою совесть, тогда поле брани останется за теми, кто манипулирует историей в низменных целях. Я не собираюсь читать вам лекцию о морали, — продолжал Проститутка, — поэтому скажу лишь, что нежелание заниматься манипуляциями приведет к неспособности находить агентов и вести их. Даже для тех, кто признает такую необходимость, это может оказаться трудным делом. Есть кураторы, которые, проработав всю жизнь в иностранных столицах, не могут назвать ни одного завербованного ими агента. Это неумение порождает разочарование, схожее с тем, какое видишь на лице заядлого охотника, которому никак не удается забить оленя. Правда, в некоторых странах все складывается против нас.

Не думаю, чтобы кого-либо из нас волновала тогда мысль о необходимости заниматься манипуляциями. Наоборот, мы думали о том, сумеем ли выполнять свою работу. И сидели, раздираемые предвкушением и волнением.

— Сейчас, — продолжал Проститутка, — вы, возможно, думаете: до чего же невероятная стоит перед нами задача, как трудно ее выполнить! С чего начать? Не волнуйтесь. Фирма не рассчитывает, что ваши первые инстинктивные усилия дадут плоды. Вербовка обычно требует времени и усилий для изучения каждого перспективного клиента или объекта. Если, например, нас интересует производство стали в определенной стране, уборщица, опустошающая мусорные корзины высокого должностного лица, который ведает производством станков, куда полезнее для наших целей, чем высокопоставленный чиновник в министерстве сельского хозяйства. В нашей работе есть логика, и в известной мере ей можно научиться.

Все глубокомысленно закивали, словно пришли к такому же выводу.

— Сегодня представим себе, что мы находимся в определенной среде, — сказал Проститутка. — Предположим, мы находимся на работе в Праге, а чешский язык знаем минимально. Как приготовить омлет, если у сковородки нет ручки? Так вот, джентльмены, у нас есть система поддержки. Нас никогда не оставляют одних в лабиринте. Никто не требует, чтобы вы сами занимались чешскими агентами, которые говорят лишь на своем языке. Между вами должен быть посредник, местный житель, работающий на нас. Такого человека мы именуем «главным». Главный агент — это чех, который добывает для вас агентов. А вы будете лишь руководить им.

— Сэр, не хотите же вы сказать, что мы вообще не выходим на оперативную работу? — спросил один из младших офицеров, смельчак с Восточного побережья.

— В странах-сателлитах выходить на оперативную работу вы не будете, — отвечал Проститутка.

— Тогда зачем же мы изучаем вербовку? — спросил все тот же парень.

— Чтобы научиться думать, как думает главный агент. Собственно, сегодня мы и постараемся думать, как он. Каждый из вас превратится сейчас в воображаемого чеха, чиновника пражского правительства, уже завербованного управлением. Теперь он — а иными словами я, наш воображаемый главный агент, — пытается завербовать еще несколько чехов из соседних правительственных учреждений. Начинается манипуляция. Первым средством эффективной манипуляции является основной закон торговли. Кто-нибудь из вас знаком с ним?

Рука Розена взлетела вверх.

— Покупатель ничего не купит, если не доверяет продавцу.

— Откуда тебе это известно?

Розен пожал плечами.

— У моего отца был магазин.

— Отлично, — сказал Проститутка. — Я, главный агент, попытаюсь внушить предполагаемому агенту — моему клиенту — одну идею. И состоит она в том, что я могу удовлетворить его потребности. Если мой клиент — человек одинокий, с глубоко запрятанной жаждой общения, как я должен вести себя с ним?

— Сидеть и слушать его, — тотчас откликнулись несколько человек.

— Но что, если я имею дело с одиночкой, который стремится к изоляции?

— Тогда надо просто сидеть с ним рядом, — сказал один из мормонов. — И наслаждаться тишиной.

— Достаточно ясно, — сказал Проститутка. — Когда сомневаешься, всегда относись к одиноким людям так, как если бы это были богатые старики и твои родственники. Старайся обеспечить им немного уюта, чтобы сдобрить разочарование, которое они испытают, получив свою долю в завещании. С другой стороны, если клиент из тех, кто лезет вверх по социальной лестнице и скрипит зубами при одном упоминании о приеме, на который он не был приглашен, тогда сочувствием мало чего добьешься. Необходимо действие. Надо привести эту личность на какое-нибудь фешенебельное сборище. — Проститутка щелкнул пальцами. — Следующая проблема. Клиент поведал тебе один-два секрета из своей сексуальной жизни. Что тут делать?