Призрак шанса
Шрифт:
— Тогда как наш убийца это делает?
Алекс размышлял над этим, пока ел. Преступление такого рода можно совершить только одним способом, и без осмотра соответствующих комнат сложно прийти к какому-то выводу.
— Рунный мастер мог бы сделать это с помощью руны побега, — сказал он наконец. Игги несколько секунд обдумывал эту мысль, а потом пожал плечами.
— Возможно, — признал он. — Но это слишком сложно для такого простого дела, как убийство. Каждый раз, когда убийца использует руну, чтобы выбраться из запертой комнаты, он сокращает свою жизнь на несколько месяцев. Не говоря уже о стоимости.
Алекс кивнул. Руны для побега могли стоить больше сотни долларов, если учесть стоимость экзотических чернил.
— Тогда эти убийства станут самыми дорогими в истории, — сказал он. — В денежном выражении и в человеческих жизнях.
Они еще полчаса обсуждали разные варианты, пока ели, но ни один не казался им подходящим. В конце концов Алекс предположил, что таблоид, скорее всего, исказил факты и что это были три не связанных между собой самоубийства.
— Эту газету нужно прикрыть, — наконец сказал Игги. — Надеюсь, жена мэра подаст на них в суд.
— Кто? — спросил Алекс, убирая со стола.
— Жена мэра подала в суд на "Полуночное солнце", — объяснил Игги, закуривая сигару и наблюдая за Алексом. По их договоренности, Игги готовил, а Алекс убирался.
— Почему?”
— Они охотились за ней несколько месяцев, — объяснил Игги, выпустив облако ароматного дыма. — Нельзя открыть эту газету, чтобы не наткнуться на что-нибудь непристойное о ней.
Алекс этого не знал, но он даже не знал, кто такой мэр, не говоря уже о его жене.
— Что ж, — сказал Игги, вставая, — пожалуй, я пойду в библиотеку почитаю пару часов. Присоединяйся, когда закончишь.
Это была отличная идея. У Алекса уже несколько недель не было времени на чтение.
— Извини, Игги, — сказал он, вытирая тарелку. — Мне нужно позвонить.
— Ну ладно, — сказал Игги, направляясь в библиотеку. — Как хочешь.
Было уже восемь часов, когда Алекс наконец поднялся к себе в комнату. Комната, как и большая часть жизни Алекса, была простой и незамысловатой. У задней стены стояла кровать с металлическим каркасом, по обе стороны от неё прикроватные тумбочки, на одной из которых стоял будильник, телефон, стопка и почти пустая бутылка бурбона. У одной стены стояли комод и письменный стол, по обе стороны от большого окна. На противоположной стене было две двери: одна вела в гардеробную, а другая в крошечную ванную комнату с душем без поддона. В комнате было одно удобное кресло для чтения и небольшой столик с простой латунной лампой.
Алекс снял пальто и налил себе стопку бурбона из бутылки, стоявшей на прикроватной тумбочке. Рядом с бутылкой лежал телефон, но Алекс старательно не смотрел на него.
Через десять минут и ещё одну стопку бурбона он наконец достал из куртки красную книгу с рунами и сел на кровать. Он перевернул книгу и открыл заднюю обложку, под которой был пришит кармашек. В нем Алекс хранил визитки и все самое важное, что могло ему понадобиться.
Он достал из кармашка хрустящую белую карточку с небесно-голубой печатью. На ней было всего два слова и номер телефона.
Сорша Кинкейд.
Алекс познакомился с Соршей, когда она работала консультантом в ФБР. Она была самой невероятной женщиной из всех, кого он встречал: красивая, чувственная и, что самое главное, опасная. Сорша была одной из "Нью-Йоркской шестерки" шести чародеев, поселившихся в величайшем городе мира.
Именно Сорше Алекс помог вернуть пропавшую чуму в прошлом году. Он думал, что она его недолюбливает, но когда Алекс отдал ей большую часть своей жизненной силы, чтобы ее летающий замок не рухнул на город, она очень расстроилась. В последний раз, когда они виделись, она заявила, что больше не хочет с ним общаться.
В то время он решил, что так будет лучше, но в последнее время стал по ней скучать. Он чувствовал связь с ней, которую не мог ни объяснить, ни обосновать.
Он вздохнул, взял телефонную трубку и набрал номер. Через мгновение в трубке раздался холодный голос, звучавший так, будто его обладательница была в другом конце города.
— Алло?
— Чародейка, — сказал он своим самым раздражающе жизнерадостным голосом. — Давненько не виделись.
— Алекс? — ее голос изменился, в нем не было и следа презрения, которого он ожидал. Казалось, она была почти рада его слышать. Алекс вдруг почувствовал, как сильно бьется его сердце.
— Ты помнишь, — сказал он, стараясь, чтобы его голос звучал непринужденно и спокойно.
— Кажется, я говорила тебе, чтобы ты больше никогда мне не звонил, — сказала она своим обычным властным и холодным голосом.
— Вообще-то, — сказал Алекс, и на его лице расплылась улыбка, — ты говорила, что больше не хочешь меня видеть. Это не считается.
Он не знал, почему ему так хотелось позлить женщину, которая однажды пригрозила превратить его в ледяную глыбу, но он просто не мог устоять перед этим порывом.
— Это считается, мистер Локерби, — сказала Сорша, вернувшись к своей официальной манере речи. — Но раз уж вы меня прервали, зачем вы позвонили?
— Мне нужна твоя помощь.
Сорша не стала вздыхать, но Алекс почувствовал, как она закатила глаза.
— Вы, без сомнения, самый наглый и надоедливый человек из всех, кого я знаю, — сказала она. — А это о многом говорит. С чего вы взяли, что у меня есть время или желание оказывать вам услуги?
— Дело не во мне, — сказал он и рассказал о Бикмане, его жене и их затруднительном положении.
— То есть, если я вас правильно поняла, — сказала Сорша, когда Алекс закончил, — вам нужна помощь в том, чтобы найти этим людям работу и они могли бы вам заплатить?
Может быть, именно поэтому ему так нравилась эта волшебница, она так легко его раскусила. В этом не было особого смысла, но Алекс не мог отделаться от этой мысли.
Он откашлялся и заставил себя улыбнуться, хотя волшебница его не видела.
— Я бы выразился не совсем так, — сказал он. — Этим людям нужна помощь, а ты единственный человек из моего окружения, кто вращается в кругах, где могут пригодиться их услуги.