Чтение онлайн

Я снова взглянула на Эбби, и в голове зазвучала детская считалочка:

Лиззи Борден в дом пришла.

И топор с собой взяла.

Мать толкнула на диван.

Нанесла ей сорок ран.

И, смахнув слезу с лица…

— Скорее! — Я пулей бросилась на лестницу, сбежала вниз, перепрыгивая через ступени, и проскочила сквозь закрытую дверь.

Лиззи в отцовском пальто стояла над головой спящего родителя, спиной ко мне. Она подняла окровавленный топор и нанесла удар.

…Зарубила и отца.

Мы изумленно наблюдали, как Лиззи Борден наносила удары топором по голове отца. Отложив топор в сторону, она закрыла глаза и застыла, привстав на цыпочки.

Кристоф толкнул меня в бок.

— Смотри, — шепнул он.

На диване лежал Эндрю Борден, целый и невредимый, не обагренный кровью, и читал газету. Лиззи стояла в дверном проходе между кухней и гостиной. Почему-то остановилась, моргнула и вошла в комнату, уже с шитьем в руках.

Раздался звонок.

— Кого несет в такой час? — проворчал Эндрю и швырнул газету на пол.

— Я открою, отец.

— Нет. Иди помоги матери.

Лизи кивнула, отложила рукоделие и исчезла в кухне. Эндрю вышел в прихожую, распахнул дверь и не слишком вежливо поздоровался с человеком на пороге — уже виденным нами доктором.

— Я зашел спросить, как ваше здоровье. Не стало ли получше?

— Получше?

— Да, с утра ко мне зашла ваша жена, сказала, что вы оба не спали всю ночь, живот болел. Ей подумалось, что вам подсыпали какой-то отравы в еду…

Разговор продолжился — заново проигралась сцена, которую мы уже наблюдали, стоя перед домом.

— Все началось сначала. Мы что-то упустили? Судьбы проигрывают все сначала ради меня?

— Кто-то действительно проигрывает все заново, но сомневаюсь, что ради тебя.

Раздраженный Эндрю вернулся в гостиную, огрызнулся на жену и дочь. Чуть позже мимо пробежала Бриджет, зажимая рот рукой. Я пошла было за ней, но в дверях стояла Лиззи, разглядывая что-то во дворе через кухонное окно. Я решила пройти сквозь нее, но, столкнувшись с ней, отлетела назад.

— Она материальна, — оглянулась я на Кристофа и, не дожидаясь ответа, подошла к Эбби и Эндрю, провела сквозь них рукой.

И доктор, и они были призраками в этом мире.

— Значит, Лиззи единственный настоящий человек.

Кристоф кивнул, придя к такому же выводу.

— А если она настоящая, то с ней можно поговорить. Я и раньше заметила что-то в ее глазах…

— Она посмотрела на тебя.

— Да, но мне почудилась в них никса — или следы ее присутствия. Должно быть, Лиззи Борден была одной из напарниц никсы. Видимо, Судьбы предлагали мне поговорить именно с ней. Давай попробуем…

Кристоф коснулся моей руки.

— Не торопи ее, — пробормотал он. — Попытайся заговорить, когда она сядет на диван.

Лиззи взялась за рукоделие, и я присела рядом с ней.

— Я знаю, ты меня слышишь.

Она продолжала шить, ловкими движениями прокалывая ткань и протягивая сквозь нее синюю нитку.

— Послушай…

— Подожди, — покачала она головой. Она взглянула на отца, оправлявшего пиджак. Он собирался уходить.

— Хорошего дня, отец.

Он рассеянно кивнул ей, потом своей жене и вышел через парадную дверь. Эбби и Лиззи работали молча, точно так же, как и в прошлый раз. Когда Эбби отправилась наверх, Лиззи перевела взгляд на меня. Мой черед.

— Отлично. А теперь перестань шить.

— Не могу.

Я бросила взгляд на Кристофа. Он жестом посоветовал мне не обращать внимания на рукоделие и продолжать.

— Мне нужно поговорить с тобой. Она промолчала, продолжая шить.

— Я все равно поговорю с тобой, хочешь ты…

— Поторапливайся.

— Зачем? Ты никуда не спешишь. Разве что снова убивать родителей…

Она дернула щекой, и в глазах отразились искреннее чувство вины и раскаяние. Аманда Салливан такого бы никогда не смогла изобразить, не то, что почувствовать.

— Так вот оно, твое наказание, — куда мягче проговорила я.

— Наказание? — Лиззи непонимающе посмотрела на меня. — Я это заслужила.

— Она сама создала себе ад, — прошептал Кристоф.

Я недоумевающее посмотрела на него.

— Она сама создала себе ад, — повторил он. — Создала и живет в нем. Нет нужды ее наказывать. Лиззи — сама себе наказание.

Молодая женщина продолжала шить, не меняясь в лице. Как мне ни хотелось начать с конкретных вопросов, я знала, что следует проявлять осторожность. Да, Судьбы сочли Лиззи Борден надежным свидетелем, но это не значит, что она не может обмануть или сказать то, что я хочу слышать.

— Что случилось перед тем, как ты совершила… это? — спросила я. — Может, что-то необычное? Какой-то голос?…

— Голос, да, слышала.

— Она велела тебе убить их.

— Она мне не приказывала, — опустила голову Лиззи.

— Ну, тогда подстрекала, — предположила, припомнив признание Аманды Салливан.

— Да, придала мне храбрости. Но топор был в моих руках. Эти пальцы…

Она сжала руки, причем иголка вонзилась прямо в ладонь. Капля крови стекла с руки и упала на шитье. Лиззи, не отрываясь, следила, как алая жидкость впитывалась в ткань.

— Виновата только я. Я мечтала их убить. Моему отцу не нравился ни один из моих ухажеров. Они, конечно, были далеки от совершенства, я знаю. Но они были добры со мной и могли бы забрать бы меня отсюда. Но отец не позволял мне уехать. А она… — Последнее слово прозвучало как ругательство. — Вечно замышляла что-то. Сначала ее сестра получила дом, который должен был отойти нам с Эммой…

Она умолкла и вновь опустила голову.

— Мне нет оправдания, и прощения я не заслуживаю.

— Я начинаю понимать…