Чтение онлайн

— Тебе ведома моя цель, Страж. Я был с тобой откровенен.

— Ты чудовище!

Архитектор окинул его бесстрастным взглядом:

— Мы сейчас мало отличаемся друг от друга.

Эмиссар был прав. Он, Бреган, тоже стал чудовищем.

Он бросился на Архитектора, не дожидаясь, пока тот пустит в ход магию, и что есть силы рубанул его мечом по голове. Эмиссар, однако, оказался проворнее, чем ожидал Бреган, и в последнее мгновение успел отклониться назад. Меч Брегана наискось глубоко рассек его грудь.

Архитектор пошатнулся, с оторопелым видом зажимая руками рану. Между его пальцами брызнула черная кровь. Не желая дать эмиссару опомниться, Бреган прыгнул, готовясь вогнать клинок в его голову.

Он еще не успел приземлиться, когда что-то тяжелое ударилось в него и сбило наземь. Бреган не сразу сообразил, что это была Ута. Это она с разгону врезалась в него, а теперь молотила по лицу кулаками. Брегану показалось, что на лицо ритмично обрушиваются удары двух каменных кувалд. Один удар разбил ему нос, от другого треснула челюсть, и от боли у Брегана потемнело в глазах.

Пробившись через град ударов, он рукой в латной перчатке стиснул горло Уты. Гномка заскрежетала зубами, извиваясь в его железной хватке, и большими пальцами надавила ему на глаза. Бреган был ослеплен, от жгучей боли раскалывался череп, но в конце концов он почуял, что натиск Уты на миг ослаб. Воспользовавшись этим, он взревел и ударил гномку головой о каменный пол. Раздался громкий треск, и Бреган отшвырнул Уту прочь от себя.

И тогда в грудь его ударила струя магической тьмы — той самой тьмы, которая поглотила Женевьеву. Бреган пронзительно завопил от боли, чувствуя, как черная дрянь впивается в него, разъедая грудь, а поток магии, который направлял на него эмиссар, становился все мощнее.

В глазах у Брегана помутилось, и на миг он перестал видеть. Бывший Серый Страж стиснул зубы, вынуждая себя замолчать, хотя чудовищная боль раздирала уже все тело. Затем сквозь темную дымку он различил силуэт эмиссара. Закричав, Бреган вскинул меч и стремглав понесся к нему. Он бежал навстречу магическому потоку, чувствуя, как тот вонзается в грудь, словно копье, и холодом расходится внутри. Добежав до Архитектора, Бреган взмахнул мечом и отсек эмиссару кисть руки.

Тот громко завизжал, из обрубка хлынула черная кровь, и заклинание прервалось. Бреган обессилено осел на пол. Нагрудник его был почти целиком сожран живой тьмой, грудь кровоточила и дымилась. Архитектор тоже рухнул на пол, хватаясь за искалеченную руку и пытаясь остановить кровотечение. Его бурая мантия стала черной от крови.

Бреган вынудил себя мучительно медленно подняться на ноги. Боль в груди была чудовищная. Казалось, из него вырезали изрядный кусок живой плоти, оставив в груди дыру. Он поднял меч, стараясь унять немилосердно дрожащую руку, и двинулся на Архитектора. Эмиссар оскалил клыки и вызывающе зашипел. Бреган с усилием занес меч над его головой…

…И в них обоих ударила молния. Вспышка на миг ослепила Брегана, громовой грохот сбил его с ног. Он повалился на пол, корчась от боли, которая пронизала все тело, опутанное электрическими разрядами. Шагах в десяти от него точно так же корчился терзаемый молниями Архитектор.

— Надо же, как удобно.

Бреган не сразу понял, что эти слова произнес Первый Чародей. Дрожа всем телом от боли, он поднял глаза и увидел, что маг хладнокровно приближается к ним. Одна его рука еще дымилась после сотворенного заклинания.

Архитектор с ужасом воззрился на Первого Чародея.

— Что… что ты наделал? — прохрипел он.

Ремийе презрительно фыркнул:

— А ты, глупое чучело, и впрямь решил, что я стану покорно следовать твоему плану? Изначально я замышлял устроить так, чтобы наши чары не сработали, во всяком случае в Орлее, но так будет гораздо, гораздо проще.

— Но… но как же Мор? — не сдавался Архитектор.

— А какое мне дело до Мора? Когда ты впервые, в Тени, обратился ко мне, я решил, что буду подыгрывать тебе. Кивать и говорить все, что ты захочешь услышать. А ты взамен поделился со мной своими тайнами, верно? — Ремийе поднял руки, и между его ладонями затрещали разряды черной энергии. — Ты подарил мне вот это… и короля Ферелдена.

— Нет! Человек, ты не можешь так поступить!

— Могу. Еще как могу!

Бреган и прежде знал, что этот маг коварен и беспринципен, но все же слепо позволил обмануть себя, так же как Архитектор. Вот только Бреган не мог, подобно эмиссару, оправдаться незнанием человеческой натуры. Уж он-то хорошо знал, на что могут быть способны такие люди, но тем не менее предпочел не замечать очевидного. Потому что ему было все равно.

“Каким же я был безнадежным идиотом!” — проклиная себя, со злостью подумал Бреган.

И тут прозвучал уже другой голос:

— На твоем месте я бы на это не рассчитывал.

Бреган повернул голову и сквозь мутную дымку боли увидел короля Мэрика и тех двоих Серых Стражей. Цепей на них не было. Король направил на Первого Чародея рунный клинок, а эльфийка уже поднимала белый посох, творя заклинание. За дверьми зала, в коридорах, разносился оглушительный треск и слышны были отдаленные крики.

— Полагаю, мирно ты не сдашься? — угрюмо спросил король.

Первый Чародей повернулся к нему и процедил:

— Нет.

Дункан видел, как умерла Женевьева. После того как Бреган сбил его с ног, Фиона молча помогла ему подняться на колени в ту самую минуту, когда эмиссар ударил заклинанием Женевьеву. Дункан слышал ее душераздирающие крики, видел, как она билась и корчилась, словно насекомое, пожираемое черным огнем. Он и сам внутренне корчился от этого зрелища. Несмотря на то что натворила эта женщина, он все же сумел достучаться до нее. Когда Дункан кричал ей в лицо обидные слова, Женевьева смотрела на него, и в тот миг он видел ту женщину, какой она была прежде. До того, как ее поглотило безумие.