Чтение онлайн

Мэрик попятился, выставив перед собой волшебный меч. Дункан, державшийся рядом с ним, низко пригнулся, сжимая в обеих руках кинжалы. Королю подумалось, что хищная позиция говорит о привычке драться стремительно и бесчестно.

Фиона сделала шаг вперед и остановилась рядом с Мэриком. Свет ее посоха разгорался все сильнее, покуда ослепительное сияние не залило всю пещеру.

— Больше нет смысла таиться, — проворчала она и ладонью толкнула Мэрика в грудь. — Отойди.

Подняв посох, магичка едва слышно проговорила несколько слов. Потом закрыла глаза — и магическая аура, которая окружала ее, усилилась. Мэрик, как было приказано, отступил на шаг, и, тогда перед Фионой возникло кольцо энергии. Воздух чуть заметно заколебался, пронизанный сверхъестественным свечением, и когда кольцо заскользило вперед по коридору и прошло сквозь ряды порождений тьмы, их движения явственно замедлились. Клинками они взмахивали так медленно, словно сам воздух мешал им двигаться. Зато Серым Стражам это явление не причинило ни малейшего вреда.

Женевьева и двое других воинов не ослабляли натиска и лишь надсадно хрипели, неустанно работая своим тяжелым оружием. Все трое были опытными бойцами. Удары они наносили аккуратно, но мощно и не тратили лишнего времени на каждого отдельного противника, пинком отбрасывая назад смертельно раненного гарлока, если требовалось освободить место. Ни Жюльену, ни Женевьеве, судя по всему, не мешало то, что в пещере явно было тесновато для их внушительных мечей. Без малейшего усилия они то наносили удары, то блокировали вражеские выпады. Николас не только сам прикрывался щитом от ударов, но и защищал, когда была возможность, товарищей. Булава его била стремительно, сокрушая вражеские челюсти и ломая руки.

Все трое ни на миг не упускали друг друга из виду, сохраняя строй и не давая прорваться ни одному порождению тьмы. Атаки их наносили врагу немалый урон. Порождения тьмы пятились, отступали, нечеловеческий гул перерос в злобное рычание. Воины, с ног до головы залитые черной кровью, удвоили натиск, и на мгновение почудилось, будто эти трое и впрямь сумеют отстоять эту узкую пещеру.

Не вышло.

Николас закричал от ярости, когда рослый гарлок обрушил на него сокрушительный удар, и воин вынужден был шатаясь отступить на несколько шагов по неровному каменному полу. Запнувшись, он упал навзничь, и тварь тотчас прыгнула на него и вонзила клыки в его лицо. Жюльен круто развернулся, глаза его округлились от ужаса, и одним ударом огромного меча он рассек гарлока почти надвое. Но было уже поздно.

Несколько низкорослых генлоков, проскочив мимо растянувшегося на полу воина, с восторженным рычанием ринулись к Мэрику и всем прочим, кто до сих пор не принимал участия в бою. Заклинание Фионы замедлило их, но ненамного. Женевьева наскоро попыталась прикрыть брешь в строю, но у нее ничего не вышло. Жюльен не мог прийти ей на помощь: он широкими взмахами меча отбивался от порождений тьмы, прикрывая себя и Николаса, — а удержать строй в одиночку она была просто не в состоянии. Мимо них проскочили еще несколько порождений тьмы. Линия обороны была прорвана.

Первые генлоки попытались пустить в ход копья, но прежде, чем хоть один из них успел нанести удар, в головы их вонзилось несколько стрел. Порождения падали, визжа боли и неистово терзая когтями собственные лица. Келль хмурясь шагнул вперед, одну за другой наложил на тетиву еще несколько стрел и выпустил их по приближавшимся, врагам.

Ута сбросила на пол мешок и приготовилась кинуться навстречу порождениям тьмы. Мэрик мог только гадать, каким оружием собирается драться гномка: на ней были только коричневое платье да кожаные перчатки. Король вообще не видел, чтобы она носила при себе оружие. Неужели она будет драться на кулаках? Вот так, стало быть, сражаются Молчаливые Сестры?

— Ута, стой! — крикнула Фиона.

Гномка проворно отпрыгнула в сторону, а магичка выступила вперед, вытянув перед собой руки. Взгляд ее стал сосредоточенным, губы зашевелились — и огненный ореол возник вокруг ее ладоней, а потом сорвался и ринулся навстречу порождениям тьмы.

На краткий миг в пещере стало светло как днем. Порождения, бежавшие впереди, ревели и корчились от боли, охваченные огнем. Языки волшебного пламени разбегались по каменному полу, рождая клубы черного дыма, который грозил заполнить всю пещеру. Тварей, которые бежали следом, обожгло, но они лишь шипели от ярости и, словно не замечая ожогов, продолжали бег. Перепрыгивая через своих горящих собратьев, они рвались к Фионе, стремясь добраться прежде, чем она обрушит на них новое заклинание.

Едва путь очистился, Ута ринулась вперед. Лицо ее оставалось все так же безмятежно, когда она столкнулась с первым бросившимся на нее генлоком. Упершись одной ногой в пол, другой она нанесла низкорослому противнику увесистый удар в лицо. Под подошвой кожаного сапога громко хрустнули лицевые кости, и генлок, зашатавшись, отступил.

Не теряя ни секунды, гномка бросилась на него. Она схватилась за грубые оплечья лат и перемахнула через генлока, а когда приземлилась, рывком перебросила противника через голову и швырнула на троих порождений тьмы, которые оказались в нескольких шагах от нее. Все четверо кубарем покатились по полу.

Рослый, в массивных доспехах гарлок разъяренно зашипел и высоко занес над головой черный клинок, собираясь с размаху ударить гномку. Ута отпрыгнула в сторону, клинок звякнул по камню, высекая искры, а она низко пригнулась, выбросила вперед ногу и, описав ею дугу, ловко подставила гарлоку подножку. Великан рухнул как подкошенный. Тогда Ута хладнокровно вскочила на него и прямой ладонью — не кулаком, отметил Мэрик, а именно ладонью — ударила его в горло. Пальцы ее с тошнотворным хрустом погрузились в морщинистую шею гарлока, и тот забился, пытаясь сбросить с себя Уту.

Поздно — она уже легко перепрыгнула с поверженного врага на спину другому гарлоку. Прежде чем он успел даже дернуться, гномка обхватила обеими руками его голову, сильным рывком повернула ее и сломала противнику шею.

Теперь на Уту разом бросились несколько порождений тьмы, и Мэрик потрясенно смотрел, как гномка, спрыгнув наземь, принялась наносить удары руками и ногами. Каждый удар ноги был точен и хорошо рассчитан, каждое движение локтя или ладони нацелено на то, чтобы ударить как можно сильнее, и при этом она двигалась так стремительно, что король едва успевал за ней уследить. Он никогда еще не видел, чтобы так дрались.

Наконец один гарлок ухитрился сзади ухватить Уту за платье и потащил к себе. Гномка стиснула зубы, но прежде, чем она начала действовать, на гарлока прыгнул со спины серый волкодав. Яростно рыча, Кромсай вонзил мощные клыки в шею твари и оттащил от гномки. И, обливаясь черной кровью, отшвырнул противника в сторону.

Какой-то генлок бросился на Кромсая с копьем, но тут из темноты свистнули две стрелы. Из укрытия выскользнул Келль, светлые глаза обожгли ненавидящим взглядом тварь, которая осмелилась напасть на пса. Капюшон охотника соскользнул на плечи, обнажив гладко обритую голову, которая была покрыта сложным узором черных татуировок. Мэрику подумалось, что похожие татуировки носят воины авварских горных племен.