Проблемы роста
Шрифт:
“Теперь всё! Они во мне… Все!.. Одновременно!” – только и смог подумать Сашка, и в следующее мгновение полностью отдался сладостному бегу.
Возбужденная плоть врывалась в Сашку, разгоняя горячий воздух, ускоряясь и направляя блуждающее сладострастие к ещё пока невидимой цели. Сашка чувствовал как внутри него трутся члены Макса и Гоголя, тесно прижимаясь друг к другу, добывая огонь его наслаждения. Все были при деле. Кирилл, осторожно придерживая сашкину голову, энергично орудовал членом у него во рту. Максим, находящийся ближе всего к члену самого Сашки, следил, чтобы последний случайно не увлекся дрочкой, допустив тем самым грех фальстарта.
Опьяненные до священного безумия, любовники постепенно превращались в единый механизм – движения были отлажены и совершенны. Семя – горячее, как кипящая смола – было готово выплеснуться. И только тягучее желание продлить блаженство, общее для всех четверых, не давало ему пролиться.
Сашка почти терял сознание. Ему казалось, что вся его предыдущая жизнь – лишь медленная подготовка к этому моменту, длиною в шестнадцать лет. И если сейчас по каким-то причинам он не кончит, то грош цена этой подготовке. Считай, что слил в сортир всю свою целомудренную юность. И кому она нахрен была нужна?..
Захлебываясь от бега, Сашка глотал собственный пот. Терпкий запах возбужденных тел туманил ему мозг. Странный коктейль из нежности и жесткости не утолял его жажду, но всё больше сжимал пружину вожделения, подтверждая необходимость последней инъекции. Сашка царапал ногтями всех, до кого мог дотянуться, давая понять, что он готов к большему. По тому, как ускорились любовники, можно было предположить, что он был услышан. Толчки стали еще жестче.
Первым не выдержал Кирилл. За секунду до оргазма он вытащил член из сашкиного рта и излился ему на лицо. Мысленно Сашка был ему благодарен – контролировать и без того тяжелое дыхание, одновременно глотая сперму, было бы крайне тяжело. Гоголь и Макс явно не спешили – каждый из них доказывал другому собственное право задержаться внутри Сашки подольше. Их движения окончательно синхронизировались.
Сашка громко стонал, то и дело пересекая границу, за которой стон превращается в крик. Ему всегда казалась чересчур наигранной озвучка в порно, но сейчас он отчетливо понимал, что именно так порой и выглядит естественность в любви. Впереди замаячила финишная черта. Наслаждение, превратившись в упругий сгусток, рвануло вперед с утроенной силой. Голова кружилась, пот заливал глаза, ещё чуть-чуть и из Сашки выйдут последние остатки сознания… Только бы…
Обжигающая струя спермы вырвалась из сашкиного члена. Упрямые брызги растянулись по всей груди Макса, добравшись до шеи и подбородка. Губы парня растянулись в блаженной улыбке, и он потянулся за поцелуем. В следующее мгновение оба члена внутри Сашки взорвались оргазмами. Забыв про сковывающие рефлексы, Сашка закричал что есть сил. Семя заливало его. И казалось, будто самоё счастье заполняет его пустоты…
Через полчаса полностью расслабленные Сашка и Макс лежали на кровати и, тесно прижавшись друг к другу, развлекались легкими интимными прикосновениями. Вставать ужасно не хотелось. Кирилл и Гоголь оккупировали ванную комнату и, судя по тому, как долго они её занимали, им там было не скучно.
– А по телефону тебя разве не устроит? – Макс пальцем провел Сашке по ключице. – Что ты такое ему сказать хочешь, что надо обязательно живьём?..
– Ну… Всё-то тебе знать надо, – Сашка лукаво улыбнулся, – не волнуйся, ничего такого, из-за чего тебе стоит волноваться… Я помню условия. Просто… Скажем так… Мне надо… эммм… посоветоваться.
– О чём?.. Разве есть какие-то проблемы? Мне казалось, что…
– Нет! – отрезал Сашка. – Никаких проблем, но…
Вода в ванной комнате резко выключилась. Громко хлопнула дверь и парни услышали, как Кирилл и Гоголь идут в сторону комнаты. Сашка рефлекторно прикусил язык.
– Уффф… Хорошо-то как! – Гоголь сорвал полотенце с торса и начал надевать белье. – Давайте, ваша очередь… Чё притихли-то?..
– Да вот… Саша с отцом моим хочет встретиться, – спокойно отозвался Макс, – говорит, посоветоваться…
– О чём? – вмешался Кирилл, тоже спешивший одеться. – Ты не говорил, что тебе интересны “папочки”…
– Да неинтересны мне никакие “папочки”! Что вы, в самом деле… Уже и встретиться ни с кем нельзя…
– А собственно почему нет? Батя у меня ещё огого… Я регулярно своих ровесников у него в гостях наблюдаю, так что…