Чтение онлайн

Леголас стал Аккинукеном, а меня назвали Эйвенстаэлем. Можно ли верить безумной наге-наркоману? Я мысленно пожимал плечами, а от волнения едва не терял тело — хотелось верить. Я никогда не принимал всё на веру, но здесь хотелось лететь к Ноде и, подпрыгивая от радости, рассказать, что, возможно, мы друг другу были когда-то предназначены, а сейчас можно попробовать ещё раз! А что, если она откажет мне? Да нет, бред какой-то, такого никогда не произойдёт.

Меня толкнули в плечо, Леголас заглянул в мои глаза с лёгкой опаской.

— Там шум на улице, — коротко отрапортовал эльф.

Я же тоже это ощутил, вначале спутав с остатками демонического влияния. Я сосредоточился, усилил слух, перенёс сознание туда, совершая обряд дальновидения.

Ночь всё ещё была в разгаре. Темнота ночи озарялась криками. Во мраке бежали две тени: служитель Мокоши Фернандо и ещё кто-то с демонической аурой. По улице с криками и песнопениями шла толпа с факелами, били мечами о щиты.

— …час сей наступил, потому что мы нарушили клятвы и обеты, данные нами. И даже гроссмейстер Кинур не преминул сношаться с проститутками, не блюдя свою честь. А теперь маги вздумали укрывать у себя под крылом демонов. Город должен быть очищен во имя Лазурного Меча!

И дальше по тексту. Толпа вышла небольшая, аэльев восемьдесят, но всё новые примыкали к ним натерпевшись после бомбёжки. Они шагали неспешно, новичкам давали факелы.

— Княгиня наша Радя допустила зимой приношения демонам, допустила повешения и спустила Гарри это всё с рук. Правосудие и закон не работают, поэтому мы и есть закон. Демоны не явились бы сюда, будь мы действительно безгрешны. Покайтесь, падите ниц в свете Беллатора, да коснётся он вас своей благодатью и защитит от зла, а демонам — смерть! Магам, покрывающих демонов — смерть!

В дверь постучались.

Я вынырнул из тела, нырнул вниз, открыл дверь.

Свет зажёгся, ошалевшая хозяйка Ольга увидела на пороге залитого кровью лысого парня и девушку в очень большом растянутом свитере, с беретом набекрень. Пальцы она разодрала в кровь, а глаза её бегали с одного лица к другому. Выполз рыцарь Беллатора.

— Господин Гарри, что происходит? — пробасил он и потёр глаза, а после упёрся взглядом в девушку и дёрнулся к мечу.

— Никому не доставать оружия. Свечи гасите, дверь заприте, — скомандовал я и эльф первым отреагировал.

— Что происходит? — не унимался Ингри. В бою ему отсекло два пальца и ранило ногу, поэтому стоял он, опираясь на костыль. Но всё ещё был бойким и грозным, мог шума наделать.

Толпу уже стало слышно.

— Фернандо, отчёт, — стребовал я.

— Я караулил вход вместе с Гроттом. Она на коленях умоляла её впустить. Её зовут Диэ. Она не шпионка.

— Откуда знаешь?

— Она сказала.

— А ты поверил, — вздохнул я. — Диэ, впусти в голову!

Она мялась, не зная, что ответить. Вместо ответа она вдруг задрожала, плюхнулась на колени и принялась плакать.

— Сними ментальную защиту, — сквозь зубы процедил я.

Она послушалась.

Вспышками я пробежался по её памяти. От рваности образов и количества эмоций борющейся людской и демонической сущностей меня едва не вырвало на пол, но результат я узнал — внутренний конфликт. Вряд ли то руководство, которое осталось у демонов, додумается до многоходовочки с внутренним конфликтом, потому я посчитал информацию достоверной.

— А дальше что?

— Я повёл её к княгине, — всё так же безэмоционально продолжал Фернандо. — Но мы не дошли и меня подняли на вилы, — вновь без эмоций. — Но я не умер, — он показал залитую кровью грудь, в руках держал дырявую майку, — потому что моё деяние достойно служителя Мокаши.

Звуки стали слышны очень громко. В окнах мелькали факелы. К двери нашего дома направлялись люди. А я не дал им постучать, шмыгнул за дверь, напоследок потребовав забаррикадироваться.

К дому приближался огненный змей из слитых воедино факелов. Во главе шёл Вильгельм де Моир с ещё пятерыми рыцарями. Он увидел меня и замер.

— Это один из предателей воли Беллатора — схватить его! — приказал Вильгельм.

Но никто не шелохнулся. Я обвёл толпу взглядом, однако не стал ждать его хода.

— Княгиня тоже отступница? После того, как получила благословение Беллатора в таверне?

— Изречение устами грешника не может быть благословением.

— Не тебе решать, чьими устами было изречено благословение архангела!

У меня у самого мурашки плясали по телу. Как я могу врать, когда меня так сильно цепляет? Во вранье от лица Беллатора было какое-то табу, которое требовало детального разбора.

— Радя Натис, — стал говорить он, но я его перебил.

— Стой, остановись. У тебя ведь голова взорвётся!

Я всеми силами изображал страх.

— Ты врёшь. Демоны всегда так делают. Это всё уловка. Радя Натис пригрела змею, она недостойна…

Хлопнуло и спустя мгновение его голова лопнула, словно переспелый арбуз, поливая окружающих кровью. Где-то в темноте, высоко на крыше сверкнула оптика снайперской винтовки Курта.

Толпа взорвалась, стала гудеть, верещать. Кто-то упал на колени и принялся молить о прощении, а с другой стороны раздался совершенно другой голос.

— Один день вас побомбили, а вы уже обделались. Ну как же так? Идёмте за мной, я вам всё же кое-что покажу, — громко проговорила Радя. — Может вам немного легче будет от того, что не только мы страдаем в этой войне.

Я не стал их провожать. Лишь выискал во тьме силуэт Курта, показал ему большой палец и махнул следовать за Радей. Окажись снайпер менее проворным или если бы он просто не проснулся от криков, всё было бы совершенно иначе. Кто знает, чем бы всё закончилось.

Юркнув обратно в дом, я обнаружил Диэ сидящую на полу и раскачивающуюся из стороны в сторону. Фернандо укрыл её своим плащом, Ольга всё же зажгла свечи, Ингри сидел мрачнее тучи.

— Я видел всё в окно, — сообщил он. — Беллатор совсем от нас отвернулся. Сэр Вильгельм же говорил правильные вещи — демоны никогда бы не пришли сюда, будь это место свято.