Чтение онлайн

Он оделся и отправился в столовую, чтобы выпить кофе. Только этот напиток мог взбодрить его сейчас и помочь сохранить ясность ума.

Слава Богу, по дороге ему не встретились ни Фаллон, ни Сюзанна. Они наверняка уже знали, что Меган ушла, и обвиняли его в жестокости. Финну не хотелось ловить на себе их полные упрека и негодования взгляды.

В большой общей комнате, примыкавшей к столовой, находились только Элли и ее старший брат Джошуа – дети играли в какую-то настольную игру.

Элли встала и подошла к столику, у которого Финн наливал себе кофе.

– Здесь страшно, – промолвила она.

Финн, улыбнувшись, поставил чашку на столик и присел на корточки перед ребенком.

– Это всего лишь Хэллоуин, Элли, – попытался он успокоить девочку, хотя у самого по спине тоже часто пробегал холодок ужаса. – Люди переодеваются в костюмы и ходят в маскарадных масках. А все эти монстры в музеях ненастоящие, это куклы и макеты, их приводят в движение специальные механизмы.

– Монстры – это люди в костюмах, – заявила девочка.

– А кем они становятся, когда снимают костюмы? – спросил Финн.

Услышав это, Джошуа состроил гримасу:

– Не знаю, как другие взрослые, а мистер Фаллон и Сюзанна – действительно монстры.

– С чего ты это взял?

– Они занимаются кое-чем нехорошим, – с отвращением произнес мальчик.

Финн удивленно приподнял бровь. Неужели эти две старые перечницы занимались сексом? Подобное зрелище вполне могло не только напугать ребенка, но и нанести ему серьезную душевную травму. У детей отвратительная сцена совокупления взрослых способна отбить охоту в будущем заниматься любовью.

– И чем же они занимались? – осторожно спросил Финн.

– Я проснулась ночью, – рассказала Элли, – и мне захотелось увидеть маму и папу. Но я услышала какой-то шум и позвала Джошуа. Мы спустились на первый этаж и заглянули в кухню. Мистер Фаллон и Сюзанна сидели у огня, над которым висел большой котел, и бросали в него что-то.

– Может быть, они готовили глинтвейн – горячее вино с пряностями, – сказал Финн.

– Но они так странно говорили.

– Они произносили слова нараспев, – поправил Джошуа сестру.

– И что же это были за слова?

Джошуа пожал плечами.

– Не знаю, я ничего не понял.

– Гм… А тебе не показалось, что они просто разговаривали друг с другом?

Джошуа решительно покачал головой.

– А вы рассказали родителям о том, что видели ночью? – спросил Финн.

Элли тяжело вздохнула.

– Они страшно рассердились на нас.

– Почему?

– Потому что мы ночью выходили из своей комнаты и бегали по дому. Мама и папа сказали нам то же самое, что и вы. Они считают, что Сюзанна и мистер Фаллон просто что-то готовили – какую-то пищу или вино. Родители запретили нам совать нос в чужие дела. По их мнению, нам повсюду мерещатся монстры, потому что приближается Хэллоуин.

– Понятно. Знаете, что я вам скажу? Сегодня ночью я, пожалуй, сам проверю, что происходит в кухне. А вы оба не должны выходить из своей комнаты, договорились? Там вы будете в полной безопасности. И еще – на всякий случай прочитайте на ночь молитву.

– Мы и так молимся каждый вечер, – сказала Элли.

Финн улыбнулся и погладил малышку по голове.

– Ничего не бойтесь, ложитесь сегодня вечером спокойно спать. Я все выясню, даю слово. Вас никто не тронет в детской, – пообещал он.

Элли протянула Финну руку.

– Спасибо, мистер Дуглас. Не понимаю, почему взрослые часто не воспринимают всерьез слова детей и отказываются им верить.

Серьезность ее тона снова заставила Финна улыбнуться.

– Взрослые не хотят вас обидеть, поверь мне. Просто они считают себя мудрее и опытнее.

Он допил кофе, простился с детьми и вышел из пансионата. Финн был твердо намерен сдержать данное слово. Сегодня ночью он собирался обойти дом и выяснить, что здесь происходит. Но сначала следует позаботиться о безопасности Меган.

Меган с замиранием сердца ждала встречи с мужем. Заперев на стоянке возле отеля старенький «шевроле» тетушки Марты, она вошла в холл. Служащие отеля вежливо здоровались с ней.

В Зале Конанта – так называлось помещение, в котором они выступали, – ее приветствовали официанты, обслуживавшие тех, кто уже пришел поужинать. Посетителей было еще мало.

Финн проверял звук. Взглянув на жену, он кивнул и снова вернулся к своему занятию. Через минуту он выпрямился и обратился к Меган:

– Мы выступаем накануне Хэллоуина, поэтому я решил включить в каждую из четырех частей концерта по одной песне собственного сочинения с соответствующей тематикой. Вся программа будет разбита на четыре композиции под названиями «Марш монстров», «Деформация времени», «Эй ты, крошка в красном капюшоне» и «Будь моим Франкенштейном». Если тебе что-то не нравится в программе, скажи, мы это обсудим. Список номеров лежит вон там, на подиуме, ознакомься с их последовательностью, а я пока пойду выпью кофе.

Финн прошел мимо Меган, даже не дотронувшись до нее, и спустился со сцены. Его спокойный деловой тон изумил ее.

Впрочем, неужели она ждала от него чего-то другого? Может быть, ей хотелось увидеть проявление бурных эмоций – гнева, отчаяния, недовольства? Или услышать уговоры вернуться к нему? Нет, Меган знала, что гордость не позволила бы Финну показать свою слабость.

Когда он проходил мимо, она ощутила исходившее от него тепло и затрепетала.

– Финн, – негромко окликнула мужа Меган. Он остановился и обернулся. – И это все, что ты хотел мне сказать? Я должна прочитать программу – и все?