Чтение онлайн

По телефонному разговору с Зойкиным приятелем Руслан почувствовал, что имеет дело с тертым мужиком.

– Не привезешь баксы, облизнешься, – сурово предупредил его друг Зои Куропаткиной, и Ходжаев понял, что с ним не шутят.

У Руслана промелькнула мыслишка взять корешей и добыть цацки старым добрым способом, а продавца закопать в лесочке. Но осторожный чеченец не хотел посвящать в это дело никого, даже своих пацанов. Когда люди знают, что у тебя есть золотишко, они перестают спать по ночам и все думают, как это золотишко из тебя вытрясти. Поэтому Ходжаев пришел к решению – платить. Конечно, надо постараться опустить продавца. Опустить, сторговаться и разбежаться в стороны. Ни тому, ни другому шум не нужен. Зойку Руслан видел насквозь. Хозяина буфетчица побаивалась, и Ходжаев был уверен, что, зная его связи среди уголовников, баба на подставу не пойдет. Лихо подкатив к банку, Руслан с визгом притормозил свой «Мерседес» и, кивнув охраннику Сосо, вразвалочку миновал подъезд и направился в кабинет директора. В приемной за столом сидела секретарша Марина и сосредоточенно трудилась пилочкой над своими ноготками. Чмокнув Марину в щечку и внимательно изучив в разрезе блузки видимую часть ее прелестей, чеченец кивнул на дубовую директорскую дверь:

– Анчик свободен?

Анчик свободен не был. В его кабинете сидел Больников. Потягивая из маленькой чашечки густой турецкий кофейный отвар, заместитель мэра договаривался о кредите для своего зятя. Руслан подвинул посетительское кресло вплотную к секретарскому и уселся рядышком с Мариной. Почувствовав на своей коленке горячую чеченскую руку, Марина отложила пилочку для ногтей и, поглядев на Ходжаева невинным бирюзовым глазом, предупредила:

– Анчику скажу.

– Я же по-дружески, – томно соврал Руслан, но руку с колена Марины снял.

Наконец Больников договорился и вышел. Руслан резво покинул уютное кресло и быстро просочился сквозь двойные дубовые двери. Расцеловавшись с банкиром, чеченец уселся за директорский стол и, заметив пачку сигарет «Парламент», ловко закинул одну себе в рот.

– Руслан, ты же не куришь? – удивился хозяин кабинета.

– Свои, Анчик, не курю. Свои… – пояснил Руслан и, затянувшись, перешел к делу: – Брат, мне надо наличными штук пятьдесят.

– Надо, значит, будут. Чай? Кофе? Коньяк? – поинтересовался директор и, пока чеченец раздумывал, включил кнопку местной связи и что-то сказал своему служащему по-грузински.

Анчик говорил почти на всех кавказских диалектах и на службу в банк принимал только южан.

Ходжаев от угощения отказался. Он спешил. Руслан планировал поскорее закончить сделку, после чего сразу рвануть в сторону Питера. Он намеревался успеть заехать на свою дачу, припрятать там купленные цацки и прибыть в театр к той части пьесы, где его Нателла блеснет в образе обманутой проститутки. Пропустить сцену, где примадонна с отвращением отдается подлому злодею, да еще в Питере, чеченец не мог.

– Надеюсь, грюны не на «Калашникова»? – безразлично поинтересовался Анчик.

– Ты что, брат? – удивился Руслан.

– Кто тебя знает, ты же говорил, что хочешь помочь своему народу… – усмехнулся банкир.

Минут через пять в кабинет явился огромный бородатый грузин. Положив пакет на стол, великан молча удалился.

– Все, что ты просил, – улыбнулся Анчик.

Проходя мимо Марины, Руслан нежно провел по спине девушки ладонью и поцокал языком. Выйдя на улицу, он уселся в «Мерседес» и распихал доллары по карманам. Покончив с купюрами, Руслан завел машину и газанул так, что из-под покрышек пошел дым. До встречи оставалось минут тридцать. Сразу к Зойке чеченец не поехал. Он подрулил к небольшому ресторанчику, откуда вчера хозяин Арно доставил ему на дом шашлыки по-карски. Арно сидел в маленьком кабинетике и на допотопных счетах проверял вчерашнюю выручку. К современной электронной технике Арно относился с подозрением и доверял только своим костяшкам.

– Миллионы считаешь? – вместо приветствия съязвил чеченец.

– Вах! Какой мильены?! – возмутился Арно. – Слушай, каждый день родственники и друзья. С друга денег не возьмешь. Налоговые, менты, санэпидемстанция – все на халяву. В убытке Арно. А ты мильены…

– Я к тебе на халяву никогда не ходил, – напомнил Руслан.

– Ты чеченец. Чеченцы народ гордый, – похвалив Арно.

Слова Арно Руслану понравились, он обнял владельца ресторана за плечи и тихо попросил:

– Помоги, друг.

– Говори. Что в моих силах, всегда сделаю. Ты Арно знаешь.

– Мне на несколько дней надежный ствол нужен, – тихо сказал Ходжаев.

– Зачем тебе ствол? Твои мальчики все со стволами, – удивился Арно.

– Хочу одно дельце в одиночку провернуть, а ствол для страховки, – объяснил Руслан.

– Слушай, ты случайно не на Кавказ собрался? – подозрительно взглянув на Ходжаева, поинтересовался Арно.

– Что вы сегодня все сговорились? Сказал, для страховки… – раздраженно повторил чеченец.

Хозяин ресторана вздохнул, открыл сейф, достал оттуда небольшой пистолетик и протянул Руслану:

– Осечки не дает. Бьет тихо. В обойме пять зарядов. Обойма полная. Только учти, Руслан, оружие зарегистрировано. Если что, ко мне придут. Не подставляй друга.

– Не волнуйся, Арно. Не подведу, – заверил Ходжаев, пряча пистолет в карман.

Руслан въехал в подворотню Зои Куропаткиной без опоздания. Ловко развернув машину так, чтобы смыться можно было без задержки, чеченец еще раз потрогал пистолет. Оружие удобно лежало в левом кармане. Ходжаев был левша и стрелял неплохо. Затем он запер «Мерседес» электронным замком, внимательно оглядел двор и только после этого подошел к дверям квартиры Куропаткиной.

– Кто? – спросила Зоя испуганно. Но, услышав голос хозяина кафе «Русич», сразу открыла.

Впустив гостя, Зоя высунула голову, осмотрелась и только после этого захлопнула за Русланом дверь. В прихожей хозяйка попыталась помочь Ходжаеву раздеться.

– Сам справлюсь, не девушка, – проворчал чеченец и, войдя в комнату, уселся за стол: – Ну где твой Монте-Кристо?

– Должен быть с минуты на минуту, – заверила Куропаткина. На столе лежала отломанная шоколадка и стояла початая бутылка коньяка «Белый аист». Обе рюмки были наполнены.

– Покушаешь? – предложила Куропаткина гостю.

– Из моего буфета?! – усмехнулся Ходжаев. – Лучше не надо.

– Тогда рюмочку. Коньячок хороший, сама с утра потягиваю, – сказала Зоя и быстро опрокинула рюмку коньяка в рот. Не успела она отломить шоколадку на закуску, как в окно постучали:

– Вот и Кадик. – Зоя быстро подошла к двери, впустила Кадкова, и тот не спеша разделся.

Эдик был выбрит, прекрасно одет и благоухал дорогим мужским парфюмом. Мужчины поздоровались и уселись за стол. Руслан одну руку держал в левом кармане, другую положил на скатерть и наблюдал. Эдик молча извлек из одного кармана небольшой узелок, затем из другого еще один, немного подождал и полез за третьим. Все три узелка он разложил на столе и стал долго и аккуратно их развязывать. Ходжаев молча ждал. Кадков высыпал содержимое узелков. Низкие окна квартиры Куропаткиной много света не пропускали, и, чтобы к ней не заглядывали, Зоя всегда жила при электричестве и с задвинутыми шторами. Золото, камни в кулонах, браслетах и перстнях мерцали в электрическом свете, притягивая взгляд чеченца. Ходжаев добыл из кармана лупу и прибор, определяющий ультрасветом подлинность камня, и принялся обследовать украшения. Эдик выпил рюмку коньяка и налил другую, отслеживая при этом все движения Руслана. Вторая рюмка, до краев заполненная коньяком, так и стояла нетронутой.