Чтение онлайн

– Хорошо, ваше величество, – поклонился тот. – Мы будем ждать вас завтра. Я распоряжусь поставить для вас стул.

В часовне царила мертвая тишина, выйдя за дверь, королева поразилась, как разгулялась непогода. Несколько десятков шагов, что ей предстояло сделать в открытом внутреннем дворе, давались с трудом. Приходилось пригибаться, тяжелое платье тащило ее к парапету, раздуваясь как парус, а дождь теперь хлестал холодными струями. Она бы промокла насквозь, но из дверей холла навстречу ей выскочили Одри и тот, кого звали Эрвигом, укрыли королеву плащом и быстро завели внутрь.

Путь назад по каменным коридорам казался уже не таким бесконечным. Наконец показалась дверь в ее покои, и королева смогла уйти к себе. Она слышала, как Одри отпустила стражу, как велела Эрвигу остаться у двери наружных покоев. Дождавшись, чтобы камеристка вошла и затворила за собой дверь, спросила то, что интересовало в первую очередь:

– Одри, отчего умер мой муж?

– Несчастный случай на охоте, миледи. Короля задрал кабан. Конь оступился и…

Одри замолчала, опуская глаза.

На охоте. Несчастный случай?

Судя по напряжению, которым тут, кажется, даже воздух пропитан, его невозможно было не почувствовать, все словно затаились в засаде. Это походило на замаскированное убийство. Конечно, случиться могло все. И конь мог оступиться, и король неудачно упасть прямо вепрю под ноги. Но.

У королевы было плохо с памятью, но не с интуицией.

Камеристка молчала, по-прежнему глядя куда-то в угол. После похода в часовню, после того, как королева кое-то уяснила, ей нужны были сведения о братьях короля. С одним из них она уже столкнулась. Принц Джонах показался крайне неприятным типом.

Одри рассказала, не скупясь на комментарии и личные соображения.

У Гордиана было два брата. Средний брат, тридцатитрехлетний Рихарт герцог Гентский, моложе короля на десять лет. Отношения со старшим братом всегда были ровно-неприязненные из-за строптивого и неуживчивого характера Рихарта. К тому же, тот с детства бредил военной славой, и герцогство Гентское добыл себе сам еще в молодости. А достигнув зрелого возраста, перенес свой взор на восток, где и погряз в бесконечных войнах. Принца Рихарта не было в Аламоре уже больше семи лет.

Как поняла королева, Рихарт выстроил свою жизнь сам, и Аламор в этой жизни занимал не самое важное место. Однако именно он являлся сейчас старшим в роду и должен был возглавить государство.

Младший Джонах постоянно жил при дворе. Изнеженный молодой принц не интересовался войной или политикой, он предпочитал развлечения, но при этом тайно грезил властью. Однако между ним и властью досадной помехой стояли сначала отец, а потом старшие братья. И прозрачные голубые глаза Джонаха отслеживали любую возможность, которая могла приблизить его к заветной цели. Принцу недавно исполнилось двадцать пять, он достиг зрелости, а главное, вызрели его амбиции.

Рихарта она еще не видела, а Джонах показался королеве опасным. Достаточно опасным, чтобы…

И все же, какие бы выводы ни напрашивались, их делать рано.

Чтобы как-то восстановить картину хотя бы последних дней, спросила:

– А что случилось со мной? Там, у священного источника.

В задумчивости она неосознанно теребила пальцами браслет на левом запястье. Браслет необычный. Эта вещь никак не сочеталась ни с той одеждой, что они носили, ни с украшениями или деталями интерьера. Вещь была странная, словно из другой эпохи. Словно не принадлежала этому миру.

Одри скользнула взглядом по браслету и сказала:

– Мы нашли вас голую в купели у водопада. Вы были без чувств. Удивительно, как вы не утонули, миледи.

Тут она замялась, как бы раздумывая, стоит ли продолжать.

– Что-то еще?

– Право не знаю, миледи… Но когда вы входили к источнику, этого браслета на вас не было. Я хорошо помню, потому что сама снимала с вас все.

Еще звоночек?!

Королева замерла в странном трепете, что-то мелькнуло в памяти на границе сознания. Мелькнуло и погасло. Ясно одно, нужно побывать там еще раз.

Но это позже, весь завтрашний день она собиралась провести в часовне.

Усталость сморила королеву, она заснула рано.

Снились холодные щупальца страха, что тянулись к ней из темноты, она видела себя в какой-то пещере, свет факелов, мелькнувшая за спиной тень… Но тяжелые, липкие сны, в которых ее заливало ужасом от ощущения чужого присутствия, от неведомой смертельной опасности за спиной, сменялись странными картинами, в которых присутствовал мужчина. Она не видела лица, но слышала голос. Голос требовал, давил, дрожал от ярости:

"Не успела похоронить одного мужа, уже клеишь следующего?!"

Голос сочился злобой, грозил, обещал:

"Я сделаю тебе так хорошо, что ты отца напрочь забудешь!"

Почему она не видела лица… Она силилась вспомнить его имя. А мужчина говорил снова и снова. Зло, издевательски, страстно:

"Твой отказ ничего не меняет, мои условия останутся прежними. Ты. Подо мной. Мирочка-а-а…"

"Мирочка… Убью! Мирочка…"

Голос звучал не так, как ей слышалось в часовне, но звал он ее.

"Мирочка!.."

Что же это такое, кто он? Почему завет ее, не отпускает? Надо вспомнить.

Вспомнить…

Королева спала крепко, но ее что-то мучило во сне. Одри долго бодрствовала у ее постели со своим извечным веретеном. За это пристрастие ее частенько уничижительно называли пряхой. Однако за этим занятием девушке лучше всего думалось. А подумать было над чем. Да и пряжу она пряла непростую.

Пряха из древнего рода Остейр была белой ведьмой. Не каждое поколение женщин этого рода наследовало тайный дар – умение прясть нити судьбы. Свое умение они держали в строжайшем секрете. Потому что слишком много желающих найдется изменить судьбу. Особенно среди сильных и безжалостных мира сего. И тогда жизнь пряхи превратится в ад, потому что нельзя спрясть судьбу по заказу.