Проект А.К.С.О.Н.

Фантастический детектив

В 2016 году мы с Дмитрием Янковским написали два романа, которыми планировали открыть цикл «Проект А.К.С.О.Н.».

Мы сдали рукописи в редакцию, однако редактор изменил и название цикла на «Фактор риска» и первого романа с «День «Ч» на «Не время умирать». Второй роман – «Чумной поезд» остался с прежним названием.

В основу дилогии мы взяли реальный случай обнаружения в Москве чумного больного в августе 1989 года и вспышку эпидемии оспы зимой 1959-60 гг. А также использовали заготовку научно-фантастического триллера еще с начала 2000-х – "Проект А.К.С.О.Н.".

План приквела – истории возникновения А.К.С.О.Н.а, и его обнаружения «в миру», лежал «в столе» в ожидании своего часа.

И вот час настал.

Когда есть план, книга пишется очень быстро.

Тем, кто уже читал дилогию «Фактор риска», вероятно, будет интересно узнать, как главная героиня цикла, врач-эпидемиолог Роспотребнадзора, главный специалист по особо опасным инфекциям, Наталья Викторовна Евдокимова, стала носителем А.К.С.О.Н.а?

Вкратце эти события изложены в романе "НЕ время умирать".

Но теперь именно новая повесть является стартовой для всего цикла.

Сообщу также, что изначально нами (мной и Дмитрием Янковским) были запланированы 4 книги (2 так и остались в планах: «Синтия» и, не имеющая названия книга о событиях на границе с Украиной, где стояли баклаборатории США,) в жанре научно-фантастического медицинского триллера.

Но мы две следующие книги станем писать, только если их закажет издательство.

А пока, вашему вниманию я представляю повесть «Проект А.К.С.О.Н.».

А. Звонков

Врач накинул простыню на лицо трупа, лежащего на носилках в салоне машины «скорой помощи».

– Здесь больше нечего ловить. – Он выдернул из шеи умершего мужчины катетер от капельницы и залепил ранку пластырем. – Тампонада сердца.

Врач вылез из машины, давая напарнику прибраться в салоне после активной реанимации.

– Следаки хрен знает, когда приедут. Будем их ждать или повезем?

– Не знаю, – отозвался фельдшер, протирая пятна крови на полу влажными салфетками, – смена кончается, а у нас смерть в машине, еще три карты писать… можем не ждать, конечно, мы ж его в карету уже взяли, он теперь по-любому наш. Запросим морг. Хорошо если бы двадцатку дали, там судебный. Скинем кадавра и домой.

Фельдшер имел виду морг двадцатой больницы у метро «Бабушкинская».

– Был бы жив, отвезли бы уже, только не в морг, а теперь спешить некуда. До конца смены еще полтора часа. Время ни туда, ни сюда. Надо потянуть, а то еще вызов влепят. – Врач протер рукой усталое лицо, – домой хочется.

Водитель помалкивал, курил, высматривая проблесковые огоньки милицейских машин. Газель стояла на газоне у парка рядом с метро ВДНХ. Рядом переминалась с ноги на ногу пожилая женщина, которая и вызвала «скорую».

Наконец, из-за поворота выскочила машина ППС.

Два милиционера с автоматами, деловито принялись выяснять данные вызвавшей женщины и бригады скорой.

Врач, уже опять сидевший в машине, вылез из кабины «скорой».

– Парни, мы пострадавшего уже взяли в карету, но он там умер. Следы остались, земля влажная и вот наш доблестный водитель их охраняет.

– А что произошло?

– Вроде бы драка была, этот молодец троих уматерил руками и ногами, а те как-то уползли, и к нашему приезду тут уже никого больше не было. Только вон там следы, клочья одежды, кровь, зуб вот лежит… – врач посветил фонарем на изрядно вытоптанную землю.

Следов действительно было немало.

– Документы у него есть? – поинтересовался старший наряда пэпээсник.

– Есть студенческий, – врач протянул милиционеру синие корочки, – наш брат, студент-медик. Как его угораздило в эту драку влезть?

– Зверев Михаил Иванович, семьдесят восьмого года, третий курс первого меда, – записал данные в блокнот милиционер, – едут из РУВД, сейчас его судмедэксперт осмотрит и можете везти. Еще минут десять.

Врач протянул руку за студенческим билетом и поправил милиционера:

– Это прошлогодняя отметка, видите сентябрь две тысячи первый, и есть два варианта: его или отчислили, или он не сходил в учебную часть и не продлил студенческий, а значит он сейчас уже на четвертом, я лично склонен допустить второе.

Водитель «скорой», услыхавший реплику пэпээсника, вставил свои «пять копеек»:

– Да можем и пятнадцать подождать! Мы до конца смены управимся, только бы дали не в Лефортово и не на Россолимо!

– Уже дали, – отозвался фельдшер, терзавший транковую рацию Моторолу поодаль от группы разговаривающих, – связь – говно, но едем именно в двадцатый. Нам осталось только дождаться вашего эксперта.

Врач снова влез в салон скорой.

– Ты чего его от монитора не отключил? – спросил он фельдшера через открытую дверь.

– Забыл, – отозвался тот, – отключите, доктор.

– Смотри-ка, забавный феномен, он мертв, а сердце продолжает вырабатывать импульсы, правда слабенькие… вот, это говорит о том, что наш убиенный был здоров, как бык. Сердце хоть и с дыркой в левом желудочке, а дергается.

Он щелкнул выключателем кардиомонитора, сдернул кнопки проводов с электродов, приклеенных к груди трупа.

Рядом с машиной ППС остановился микроавтобус районного ОВД, вышли еще люди, в штатском, поговорили с милиционерами ППС, один быстро натянул перчатки и влез без спроса в салон газели «скорой».