Профессионал
Шрифт:
Белая стрела унеслась ввысь. И голоса, говорящие в ней и о ней. И вот она пропала из виду.
Салли вернулась в комнату.
– Старт был великолепен!
– сказал Барнетт. Затем добавил, сам не зная почему: - Он улетел.
Салли села в кресло, не говоря ни слова, и Барнетт подумал: "Какая беседа могла бы получиться с мужчиной, который только что видел, как его сын умчался в космос?"
Голоса продолжали звучать, но напряжение спало. Похоже, все было хорошо. Все хорошо, хорошо. Они в пути...
Барнетт дотянулся до телевизора и выключил его. Словно дожидаясь этого момента тишины, снова зазвонил телефон.
– Возьми ты, дорогая, - сказал он, поднимаясь.
– Все в порядке. По крайней мере на данный момент. Я могу вернуться к работе.
Салли улыбнулась ему той всепонимающей улыбкой, которой жены одаривают своих мужей: "Все в порядке! Продолжай притворяться! Со мной тоже все в порядке!"
Барнетт вернулся в свою рабочую комнату и закрыл дверь. Он взял в руки бутылку и опустился в кресло напротив незаправленной пишущей машинки и аккуратной стопки чистых желтых листов с одной стороны и исписанных с другой. Барнетт взглянул на них, а затем повернулся и посмотрел на полки, где мирно лежали его тридцатилетние труды в виде журналов и книг, его мечты, его любовь и пот, разочарования, которые были похожи на бумажные трупы.
Неожиданно он услышал голос:
"Ваши рассказы, конечно же, оказали определенное влияние на Дэна в выборе его профессии?"
– Нет!
– громко сказал Барнетт и выпил.
"Разве не это подтолкнуло его... вашего сына полететь на Луну..."
Он вставил обратно пробку и отложил бутылку. Барнетт встал, подошел к полкам и, снимая поочередно свои сочинения, долго смотрел на их яркие обложки с космическими кораблями, мужчинами, женщинами в скафандрах и шлемах, нарисованные звезды и планеты.
Но вот он аккуратно положил их на место. Его плечи согнулись, и затем он сильно ударил кулаком по полкам с безмолвной бумагой.
– Черт бы вас всех побрал!
– прошептал он.
– Черт бы вас побрал...