Чтение онлайн

– И чем она будет лучше?

Маг заметил, что недоверчивый тон короля сменился заинтересованным.

– Любая будет лучше Алиенор. Во-первых, она будет вменяемая, это самое главное. Кроме того, она ни с кем не будет заранее связана, влиять на нее сможем только мы. Надеюсь, мне ты доверяешь?

– Доверяю.

– Спасибо. Так вот, она нам будет благодарна за спасение от смерти. Тем более что мы перенесем ее в тело красивой женщины, невесты короля. Дадим ей обеспеченную жизнь, высокий статус да еще прекрасного мужа в придачу.

Король хмыкнул, как бы сомневаясь в своей прекрасности.

– А если она будет низкого рода или...

– Не важно. Главное — она будет свободна от влияния герцога. Но не от нашего. Если она недостаточно образованна или умна... Может быть это даже и к лучшему, она сильнее будет от тебя зависеть. А этикет и придворные навыки... Ничего, за четыре месяца поднатаскаем, а там разберемся. Тем более что базовые знания тела Алиенор при ней и останутся. Ну, там, речь, письмо, умение танцевать и другие простые телесные навыки. Новая сущность не заместит их, а наложится. Так что это будет абсолютно новая личность, не та и не другая, а третья женщина. Нечто подобное проделал примерно пятьсот лет назад Гиламерий с собственной женой, получившей перед этим травму головы, и жил потом с ней долго и счастливо. Главное, герцог не будет иметь на нее влияния.

Король, по всей видимости, уже согласился с предложением мага и даже для порядка возражать перестал.

– Ну хорошо, давай попробуем, если это не слишком опасно. С разумом или без, невеста мне нужна живая.

В голосе короля уверенности не чувствовалось. Зато его друг так и фонтанировал энтузиазмом.

– Это я гарантирую. В случае неудачи Алиенор просто-напросто останется в своем теле. Так что нам ничто не мешает попытаться.

Трасса за Волоколамском была пустынна, и я гнала свою ласточку на приличной скорости, надеясь еще до полуночи попасть в Москву. Попутно прикидывала, сколько мне еще осталось пилить по раздолбанной двупутке до Волоколамска, где она превратится в роскошное Новорижское шоссе. Получалось, еще километров сорок.

Зачем я поперлась к Лизе в такую даль, не знаю. Она никогда не была такой уж близкой моей подругой. У меня вообще нет близких подруг. Просто ее предложение посмотреть, как они устроились в сельской местности, попало на удобренную почву.

Мне все надоело. Надоела моя шикарная одинокая квартира, работа без продыху, секс для здоровья, фитнес и шопинг для того, чтобы не сойти с ума. Хотелось чего-то натурального, первозданного, ради чего я и потащилась за сто восемьдесят километров от Москвы. Моя бывшая однокашница Лиза Пронина с мужем, успешным бизнесменом, бросили все, купили дом недалеко от городка под названием Зубцов и поселились на земле, всем и каждому сообщая, как они теперь счастливы. Кажется, это называется дауншифтинг. Вот я и поехала полюбоваться на их счастье, примерить его на себя. Естественно, убедилась, что это не мое, но, в конце концов, время потратила не зря.

Лизка, как водится, прибеднялась. Устроились они на широкую ногу. Огромный сад, огород, в котором вкалывала не только Лизка с домочадцами, но и нанятые работники, теплицы с помидорами и перцем, заросли малины и длинные ряды смородиновых кустов... Дом оказался большим, комфортабельным и уютным, еда вкусной и обильной. Я даже позволила себе расслабиться и налопаться от пуза, чего в обычной жизни не допускаю. В моем возрасте необходимо следить за собой, а то быстро форму потеряешь.

Но главное свежий воздух. Кислород. Меня устроили на ночлег в комнате на втором этаже, и я спала так, как не спала уже много лет. Проснулась утром в половине девятого сама, без всякого будильника, на удивление бодрая. Если учесть, что я ярко выраженная сова, то такой результат говорит сам за себя. Уже ради этого стоило ехать в такую даль.

Жалко только, что Лизка не ограничила программу едой и сном. Кроме нее и ее мужа Пети меня там ждал ее брат Валера. С ним у меня когда-то в юности начинался роман, который ничем не закончился, а как-то рассосался. Потом Валера на ком-то женился. Естественно, развелся, но об этом я знала только по Лизиным рассказам. С тех пор наши дороги не пересекались.

Я о нем и думать забыла, а он, оказывается, обо мне помнил, потому что, по его словам, уговорил Лизку надавить на меня и убедить приехать к ней. Узнал, наверное, что тощая унылая зануда Лёлька стала успешной бизнес-вумен, и решил подкатить. Надеялся, что на свежем воздухе я размякну и вспомню забытые чувства.

Какие такие чувства? Этот чужой мужик никаким боком не ассоциировался у меня с тем Валеркой, с которым в далеком детстве мы лазили на крышу и в подвал. Он почему-то показался мне неприятным, скользким и одновременно нахрапистым. Я два дня старательно от него ускользала. Вместо того, чтобы с ним флиртовать, всю дорогу резалась в «Монополию» с младшей Лизкиной дочерью Викой. Он попытался было к нам присоединиться, но мы живо раздели его до трусов и отправили прогуляться.

Так что от потенциального кавалера удалось успешно ускользнуть. Хорошо, что мы приехали сюда каждый на своей машине, шанса отвезти меня домой и под этим предлогом поприставать у Валеры не было. Если бы не этот зануда, я не стала бы так торопиться в Москву, уверяя всех, что у меня с утра в понедельник важное совещание. Ага, важное. Обычная планерка, ее отлично мог бы провести мой зам.

Но под этим предлогом я слиняла сразу после шести, как меня ни уговаривали задержаться. Да, верно, на въезде в Москву я рискую часа два простоять в пробке, но это лучше, чем терпеть ухаживания неприятного человека. По крайней мере в моей машине я одна.

Я вообще одна по жизни. Наверное потому, что у меня непростой, если не сказать тяжелый характер. В школе была отличницей, институт закончила с красным дипломом, к тридцати уже защитила диссертацию по клинической фармакологии. И это в медицине, где многие к пятидесяти никак не соберутся. Родителей я потеряла рано, почти сразу как закончила институт. В июле я получила диплом, а в августе они поехали отдыхать на море и утонули. Оба. А я осталась одна, да так и не собралась изменить это положение. Мне пришлось пробиваться в жизни, а в одиночку сделать это оказалось легче. Не надо оглядываться на других и отвечать за кого-то кроме себя. Я человек гиперответственный, поэтому смолоду стараюсь лишнюю ответственность на себя не навешивать.

А еще можно сознаться хотя бы себе: я не люблю мужчин. Нет, с сексуальной ориентацией у меня полный порядок. Я отвратительно гетеросексуальна. В семнадцать лет успешно избавилась от девственности и с тех пор моими сексуальными партнерами были только мужчины.

Я не люблю их глобально. Естественно, в восемнадцать лет я мечтала о замужестве. Как же, белое платье, кольца… Но не найдя своего суженого до конца института, я как-то охладела к этой теме.

Мысль о том, что в моем доме будет постоянно болтаться мужик, то и дело залезая в мое личное пространство, приводила и приводит меня в ужас. Правда, я точно так же не могу представить появления в моей жизни ребенка, женщины или животного. Я даже гостей не люблю, стараюсь встречаться со знакомыми и нужными людьми в ресторане или кафе. Мужчин предпочитаю тех, кто может пригласить к себе или заплатить за номер в гостинице.