Профессия
Шрифт:
– Ну, ты нормальный?!
26. ВЕЧЕРИНКА
Атмосфера дурачества захлестывает не одних нас. За столом ресторана «Папоротник» уже ждет все честная компания. Тоже ржут и уже неприлично – с размаху – чокаются на попадание. Бокалы трещат.
«Папоротник» пахнет чем-то непонятным – не весенним, а тонким, восточным, одновременно сладким, пряным и острым. Дизайн в причудливом индийском стиле, официантки – в сари. Темный потолок и светлый пол. Обтянутые шелком стены и ярко-алые кресла. Никаких бамбуковых стульев и металлической посуды – перед нами искусственная и шикарная Индия.
Леди Х зачарованно оглядывается. И мне все начинает нравиться еще больше. Без Генки мы бы никогда не нашли такого места. В ресторане не очень много посетителей, но в соседнем зале – с баром и дэнс-полом – народу побольше. Музыка не очень громкая, но исключительно хаус, диджеи работают отменно.
Мы невольно начинаем двигаться в клубном ритме, наконец, садимся за столик, и Генка представляет Леди Х наш скромный коллектив. До нашего прихода они уже выпили, им весело, стол ломится от закусок, Ирина и Стас курят какие-то тонкие сигареты, судя по запаху – совсем не слимс, и все нам рады....
Генка дружески пожимает Леди Х руку.
– Очень много слышал о вас. Как на новом месте?
– Пока гладко.
Она стучит по столу. Потом по креслу. Генка подставляет ей свой лоб. Она три раза стучит по нему согнутым указательным пальцем, потом говорит:
– Я не суеверна.
Мы помираем со смеху. Мужчины пьют текилу, Ирина – мартини, Юля – белое вино, Леди Х просит водки.
– Раз уж горилки нам никто не привез...
Генка подмигивает мне.
– Зато пан Бартенев исполнит нам украинскую народную пеню в караоке.
– Ах, я не в голосе...
Мне наливают «для голоса». Сидеть в индийском клубе, пить мексиканскую текилу и петь украинские песни – это слишком. Но в целом – смешно, никто ни над кем не потешается, каждый клоунит по-своему. Эдик расстегивает очередную пуговицу белой рубахи и начинает рассказывать, как он работал охранником у одной миллионерши, вдовы какого-то министра, и как она его домогалась – подстраивала покушения, заманивала в спальню, ходила при нем без белья и все такое. Я тоже закуриваю их слимс, передаю Леди Х... История забавная, но чем-то режет. Напоминает о моей ситуации с Иванной, когда оба вели себя истерически взвинчено. Не хочется вспоминатьь. Я забираю у Вележкиной сигарету: ей и так весело.
Ребята выглядят шикарно. Эдик – как голливудский актер испанского происхождения, Игорь – как местный озорник-пофигист, Стас – как успешный топ-менеджер солидной компании, Колян – как спецназовец в штатском и в отгуле. Ирина – в серебристо-сером, Юля – беж, Леди Х – коричневый дресс-код. Она сбрасывает пиджак и остается в прозрачной светло-коричневой блузке, вырисовывающей на ее теле узоры из причудливых цветов. Генка скользит взглядом то по ней, то по Ирине. Юля флиртует со Стасом. Остальные – явно не отказались бы от внезапного пополнения штата кадрами женского пола.
Но в целом – прикольно, не напряжно. Слегка обкурившись и прокомментировав кто во что горазд историю Эдика, переходим к танцам. Игорек сразу выхватывает какую-то девчонку в сари и с точкой на лбу. Мы все качаемся в волнах музыки, воображая себя героями индийского кино с американским хэппи-эндом. Я обнимаю Ирину. Генка увлекает Леди Х. Меня слегка уносит. Я оставляю свою партнершу Эдику и иду в туалет.
Тут прохладнее. Я плещу в лицо холодной водой и гляжу на себя в зеркало. Может, я уже стар для подобных вечеринок? Но – сказать честно – ни разу в жизни я не бывал в таком прикольном клубе.
Следом входит Игорек. Тоже окунается в умывальник. Встряхивает мокрыми волосами.
– Не пойму. Давно так не вставляло. Что за зелья такое...
Смотрит на меня, пытаясь сфокусироваться.
– Очухаться надо. Вроде соображаю, а вроде бы и нет...
И снова смеется.
– Если вы каждое дело так отмечаете, уже должен выработаться иммунитет, – хмыкаю я.
– Кто сказал? Никогда ничего не отмечали. Генка вообще с коллективом не очень братается. Да это и не дело особо. Так, дельце. Чисто на аналитику. Ну, ты его украсил трупами малехо, а так – ничего сверхвыдающегося... сверх... У нас такие дела бывали... о-о-о! Мама не горюй! И выкраденных детей возвращали, и заложников освобождали, и казино – по заказу – чистили!
Я как-то резко вдруг начинаю трезветь. Перестает быть смешно.
– И кто... детей возвращал?
– Генка. Ну, и Колян вот. И еще ребята прикрывали. Васек погиб тогда. В прошлом году. Я тогда задолбался по всем каналам инфу искать. Я ж для них PR-менеджер типа. Зато после этого «мерс» купил. Так-то.
Снова окунается под струю воды.
– А клуб этот клевый... правда...
– А травка чья? Подарок заведения?
– Нет, Генка принес. Надо узнать дилера – реально улетная штука...
Игорек уже пришел в себя и готов продолжать развлекаться. А я стою, приклеившись спиной к стене. Не по себе как-то... словно кафельный пол стал разъезжаться под ногами...
Вдруг сделалось очень неуютно. Очень зыбко. Игорь рассеян и не замечает ничего по моему лицу. Просто видит, что я стою без движения...
– Чего ты? Поплохело?
– Нет. Устал просто...
Просто я устал.
В зале нахожу Генку и быстро прощаюсь:
– Мне ехать надо. Удачно вам дотанцевать!
– Постой-постой! А... Вележкина как же?