Шрифт:
Глава 1
В здании математического факультета всегда пахнет как-то иначе. Я не могу этого объяснить, просто заходишь и понимаешь: вот он, родной матфак.
Нет-нет, вы не подумайте, п'oтом и слезами, конечно, тоже пахнет, но это или в спортзале, или в аудиториях, а вот в коридорах… Даже не знаю: какая-то смесь мела и чернил, дерева и пыли, дезодорантов и компьютеров. И только попробуйте, прочитав, подумать, что компьютеры не пахнут. Ещё как пахнут, можете мне поверить.
К счастью, несмотря на то, что девушек в этом мужском царстве по-прежнему встречается не очень много, предрассудки себя изжили. Да, прекрасный пол тут любят и оберегают, но запудрить себе нос не даст никто. Все преподаватели и студенты точно знают: если кажется, что девушка глупая, то вас стоически разводят.
В расписании пар сегодня не значится ничего страшного. Нет, конечно, к третьему курсу меня уже не способны напугать никакие диковинные названия, но куда интереснее слушать адекватную человеческую речь, без всяких там греческих вставок.
Подойдя к креслам в коридоре, устало скинула на них стильный рюкзак и измученно опустилась сама.
– Саша, ты сделала лабораторную к Ромашке? – спросил Никита, мой одногруппник.
Романов Сергей Иннокентьевич ведёт у нас пользовательские интерфейсы. Один из немногих действительно полезных предметов. Ну, по крайней мере, мог бы им быть, если бы мы не разрабатывали на допотопном фреймворке.
– Нет, я всю ночь решала дополнительные задачи, которые Окунев выложил. Даже если хорошо напишу контрольную, мне до автомата трёх баллов не хватит, приходится решать допы. А времени на них с каждым днем всё меньше.
– А что будешь показывать сегодня?
– Ничего не буду показывать, честно скажу, что не сделала, и принесу на следующую пару. Ромашка, как и всегда спросит, что именно я покажу, запишет, а когда буду демонстрировать похвалит.
На этих словах прозвенел звонок, сообщающий об окончании первой пары. Обожаю, когда нам ко второй.
Коридор всё больше заполнялся студентами, сквозь толпу которых пробиралась Светлова Лиза. Мы сдружились ещё на первом курсе, как ни крути, а девочкам всегда хочется свою мини-компанию. На самом деле, в группе нас четверо, но Марина редко появляется на парах, а в эту сессию находится под самой что ни на есть настоящей угрозой отчисления, а Ксюша… в общем, она сама себе на уме. Истинный математик.
– Еле успела, – выдохнула подруга и рухнула на соседнее кресло.
– И тебе доброе утро.
– Я вообще-то с тобой уже здоровалась, часа два назад, просто кто-то систематически не читает мои сообщения.
Пришлось состроить жалостливое лицо и отыскать на дне рюкзака полный сообщений телефон.
– Дай угадаю, – включился в наш разговор Никита, – ты тоже всю ночь задачи Окунева решала?
– Не-а, я на них посмотрела, поняла, что автомата мне не светит, и как могла клепала лабу. Правда очень сомневаюсь, что за сие произведение искусства не получу от Романова пинка под зад.
– На обеде покажешь, посмотрим, что можно сделать, – порадовала я Лизу.
Из нас двоих как классическое алгоритмическое мышление, так и навыки программиста преобладают у меня. Подруга же специализируется на зубрежке и примерах. Честное слово, она иногда сама объяснить не может, как решает все эти уравнения математической физики и тому подобную ересь.
Всё-таки правильно физики придумали, что противоположности притягиваются, мы с Лизаветой живое тому доказательство: дополняем друг друга как в жизни, так и в учебе.
Когда основная масса студентов направилась в аудитории, и ребята из нашей группы последовали их примеру, я не удержалась и тихо спросила:
– Ты что, правда до утра сидела над интерфейсом?
– Нет, конечно, часов до двух, а потом всю ночь смотрела эротическое кино со мной и Окуневым в главной роли.
– Боже, давай без подробностей, мне сейчас еще полтора часа у него на паре сидеть.
В целом, Светлову можно было понять. Преподавателю тридцать, может, тридцать два, холост, остроумен. Высокий, я даже могу сказать про него «симпатичный». Его бы еще приодеть по моде, а не по-аспирантски, и будет высший класс.
Машина, квартира, ретривер и несколько грантов, один из которых вроде даже иностранный. Ну чем мужик не лакомый кусочек?
Головой понимаю, что лакомый, вот только сердцу не прикажешь. Хотя моему сердцу вообще не прикажешь, я не влюбчивая от слова совсем. Смотрю на парней или мужчин, общаюсь с ними и оцениваю, как Шерлок в сериале: такие-то качества хорошие, такие-то плохие. Нет бы, как Лиза, выбрать себе жертву и ходить слюни пускать…
Хуже, наверное, только то, что парни ко мне тоже особого интереса не проявляют. Нет, я не страшненькая, даже в меру красивая, фигура, формы – всё при мне. Иногда кажется, что планка у меня высокая и парни это чуют за версту.
А что поделать? Родители не поскупились на моё образование, я хороша в языках, да и в языках программирования я тоже не промах. На одних красивых глазках до третьего курса на матфаке не продержаться. Парни умнее меня – или зануды, или просто страшненькие типичные ботаники, а те, что глупее, уж простите, меня не интересуют.
В лекциях Окунева есть один большой плюс. Они и интересны, и полезны. Мы проходим самые занимательные алгоритмы и задачи, теоремы и доказательства. Так классно открывать поисковики, видео-хостинги, игры и понимать, как всё устроено.
– Всем доброе утро, – привычно поздоровался преподаватель, и начал раскладывать ноутбук для презентации за стойкой кафедры. – Сейчас был у первокурсников, похоже, половина будет после сессии ходить на пересдачи. А вы говорите, что глупые, вы мне даже дополнительные задачи иногда присылаете.
На этой фразе Никита демонстративно обернулся и посмотрел на меня. А что я? Я лучше с гуглом, калькулятором и в удобной пижаме буду пытаться решить эти допы, чем потом не сдам экзамен. Ведь правда не сдам. Это я на практике умная, а с теорией у меня даже при большом усердии большие проблемы.