Чтение онлайн

Немного понизив голос, он честно признался:

– В портфеле у меня бумаги. Очень ценные.

– Контракты? Договоры?

– Нет, гораздо ценнее. Это книга. Литературное произведение.

– Да?

Семен Ильич помолчал. Его собеседник тоже. Пластырь у него на щеке был совсем белым, а кожа вокруг – довольно загорелая. Потом Семен Ильич допил все, что еще оставалось в бокале, и, не очень четко понимая, зачем он это делает, сказал:

– Я открою вам секрет. Но пусть это останется между нами, ладно?

– По рукам! Обожаю чужие секреты!

Семен Ильич уставился на бокал и надолго замолчал. Так надолго, что собеседнику пришлось повторить:

– Так что же это за книга?

А прошлой ночью в Петербурге, за пятнадцать минут до того, как витрина с грохотом раскололась и на асфальт посыпались осколки стекла, точно такой же вопрос задал Стогов. Он откинулся на стуле и сказал:

– Так что же это за книга?

Осипов только пожал плечами:

– Без понятия. Мой спонсор предпочел оставить это в секрете.

Стогов вытащил из пачки сигарету и покрутил ее в пальцах:

– Но это ведь твой спонсор.

– И что?

– Платит он тебе, а рукопись из Бразилии вытаскиваю я.

– И что?

– А то, что если ты, милый друг, не позвонишь своему издателю и не узнаешь у него, что именно мы пытаемся вернуть на родину, то дальше действовать станешь сам. В смысле без меня.

Осипов только поморщился:

– Прекрати выкаблучивать. Ну не хочет этот парень нам ничего сообщать. Зато платит неплохие деньги. Зачем тебе его тайны? Он платит, мы работаем, что еще нужно?

Стогов вздохнул:

– Ты часто вспоминаешь свое детство?

– Нечасто. Вообще не вспоминаю. Зачем мне его вспоминать?

– А я вот вспоминаю иногда. Знаешь, ребенком я очень четко представлял, какая она будет, моя взрослая жизнь. Только она, зараза, вышла совсем другой. Ничего из того, о чем я мечтал, так и не случилось. Вместо того, о чем я мечтал, когда был маленький, я просто сутками сижу в этом кафе и смотрю в окно. Как тебе досуг, а?

– Досуг не очень. А к чему ты об этом?

– К тому, что просто заплатить и получить результат в данном случае не получится. Пусть он расскажет, что мы ищем. Иначе я пас.

Осипову ужасно не хотелось делать то, что он делал. Но Стогов уперся как баран, и ему все-таки пришлось доставать из кармана визитку утреннего Хобота и набирать указанный на визитке номер.

Час был поздний. Хобот, похоже, уже спал. Выслушав вопрос капитана, он попросил передать трубку Стогову.

Тот плечом прижал трубку к уху и сказал «Але?».

– Ваш коллега говорит, что вы хотите знать, какую именно рукопись мы ищем? Хорошо, я расскажу. Но если эта информация станет известна кому-то еще, вы здорово меня подведете. И сумма вознаграждения, о которой мы договаривались с вашим коллегой, уменьшится сразу вдвое.

– Честно признаюсь: мне наплевать, сколько именно вы заплатите моему коллеге. Делиться со мной он в любом случае не собирается.

Хобот печально вздохнул.

– Вы читали роман Ильфа и Петрова «Двенадцать стульев»?

– Разумеется.

Голос в трубке понизился до едва различимого:

– Так вот у этого романа есть продолжение.

Стогов поискал глазами зажигалку, прикурил и тоже шепотом ответил:

– Об этом у нас в стране знают даже дети. Это продолжение называется «Золотой теленок».

– Все так думают. Хотя на самом деле Ильф и Петров написали об Остапе Бендере не два романа, а три. Просто третий роман оказался настолько неприемлемым с точки зрения советской цензуры, что авторы просто положили его в стол до лучших времен. И в этом столе он пролежал почти восемьдесят лет. До тех пор, пока в январе нынешнего года наше издательство не подписало с наследниками авторов все необходимые бумаги. К осенней книжной ярмарке мы должны были опубликовать роман. Но у нас украли текст.

Стогов выпустил в воздух колечко дыма. Посмотрел, как печально оно тает в воздухе. Потом усмехнулся.

– Вы читали этот роман?

– Читал.

– Он хоть смешной?

– Еще какой! Куда смешнее «Двенадцати стульев». Я вообще считаю, что это один из самых сильных романов, когда-либо написанных по-русски. Уж мне, как профессионалу, можете поверить!

– Ладно. Тогда я вам его верну. Записывайте, что именно для этого понадобится. Пишете? Оплата срочной шенгенской визы на фамилию Осипов и три авиабилета. Один из Санкт-Петербурга во Франкфурт и два обратно.

Через пятнадцать минут Семен Ильич взмахнул руками и все-таки свалился со стула. Рано или поздно это должно было случиться: сидел он на самом краешке стула и вдобавок постоянно заваливался на бок. Новый знакомый помог ему подняться, и они тут же выпили еще.

Когда регистрацию на рейс авиакомпании «Lufthansa» по маршруту «Франкфурт – Сан-Паулу» все-таки объявили, самостоятельно встать из-за стола Семен Ильич уже не мог. Он просто сидел, обеими руками прижимал портфель с рукописью к животу и тихонечко постанывал.

– Ты не знаешь, я заплатил за водку?

– Заплатил. Пойдем. На твой рейс уже объявлена регистрация.

– А на чай этому Фрицу я что-нибудь оставил?

– Оставил. Пойдем уже.

– Забери все, что я оставил, назад.

– Почему?

– Он же Фриц! Уебок немецкий… прошу прощения за искусствоведческий термин. Ты видел, как недовольно он смотрел в нашу сторону?

При входе в самолет Семен Ильич задел плечом все, что можно было задеть. Остальные пассажиры смотрели на него не то чтобы недовольно, а с некоторым даже удивлением. Не каждый из них прежде встречал настолько пьяных людей в настолько ранний час.