Прокляну, потом забуду

Вечер вступал в свои права. За окном сгущались сумерки, легкий ветерок трепал занавески на открытом окне. Я же ничего вокруг не замечала. Сегодня должна была решиться моя судьба. Квирт, с которым мы встречались вот уже полгода, прислал вестника, он хотел со мной поговорить о чем-то серьезном. У меня все внутри перевернулось. Наконец-то! Неужели он решился сделать мне предложение? Я столько времени его ждала.

Напевая себе под нос песенку, тщательно выбирала наряд, попутно думая, стоит ли краситься или все же природная красота в такие моменты намного уместнее?

— Глупая ведьмочка, чему ты радуешься? — передо мной на трюмо запрыгнул мой Сантавар первый, мудрый фамильяр в каком-то там поколении. Его белоснежная шерстка так и лоснилась. Как часто мне хотелось зарыться в нее руками и урчать от удовольствия, но вредный кошак редко позволял так поступать.

— Думаешь, нет повода? — я даже злиться на него не могла, хотя нервов он мне попортил изрядно своей ехидностью.

— Я же говорю, глупая. А с чего ты взяла, что он тебе предложение будет делать? Неужели еще не поняла, к чему все эти серьезные разговоры? Если не ошибаюсь, это седьмой за последние два года? И все сбегали, только пятки сверкали. Так чем этот от них всех отличается?

Я сникла. Знаю, что он прав, но до сих пор не получалось смириться с тем, что в любви мне катастрофически не везло. Нет, пока встречались, все было отлично. А потом всех словно подменяли. Они становились дерганными, нервными, напористыми, всем не терпелось уложить меня в постель. Но тут я была категорична: только после свадьбы. Никто не желал принимать мою категоричность, и очень скоро исчезали с горизонта.

— А все твои обряды виноваты, — тяжело вздохнула я. — Инициация, древние традиции… Подготовка к получению степени… Что мне теперь, старой девой оставаться?

— Зачем старой девой? — удивился фамильяр, лениво размахивающий хвостом. — В родовом гримуаре твоя прабабка оставила отличное заклинание для наших целей…

— Не буду я привораживать Квирта! Это аморально и незаконно.

— Только если кто-нибудь узнает, — тоном заядлого заговорщика напомнил он. — А если сохранить ворожбу в тайне, то…

— Десять лет каторги и печать на магии, — отрезала я. — И это в том случае, если смогу снять заклинание. А ты знаешь, прабабка их писала на совесть. Снять можно только одним способом — моей смертью.

— Приворот и смертью не снимешь, избранник отправится вслед за ведьмой, — слегка погрустнел Сантавар. — Вот уж где была настоящая ведьма. Не то что некоторые!

— Вот! И вообще, а что это ты мне стал такое советовать? Решил от меня избавиться? — я подозрительно смотрела на своего вредного фамильяра. — Я ведь еще пожить хочу, звание ведьмы получить.

— Глупая ведьмочка, с такими же мыслями. Проверял я тебя. Понятно? А вот гримуар все равно надо открыть и посмотреть, что в нем есть. Авось и отгадка найдется твоей проблемы.

Кошак спрыгнул с трюмо и вернулся на письменный стол. Зашелестели страницы древней книги, начатой ещё моей пра-пра-пра-прабабкой. С тех пор ведьмы моего рода из кожи вон лезли, чтобы в гримуар что-то вписать. Бесценные и донельзя полезные рецепты заклинаний чередовались с невозможными глупостями вроде поисковых чар на заколдованных лягушек. Я представить себе не могла, при каких обстоятельствах мне могло бы понадобиться такое заклинание!

Но Сантавар считал каждую страницу бесценной, поэтому искал ответы на все жизненно важные вопросы в этой книге.

— Может, на тебе проклятие? — предположил он. — Здесь должен быть способ его снять!

— Это проклятие называется «невинность», и я знаю способ, как от него избавиться.

Фамильяр фыркнул, не поверив мне ни на секунду. Да, ворчала я для порядка. Пусть меня ужасно расстраивали неудачи в личной жизни, но сдаваться я не хотела. Если мужчине наплевать на мои принципы, пусть и зародились они по совету говорящей зверушки, то зачем мне этот мужчина?

Разве что для продолжения рода. Но инициацию-то можно пройти только с мужем. Хотя далеко не все ведьмы её проходят, так и живут, не войдя в полную силу. А мой Сантавар почему-то уперся, что мне она обязательно нужна. Мол, все ведьмы фамилии Айтар лишались невинности в браке. Якобы именно это позволяет нам оставаться одним из сильнейших ведьминских родов. Инициация и ещё фамильяры: доблестные, честные, мудрые и далее по списку. Перечисление положительных качеств себя любимого у Сантавара занимает обычно добрых полчаса.

— Вообще-то ты торопилась на свидание. Забыла? — напомнил котяра, на его мордочке расползлась ухмылка. Я с сожалением глянула на ведьминское достояние, вздохнула, кивнула.

— Нет, не забыла. Хотела отсрочить неизбежное, но, видимо, лучше сразу отрезать, чем терпеть незаживающие раны. Я пошла. А ты пока поищи здесь хоть что-то?

— Иди уже, разберусь как-нибудь, — махнул хвостом котяра.

В последний раз с сожалением окинув стол и своего помощника, после чего уже без особого воодушевления отправилась на встречу с, кажется, уже бывшим парнем. Остановившись на пороге весьма скромной кофейни, осмотрелась. Квирт сидел за угловым столиков, нервно теребя салфетку. Усмехнулась. Тут и пророчицей быть не надо, чтобы сразу понять: догадки моего Сантавара были верны. А я, наивная, еще на что-то надеялась. На миг глаза защипало. Одно дело предполагать, а совсем другое оказаться перед неприятной реальностью. Ладно, пора заканчивать, будем вскрывать гнойник резко, так боли меньше будет.

На лицо улыбку, создать ощущение легкости и беззаботности. Может, еще поволоку в глаза? Нет, перебор будет. Да и Квирт еще сознание от волнения потеряет. Мне такого счастья не надобно.

— Алья, я женюсь, — выпалил юноша, глядя на меня затравленным взглядом. Он пытался казаться равнодушным, этаким надменным типом, но у него не получалось. Я усмехнулась.

— Тебя поздравить или посочувствовать? Я так понимаю, невеста не я? — бросила непринужденно, а в груди сворачивался тугой комок разочарования и боли.

— Нет, не ты. Ты была просто мимолетным увлечением, но сейчас нам пришла пора расстаться, — на этот раз его голос звучал более уверенно.

— Надо, значит, расстанемся, — слова вытолкнула из себя с трудом. Но не удержалась от вопроса: — Ты ведь изначально знал, что под венец меня не поведешь. Так чего ты хотел?

— Тебя. Твою силу. Мне сказали, при инициации ведьмочки, еще не получившей никакой степени и не перешедшей в ранг ведьмы, случается большой выброс, которым можно воспользоваться. Но ты оказалась слишком категоричной, — юноша досадливо скривился.