Чтение онлайн

Мейстер подал охраннику знак отпустить Сапфиру. Она стояла на месте, не зная, что делать.

Я услышала, как Мейстер с охранником направились к выходу, и дверь за ними закрылась. Когда я оглянулась, чтобы убедиться в том, что они исчезли, мои ноги подкосились, и я упала на пол. Пыталась подняться, но не смогла.

— Фиби! — Мягкий голос Сапфиры прозвучал для меня как приветствие небес.

— Фиби, — повторила она.

Слезы залили ее лицо, когда она посмотрела на меня. Я проследила за ее взглядом и увидела, что у меня между ног течет кровь, окрашивая верхнюю часть бедер.

— Все в порядке, — сказала я и чуть не сломалась, когда она подошла ко мне и опустилась на колени рядом.

Я упивалась ее прекрасными чертами лица. И дала волю слезам, когда увидела веснушку, которую всегда любила, в уголке ее левого глаза.

— Ты ранена.

Она неуверенно протянула руку, не зная, где может коснуться меня, не сделав больно. Но мне так хотелось почувствовать прикосновение ее руки, что я протянула руку и взяла ее, поднеся к лицу.

— Почему? — спросила она и заплакала сильнее, ее стены рухнули. — Зачем ты это сделала? Он… он причинил тебе такую боль.

— Я не могла позволить ему сделать больно тебе.

Я попыталась пошевелить ногами. Сапфира взяла меня под руки и помогла прислониться к ближайшей стене. Она была такой исхудавшей, такой слабой, но все же помогла мне… моя дочь.

Она села рядом. Я взяла ее за руку, и перед глазами вспыхнуло воспоминание — ее крохотная ручка в центре моей ладони четырнадцать лет назад. А потом ее рука в моей, когда мы бегали по полям во время одного из моих визитов, когда ей было семь. И ее дрожащая рука в моей, когда она впервые получила прикосновение мужчины.

Моя дочь… моя прекрасная дочь.

— Ты моя, — сказала я, не в силах больше сдерживать слова. — Ты мое чудо, моя маленькая девочка.

Мой голос был резким, прерывистым, и я чувствовала, как Сапфира замерла рядом со мной.

Когда я посмотрела на ее растерянное лицо, то улыбнулась, даже несмотря на разрывающую боль. Потому что она была здесь, рядом со мной. Она была здесь, когда я думала, что потеряла ее. Теперь, когда ее рука снова была в моей, боли больше не было.

Ее глаза были широко раскрыты, пока она слушала, как я признаюсь в своей самой большой тайне. Наблюдая за ней, я испытывала к ней такую любовь, что это было неописуемо.

— Ты моя, — повторила я, не сводя с нее взгляда. — Моя.

Я поцеловала тыльную сторону ее руки и постаралась не сломаться при виде ее израненного и покрытого синяками лица.

— Я не понимаю, — сказала она.

Ее рука дрожала в моей. Я крепче прижалась к ней.

— Я родила тебя, когда мне было двенадцать.

Сапфира ахнула. Я почувствовала, как у нее на запястье забился пульс, и увидела, как заблестели ее глаза. Она моргнула, пытаясь принять все то, что я сказала. Я прочистила горло, слезы текли по моим щекам.

— Они забрали тебя у меня. Они отняли тебя против моей воли и не давали с тобой видеться.

Я наклонилась и поцеловала ее в лоб.

— Но я боролась за то, чтобы увидеть тебя. Я сделала все, что могла, чтобы сделать это.

— Ты… — прошептала она. — Ты моя сестра. Ты сказала мне, что моя сестра…

— У меня не было выбора. Они не позволили мне сказать правду. Не хотели, чтобы мы слишком привязывались друг к другу. — Я невесело рассмеялась. — Это не сработало. С той минуты, как ты родилась, ты была всей моей душой.

Нижняя губа Сапфиры задрожала, когда она посмотрела на меня. Она всматривалась в мое лицо, как будто видела впервые.

— Я тоже хотела быть с тобой, — тихо сказала она и придвинулась ко мне. — Я все время звала тебя, но они говорили, что ты не придешь ко мне, если я не сделаю так, как они прикажут. Я… Я хотела быть с тобой. Со своей сестрой.

— Ты хотела? — недоверчиво спросила я.

Она слегка улыбнулась.

— Мои любимые моменты были тогда, когда ты приходила. Я считала дни между ними, гадая, где ты.

Она опустила глаза, затем, нервно посмотрев на меня, сказала:

— Я… Я всегда хотела иметь мать.

Ее слова разбили мне сердце. Мои глаза закрылись.

— Фиби? — настойчиво спросила она, и я улыбнулась.

Улыбнулась сквозь боль и слезы.

— Я тоже всегда хотела быть с тобой.

Я открыла глаза и увидела, что Сапфира смотрит на меня с любовью. Потом она посмотрела на тело Марты на полу, и печаль быстро овладела ею. Она сломалась. Моя дочь сломалась, и впервые в жизни я была рядом, чтобы утешить ее… Была здесь ради нее…

Обняв свою дочь, я прижала ее к груди. Она приняла мое утешение, и мое сердце воспарило. Я раскачивала ее вперед-назад, целуя в макушку. Я держала ее в своих объятиях в этом аду, представляя, что нахожусь у реки в раю, умиротворенная и счастливая.

Сапфира плакала. И я плакала вместе с ней, обнимая ее.

— Ш-ш-ш, — успокаивала, слыша ее прерывистое дыхание.

Она разваливалась на части в моих объятиях несколько минут, пока ее дыхание не успокоилось, и она медленно не пришла в себя. Воспользовавшись молчанием, я сказала:

— Я не знала, что ты здесь.

Сапфира напряглась.

— Пророк, или тот, кого мы все считали пророком, сказал мне, что спас тебя. Я думала, ты в безопасности.

— Меня отдали Мейстеру, — сказала она, и я почувствовала, как укореняется чувство вины. — Я… Я не помню многого из этого до тех пор, пока… до тех пор, пока несколько недель назад он не привел меня сюда.

Она икнула.

— Он хотел меня… он использовал меня, как свою. Он сказал, что хочет видеть меня своей белой принцессой.